Подготовишки ушли в школу. У нас теперь младшая группа.
Младшая группа после подготовительной – это всегда тяжело. Те-то дети за четыре года всему уже научились, все знали и все умели.
А новенькие пришли – ой-ой-ой… Все сначала начинай. Да хотя бы одевания-раздевания: зашнуруй, завяжи, застегни, натяни, сними, развяжи, сложи и так далее. А еда? Ложку пока научишь держать правильно, чашку, а кого-то даже приходится убеждать из тарелки через край не пить или руками не есть.
Вот К.Н. за чайными передышками и стала частенько сетовать, что ей тяжело. А потом у нее еще тема для разговоров появилась: в соседнем поселке собираются открывать Дом малютки. И туда уже начинают приглашать персонал.
– Знаешь, Лена, я вот подумываю, не уйти ли мне туда? Оклад тот же, а работа намного легче.
– Разве с такими малышами легче? Их же и переодевать, и кормить надо! Это тоже тяжело!
– Нет, переодевают и кормят их няни. А воспитатель занятия проводит. Вот ты представь, что это за занятия с такими малышами! Минут 10-15, два притопа, три прихлопа! Погремушкой погремел, куклу кашей накормил да спать уложил – вот тебе и занятие. И знаешь, у меня так знакомая в Городе работает, так она планы за полчаса на неделю пишет, не то что мы!
– Ладно, может и так, – говорю. – А морально? Такие маленькие – и брошенные! Сердце кровью же обольется от жалости!
– Ну знаешь, уж лучше дети будут с хорошим уходом и присмотром, а не с родителями, которым не нужны. А на самом деле, если так подходить, то и наших можно начать жалеть – мало того, что инвалиды, глухие, так еще и от мам-пап их на целый год почти отрывают.
Вижу, что она уже сердиться начинает. Разговор в другую сторону стараюсь увести: уговариваю ее, что она здесь нам всем совершенно необходима, что такие воспитатели, как она, редко встречаются, что мы без нее, без К.Н. просто пропадем.
Она же действительно отличный воспитатель, за ней как за каменной стеной – знаешь, что все будет сделано как надо и когда надо. И действительно жалко будет, если она уйдет. Вроде бы К.Н. согласится, но за год эти разговоры нет-нет, да и начинала опять.
В середине мая наступила совсем летняя погода. Дети гуляли без курток и пальто, в легких ботинках. Но стало настолько жарко, что пора уже было их переобувать в сандалии и босоножки.
– Лена, сейчас, после чая, поведем ребят в кладовую, поможешь мне. Надо летнюю обувь подбирать.
– Конечно, К.Н.!
Обувь подбирать! Летнюю! Просто замечательно!
Скоро лето, скоро отпуск! Даже природа, кажется, ликует, и от радости дарит нам то золото одуванчиков, то кружево кистей сирени, то ароматную нежность ландышей… Ох, и люблю же я эту пору – предлетье!
Только сели пить чай, как дети в игровом уголке что-то раскричались, игрушки не могут поделить. Мальчики из-за машины большой, девочки из-за коляски. К.Н. вмешалась, всех успокоила, заняла кого чем.
И тут за чаем снова завела тот же разговор – как ей тяжело. И вообще уже тяжело с нашими детьми, работа – никакого продыху, и в выходные, и в праздники. Утром – с восьми, вечером – до девяти. А вот в Доме малютки воспитатель работает четко с девяти, вечерняя смена – редко. Выходные и праздники вообще всегда свободны. Не работа, а сплошное удовольствие. Правда, переработок нет, поэтому по деньгам меньше выходит. Да куда ей эти деньги? Много ли одной надо? А здоровье уже не то. Тяжело, в общем.
И вот, пока она это все говорила, я подумала: может, зря я ее уговариваю тут остаться? Да, мне-то хорошо с ней, спокойно, а человеку действительно тяжело! Жалко даже ее – не зря же много раз уже об этом говорит.
– Ну, – говорю, – К.Н., раз вам так тяжело, так может, и правда, надо работу поменять? Может, там на самом деле полегче будет.
Тут опять кто-то из детей закричал, отвлек нас. К.Н. снова пошла разбираться, а я чай быстро допила, пошла в туалет, бросив, что, мол, я скоренько, сейчас приду и пойдем за обувью.
Вернулась – в группе уже никого. Сама детей повела. И сама же обидится: просила, мол, тебя, а ты…
Чуть не бегом – в кладовую. Так и есть. Сидит с поджатыми губами за столом, рядом кастелянша наша, тоже с весьма недовольным видом. Понятно, К.Н. уже успела нажаловаться и осудить мое недостойное поведение по полной программе. Вот что, уже и в туалет не сходить?
Я сделала вид, что все хорошо.
