По интернетам гуляет байка о том, что ширина ж/д колеи унаследована от колеи римской колесницы, а та в свою очередь была продиктована шириной двух лошадиных крупов, поставленных рядом. Сегодня мы сорвем эти лошадиные покровы и расскажем, как всё было на самом деле.
В первой половине 19-го века ключевую роль в развитии железных дорог сыграл английский инженер-самоучка Джордж Стефенсон. В 1830 г. его трудами была создана первая магистральная паровозная пассажирская линия (Ливерпуль-Манчестер). Её колея заложила будущий западноевропейский стандарт в 4 фута 8 и 1/2 дюйма. Тогда весь мир понял, что железка – это круто и полезно.
Сразу оговоримся, что до 19-го века (да и потом) унификацией ж/д путей даже не пахло. Каждую дорогу прокладывали так, как было удобно в данном случае.
Стефенсон жил и работал на севере Англии, где для добычи угля в шахтах использовали вагонетки на ж/д колее шириной 4 фута 8 дюймов. Этот стандарт Стефенсон использовал для строительства своей первой пассажирской железной дороги на короткую дистанцию (Стокон-Дарлингтонская дорога) в 1825 г. Дорога показала себя хорошо, хотя для большей устойчивости стоило чуть расширить колею (что Стефенсон и сделал в проекте Ливерпуль-Манчестер).
Другой известный инженер-железнодорожник того времени Изамбард Брюнель придерживался совсем других взглядов. Он продвигал стандарт 7 футов и ¼ дюйма. По такой широкой колее поезд мог развивать большую скорость, не теряя устойчивость. И это действительно было так.
Кроме того, в разных регионах использовались колеи 5 футов, 5 футов 6 дюймов и т.д. Тысячи их.
К середине 19-го века железных дорог в Англии стало многовато и внезапно не все они стыковались между собой по ширине колеи. Пассажирам приходилось менять составы, грузы нужно было перегружать.
Устав от этой волокиты, парламент после очень долгих, многолетних разбирательств и, вероятно, впечатлённый успехом дороги Ливерпуль-Манчестер, принял решение стандартизировать колею Стефенсона.
Так порой оказывается важным быть не самым оптимальным, а самым первым.