— Егор, неужели тебе никогда не было интересно познакомиться с отцом? Ну просто посмотреть на него, узнать, что за человек… — спросила у мужа Олеся.
— Опять ты начинаешь? Я же тебе уже ответил на этот вопрос, Олесь — да, мне это неинтересно.
Олеся прикусила язык. Не сейчас. Не так. Но внутри всё уже несколько дней стояло комом.
Началось всё с обычной поездки Олеси на дачу свекрови. Сестра на восьмом месяце, ждёт первенца. Олеся решила отдать ей детские вещи своего сына — хорошие, фирменные, они покупали их с мужем пять лет назад с таким расчётом, что потом пригодится второму ребенку. Второго у них пока не случилось, а вещи продолжали храниться у свекрови на даче: аккуратно перестиранные, уложенные в пакеты и коробки.
С разрешения свекрови Олеся поехала на дачу за вещами. Она полезла в шкаф в дальней комнате, вытащила тюки и коробки. Буквально в руки с верхней полки упал небольшой пакет. Олеся открыла посмотреть, что в нем, и увидела пачку старых писем, написанных незнакомым почерком. Письма были адресованы свекрови. На конвертах Олеся заметила дальневосточный штемпель.
Сначала Олеся хотела положить пакет обратно на полку, но любопытство пересилило. Сверху лежала открытка – «С Новым годом». Мужским решительным почерком было выведено рядом с адресом:
Подписывайтесь на Телеграм-канал и на канал в МАХ с реальными историями из жизни от читателей!
«Наташа, поздравляю вас с сыночком! Я всё ещё надеюсь, что ты передумаешь… Здесь дают квартиру. Работа стабильная, тебе тоже дело найдется. И детские сады тут замечательные, Егорке будет хорошо…»
Олеся достала другое письмо:
«Сынок, папа пишет тебе лично. Я звонил несколько раз, но мама сказала, что ты у бабушки… Приезжай в гости! Ты уже, наверное, умеешь читать? Я написал печатными буквами, чтобы тебе было проще…»
У Олеси внутри похолодело.
Свекровь всю жизнь рассказывала, что отец Егора бросил их, когда мальчику не было и трех лет. Ушёл «в туман», ни слуху ни духу, ни копейки помощи. Она одна тянула всё, работала на двух работах, не спала ночами, чтобы у сына всё было.
Егор вырос с этой историей.
— Он нам не нужен. И мне он не нужен, — говорил он всегда. — Если я был не нужен в детстве, сейчас поздно.
Но по этим письмам выходило совсем другое. Олеся поняла, что отца Егора в какой-то момент пригласили работать на Дальний Восток, в нефтянку. Он собирался ехать туда с семьей, звал жену с собой. Но свекровь переезжать наотрез отказалась. Он несколько лет писал, уговаривал, надеялся. Судя по письмам, регулярно звонил. А самое главное, и алименты платил – и, видимо, очень неплохие.
Потом письма стали реже. Потом одно короткое — о разводе. И всё.
Но никакого «ушёл в туман».
Олеся тогда сидела на табуретке среди пыльных коробок и чувствовала себя так, будто случайно вскрыла чужую рану. Или тайник.
С одной стороны — правда. С другой — чужая жизнь.
Свекровь действительно много сделала для сына. Это факт. Она и сейчас помогает — забирает внука из сада, сидит с ним, когда они с Егором задерживаются, иногда и больничные берет на себя. На даче всегда ждёт, ягоды им таскает, варит суп, печёт пироги.
И при этом — всю жизнь рассказывала одну версию: отец Егора – подлец, каких свет не видел.
Почему?
Олеся пыталась представить себя на её месте. Молодая женщина, муж уезжает за тысячи километров. Надо всё бросать и ехать в чужой далекий край? Родителей, работу, привычную жизнь оставить дома? Страшно. А если не сложится? А если останешься одна там, без поддержки?
Может, она просто не смогла. Испугалась.
Но зачем было делать из него чудовище?
Через несколько дней после находки Олеся осторожно спросила свекровь:
— Наталья Николаевна, а вы не знаете, где сейчас папа Егора… вы правда совсем не общались потом?
Свекровь мгновенно напряглась.
— А зачем тебе это? Был человек — и нет. Нам с Егором и вдвоём неплохо жилось.
Тон был такой, что продолжать расспросы не хотелось.
Но Олеся теперь смотрела на мужа иначе. Он так предан матери. Так болезненно реагирует на любые упоминания отца. Несколько лет назад тот, кстати, пытался выйти на связь — через соцсети, через общих знакомых. Егор резко пресёк.
— Мне от него ничего не надо.
А если надо было просто поговорить? Узнать вторую сторону?
Олеся несколько раз порывалась всё рассказать. Сказать: «Егор, я нашла письма. Всё было не совсем так». Но каждый раз останавливалась.
Во-первых, это не её история. Это их с матерью и отцом.
Во-вторых, это почти гарантированный скандал. Свекровь узнает, что Олеся рылась в коробках, читала ее письма. Обидится. Помощь с внуком может закончиться. А она сейчас очень выручает.
Да еще неизвестно, как сам Егор отнесется к этой информации. Олесю так-то тоже не красит тот факт, что она сунула нос в чужие письма.
Однажды вечером они смотрели сериал-мелодраму, и Егор сказал про героя:
— Хорошо, что у парня мать нормальная, если бы не она, не знаю, кем бы вырос. Отец-то слился, как и мой. Не понимаю таких мужиков. Наплодят ненужных детей и в кусты…
Олеся смотрела, как он чистит апельсин, и чувствовала, как внутри всё сжимается. Мужу до сих пор больно. С одной стороны, он не хочет говорить на эту тему, с другой – то и дело это из него прорывается. Сказать ему прямо, что все не так, как он думает? Но, возможно, тогда вместо обиды на отца он разобидится на мать. Будет ли это лучше для их семьи?
Олеся ведь не знает всей правды. Видела только письма. Может, за ними есть ещё что-то.
Как считаете, что правильнее? Лезть в прошлое, которое не твоё, но касается твоего мужа? Или сделать вид, что ничего не видела?
Должна ли Олеся открыть мужу глаза? Что думаете?
Обсуждаем на сайте «Семейные обстоятельства»