Знаете, есть в Москве места, мимо которых проходишь сотни раз и не замечаешь. А потом вдруг останавливаешься, поднимаешь голову — и пропадаешь. Со мной так случилось на Мясницкой, когда я впервые по-настоящему разглядела усадьбу Барышникова. И для меня стало большой удачей возможность зайти внутрь и прогуляться по всем залам этого уникального здания.
Этот дом появился здесь на рубеже XVIII и XIX веков благодаря одному впечатляющему тандему. Отставной майор Иван Барышников, страстный коллекционер и ценитель прекрасного, купил имение в 1792 году, а уже через год заказал проект самому Матвею Казакову. И Казаков не подвел. Он виртуозно вписал новое здание в уже существовавшие палаты XVII века, и к 1802 году на Мясницкой выросла усадьба, которой суждено было пережить многое.
Она уцелела в страшном пожаре 1812 года — а ведь тогда сгорело около 70% всех построек Москвы. Но уцелеть — не значит остаться невредимой. Усадьбу разграбили, погром был страшный. Однако дом не бросили, его старательно восстановили, вернули к жизни. И жизнь эта закипела с новой силой.
Особенно принято вспоминать историю о Грибоедове. В 1823 году имение перешло к зятю Барышникова, полковнику Бегичеву, и тот предоставил своему другу кабинет в левом крыле. Представляете? Именно здесь, в этом самом доме на Мясницкой, Александр Сергеевич работал над «Горем от ума». Вот так идешь себе по улице и, по сути, рядом живая история русской литературы.
Дальше усадьба несколько раз меняла хозяев, пока не отошла государству. Здесь была больница для беднейшего населения, потом отделение имени Короленко, а с 1989 года в особняк въехала редакция «АиФ».
Здание - образец классической русской усадьбы. Матвей Казаков спланировал здание буквой П, выдвинув флигели прямо на красную линию улицы. А чтобы скрыть тесноту внутреннего двора, он применил гениальный трюк: вынес портик вперед, поставил колонны на высокий цоколь и отодвинул их от стены. И теснота исчезла, растворилась в этой смелой архитектурной иллюзии.
А ограда! Между флигелями, прямо вдоль Мясницкой, тянется уникальная решетка — строгая, изящная, с круглыми белокаменными колоннами, увенчанными шарами. Она как будто охраняет секреты этого дома от шумной улицы.
Но настоящие сокровища ждут за дверью. Там сохранились подлинные интерьеры Казакова, и они впечатляют.
Танцевальный зал — он же Круглый, хоть и квадратный. Это магия чистой воды: колоннада в центре создает иллюзию круга, а расписной плафон над ней сходящимися к центру цветочными розетками кажется настоящим куполом. Ты заходишь и невольно задираешь голову, чтобы понять, как это вообще работает.
А Парадная спальня... Здесь колонны снова играют с пространством, визуально раздвигая стены. Они украшены живописными панно, лепными медальонами с ангелами, гирляндами цветов. И все это отделано искусственным мрамором (это было очень модно и дорого во времена Казакова) — с такой любовью к деталям, что современному глазу и не отличить от натурального камня.
Вход в спальню находится не по центру, а в левом флигеле. За ним открывается просторный вестибюль, где по бокам парадной лестницы встали парные колонны, а свет льется из боковых окон. Это не просто интерьер — это приглашение к торжеству, даже спустя двести лет.
Я побывала в особняке во время маркета Мосвинтаж (расскажу о нем завтра), мне нравится такой формат событий, когда можно свободно ходить по историческим зданиям. В Петербурге это очень популярно, в Москве - пока только начинают такое практиковать. Получилось два в одном.
Я вышла из усадьбы на Мясницкую и поймала себя на мысли, что теперь всегда буду искать глазами эту ограду, проходя мимо. Потому что за ней, оказывается, прячется целый мир, где Казаков, Грибоедов и история нашей страны живут под одной крышей.
А вы обращали внимание на этот особняк?
Еще о московских интересных домах я писала здесь: