Начало:
Предыдущая глава:
Николай Борисович в спешке собирал вещи. Главное успеть. Чёрт бы побрал эту Ковалевскую. Николай Борисович открыл сейф, стал складать в кейс пачки банковских упаковок. Доллары, евро и немного рублей. Билет на самолёт был уже куплен. Осталось подчистить хвосты и слинять, как можно дальше. То что, Ковалевская купила компанию, это значило только одно, что её купил Коваль. Николай Борисович не сомневался, что за дочерью незримо стоит её отец. Тем более, она назначила аудит. Аудит многое мог вскрыть.
Собрав деньги тв кейс, Николай Борисович присел на дорожку. Ну всё. Теперь его в России ничего не держит. Нал, это на первое время. Остальное на счетах. Он встал с дивана, как раздалась мелодия домофона. Николай Борисович вздрогнул. На цыпочках подошёл к домофону. Нажал кнопку видео. Увиденное ему очень не понравилось. Вот су.ка, успела папику настучать, тварь такая. Николай Борисович засуетился. Собирался ещё быстрее, как-то лихорадочно. Но звук у домофона выключен не был.
- Коленька, дверь открой. Пожалуйста. - По ту сторону стоял человек, которого Николай Борисович реально боялся. Ковалевский. Он знал его ещё с беспредельных 90-х. Тогда во время беззакония и беспредела, уличных банд и тотального рэкета, Николай впервые узнал, кто такой Коваль - лидер бригады бывших спортсменов. Ковалевский Андрей Георгиевич. Тогда Коваль встал во главе группировки отмороженных спортсменов. Они ходили в конце 80-х - начале 90-х в китайских синих костюмах "Адидас", с золотыми цепями на шее. Делили город на сферы влияния. Делили жёстко. Сначала у спортсменов были кастеты и биты, потом появились пистолеты и автоматы. Коваль ни перед чем не останавливался, но при этом умудрялся не попасть в тюрьму. Всегда был осторожен и свидетелей не оставлял. Николай тогда был на подхвате у местного криминального авторитета Пахома и звали его тогда Колька Шнырь. Он имел одну ходку на зону по малолетству за кражу. Николай Борисович вздрогнул, перед его глазами встал тот день, который он запомнил на всю жизнь. Это была так называемая "стрелка". Уголовники встретились в цеху заброшенного завода со спортсменами Коваля.
- Ты что, пацанчик? Берега попутал? - Сделал распальцовку перед Ковалевским Пахом. - Ты знаешь кто я? Меня вся братва знает.
- Я знаю, кто ты, синий. - Холодно усмехнулся Ковалевский. Спортсмены называли уголовников "синими". - И я клал болт на твой авторитет. Ты залез на мою территорию. Я такого никому не прощаю. Теперь придётся мне забрать и твою территорию. - Спокойно говорил Ковалевский по кличке "Коваль". После чего резко ударил Пахома. Удар был сильный, так как Пахом моментально сложился на полу. Бригада Коваля, все были на этой стрелке в длинных кожаных плащах. Из под полы они выхватили пистолеты и автоматы. Братва Пахома ничего сделать не успела. Их просто расстреляли. Всех, кроме самого Пахома и его, Кольки Шныря. Но Кольку не убили только по тому, что он спрятался. Его всего трясло и он уже прощался с жизнью, сидя в углу цеха, за каким-то старым станком. - Ну что, Пахом? - Коваль смотрел на лежащего авторитета с верху вниз. - Видишь, как оно бывает?! И где твой авторитет? Нет твоего больше авторитета. Сдулся он, авторитет твой. - Ковалевский посмотрел на одного из своих подручных. - Биту дай. - Взяв биту в руки, стал забивать Пахома на смерть. Это было жуткое зрелище. Колька затихарился, его чуть не сташнило, и молился только об одном, чтобы они не начали проверять весь цех, искать оставшихся. - Собирайте эту падаль. - Услышал он голос Коваля. - Отвезём подальше. Рыбам тоже надо что-то кушать. А нет тела, нет дела. - Засмеялся Коваль.
Они тогда забрали тела всех убитых и куда-то увезли их. Кольку не нашли. Это был прокол для Коваля. Но сам Шнырь молчал все эти годы, ибо хотел жить. Коваль не погиб в лихие 90-е. Гибли его бойцы. Кого-то посадили, кого-то унесли на кладбище, похоронив в первых линиях кладбища, где хоронили "уважаемых" людей. Он не упокоился в лесополосе, закопанным после разборок. Не остался лежать на дне зера или реки с рельсой на шее. Он даже не был судим. Хотя один раз Коваль всё же оказался за решёткой СИЗО, где просидел полтора месяца, но его, в конце концов, выпустили. Два ключевых свидетеля по делу - один отказался от своих показаний, а второй просто пропал без вести. Его так и не нашли. Обвинение рассыпалось. Доказать ничего не смогли. Больше Коваль за решётку не попадал. Он не только выжил, но именно тогда она сколотил свой первый капитал. Потом стал вкладываться в легальный бизнес. И теперь он законопослушный гражданин, платит налоги, занимается меценатством. Построил церковь и отреставрировал храм "Богоявления" у них в городе. Полицейское начальство и прокуроры здороваются с ним за ручку. И у него имелись свои ручные депутаты, как на местном уровне, так и на федеральном. Он подмял под себя почти всю строительную отрасль в области. И даже в Москве и Питере у него были свои интересы, как и в Сибири. И вот Коваль, Ковалевский Андрей Георгиевич стоял перед калиткой его коттеджа. Однозначно, надо бежать.