– Давайте, – говорю, – обувь подбирать. Кому сначала – девочкам или мальчикам? Хотите, мальчикам подберем, и я их поведу одеваться на прогулку, а вы с девочками закончите. Или наоборот, как удобнее.
И тут К.Н. вскочила, ногой топнула, подбоченилась, палец в меня выставила и гневно вещает:
– Да! Ты добилась, что меня с группы выжила! С группы, на которой я пятнадцать лет проработала! Но из интерната я не уйду! Этого ты не дождешься НИ-КОГ-ДА!
И одновременно с последним слогом опять топает ногой в мою сторону и указательным пальцем такой резкий жест сверху вниз.
Я опешила. Стою, понять ничего не могу. Только смотрю то на К.Н., то на кастеляншу. А К.Н. стоит, уперев руки в боки, нога вперед. И кастелянша – губы поджаты презрительно, ноздри раздуты, головой качает, мол, да-да-да!
– К.Н., я ничего не понимаю! – Когда я вас из группы выживала?
– Ага, теперь давай, делай невинный вид! Да все ты понимаешь! Давно уже этого добиваешься.
– К.Н.! Да что вы! Я, наоборот, всегда вам говорю, что рада с вами работать и что мне повезло!
– Ну, конечно, – скептически усмехается та. – Теперь будешь хвостом вилять, как собачонка шелудивая. Да только я-то знаю!
Вот на «собачонку шелудивую» я уже решила обидеться. Развернулась и ушла в класс. В конце концов, моя работа где? – в классе. Сейчас по расписанию что? – индивидуальные занятия. С кем? – всё в плане есть. Так что, уважаемая К.Н., идите с детьми гулять, а мне оставьте тех, кого надо.
День продолжался. Я обращалась к К.Н только сухо и по делу. Получала такой же краткий ответ.
Правда, на следующую ее смену я все-таки попыталась выяснить, что же я такого сделала, что она так отреагировала. Но получала только гневное хмыкание или пожимание плечами.
Однажды Марина Алексеевна спросила меня:
– Лена, что там у вас с К.Н. произошло! Чего она на тебя дуется, аж шипит вся?
Я вздохнула:
– Марина Алексеевна, честное слово, сама в полном недоумении. Ну, хотела она, чтобы я помогала обувь детям примерять, так я же согласилась. Правда, не сразу пришла, через несколько минут. А она заявила, что я добилась «своего», из группы ее выжила. Пытаюсь с ней поговорить, молчит да фыркает. Ну, знаете, как она умеет.
– Да знаю. – Марина тоже вздохнула. – Ладно, пусть посердится. У нее это бывает. Отойдет. Не переживай.
Но К.Н. так и не «отошла». Все время до отпуска, конец мая и июнь, так и продолжалось наше односложное деловое общение. И чай пить вместе мы, конечно, перестали.
А после отпуска оказалось, что она перешла на другую группу. Я пыталась уговорить ее вернуться, но нет. Никак.
Только через год, когда я увольнялась, вернее, переводилась на работу в Город, решила все-таки еще раз попытаться узнать, в чем была причина.
– А помнишь, я тебе сказала, что мне тяжело? А ты ответила, что мне надо искать другую работу! Вот я и нашла! – возмущенно проговорила К.Н.
– К.Н… – Я даже сразу не нашлась, что сказать. – Но я же тогда просто совершенно искренне вам посочувствовала. А про «другую работу» – это вы говорили. Я просто поддакнула. Опять же из сочувствия. Зря… не думала, что вы так обидитесь.
– Вот именно, не думала. А надо думать! – сверкнула К.Н. глазами.
***
Прошло после этого больше пятнадцати лет. Я собирала документы на «педагогическую» пенсию. Понадобилось приехать в интернат (работала я давно уже в Городе).
Прошлась, конечно, по группам.
К.Н., почти не изменившаяся, сидела на скамеечке в детской раздевалке, собирая детей на прогулку.
Я бросилась к ней обниматься. А она меня отстранила и с обидой (!) сказала:
– Вот, видишь, так и работаю не на своей группе.
И демонстративно вздохнула.
© Елена Тершукова. Канал на Дзен: Елена-Уютные истории за чаем
✅ Это глава из моей книги "Интернат". Предыдущая часть здесь:
✅ Я пишу не только о своей жизни. На моем канале много разных историй: веселых, романтичных, задумчивых. Всегда рада пообщаться и узнать ваше мнение! Вам сюда:
Елена-Уютные истории за чаем ☕🍰🍬
А можно сразу в подборки (нажимайте на эти синие буковки) 😊
✅ Так как я отключила монетизацию, теперь единственное мне вознаграждение в Д. - ваши лайки и комментарии 🤝😄