Николай Борисович схватил свой кейс, документы. Выскользнул из дома с чёрного хода и быстрой рысцой устремился к калитке на другом конце участка. Открыл её, сделал шаг вперёд и получил удар в голову...
...Очнулся Николай в своём же коттедже. В одних трусах. На полу холла. Рядом, в кресле сидел Ковалевский. Пил из бокала виски.
- Очнулся, горемычный? - Усмехнулся он. Посмотрел на одного из своих подручных. Покачал головой. - Ты, Тёма, силу то иногда соизмеряй. Колька Шнырь у нас человек щуплый, с тонкой душевной субстанцией. Ну убил бы ты его или покалечил, затронув цыплячий мозг, чтобы я с ним с убогим делать стал?
- Извините, Андрей Георгиевич. Я и правда, что-то не рассчитал. - Ответил здоровый детина, метра два ростом. Ковалевский кивнул.
- Аккуратней надо, Тёма. Мы же не бандиты-беспредельщики с большой дороги. Мы солидные и уважающие себя люди. - Вновь посмотрел на Николая Борисовича. - Ты куда это намылился, Коленька? Да ещё так, по-английски, не попрощавшись со мной? Не уважаешь меня?
Николая затрясло.
- Очень уважаю, Андрей Георгиевич. Простите меня.
- Коля, ты же в курсе, что моя дочь купила вашу контору?
- Да.
- Ну вот видишь. И при этом ты украл оттуда солидную сумму. А украсть у моей дочери, это тоже самое, что украсть у меня. А я этого очень не люблю. У меня нельзя воровать. Ты же в курсе?
- Да, но я не знал, что именно Инга Андреевна будет покупать компанию. Если бы я знал, то никогда в жизни...
- Верю. Знаешь, ты меня очень удивил. Кто придумал такую идеальную схему с "Дианой"? Не поверю, что ты. У тебя, Коленька, твоих цыплячьих мозгов не хватит на такое. Даже мои спецы облажались, ничего не заподозрили. Надо бы уволить их к чёртовой матери.
- Андрей Георгиевич, я всё верну.
- Конечно, вернёшь. Вернёшь всё, что украл за последний год. Я смотрю у тебя билеты. - Ковалевский взял со стола билет на самолёт. Смотрел на него. - В Гуанчжоу собрался, Коля? Серьёзное дело. А оттуда, как я понимаю, по твоему электронному билету, в Майами? Понимаю, солнце, море, пальмы и девочки в бикини. Можно расслабляться всю оставшуюся жизнь. Рейс в Гуанчжоу у тебя через четыре часа. Теперь вопрос, Коля полетишь ли ты на этом рейсе или останешься тут навсегда?
- Я же сказал, я отдам всё.
- Вот и хорошо. - Ковалевский кивнул ещё одному своему подручному, молодому мужчине в очках и в костюме. В руках у него был ноутбук. Тот сел за столик и открыл девайс. - Давай, Коля, облегчи свою совесть. Счета, пароли. И не лги мне, Коля, ой не лги.
Николай Борисович, глядя в тигриные жёлтые глаза Ковалевского, в которых плескалась тьма, стал говорить. Спец быстро работал с клавиатурой.
- Есть такое. - Сказал спец. - Сумма пять миллионов долларов.
- Как много ты успел наворовать, Коля. Это только за этот год? - Удивлённо спросил Ковалевский.
- Нет. За пять лет.
- Хорошо. Это у тебя на Каймановых островах?
- Да.
- Я забираю четыре. Долг, плюс моральная компенсация. Ты же не против, Коленька? - Николай Борисович судорожно сглотнул.
- Не против.
- Ну вот, правильный позитив, Шнырь. Видишь, я даже не всё у тебя забираю. Я же не беспредельщик. Понимаю, что это ты заработал в поте лица, так сказать непосильным трудом. Не покладая рук трудился. Следующий счёт, на Виргинах. Что? Думал я не знаю? Я, Коля, в этом городе всё знаю. А за тобой особый пригляд был. Я даже знаю имена всех твоих любовниц, какого цвета они трусы носят, сколько раз ты за этот день мочился в туалете, и даже сколько раз сидел на унитазе. Всё, Коля, знаю. - Мир у Николая Борисовича обрушился. Он тихо завыл, лёжа на полу.
- Да не переживай ты так, Коля. Лучше подумай о Майами и девочках в бикини. - Ковалевский нагнулся и погладил Николая Борисовича по голове. - Это гораздо лучше, чем лежать в озере с тяжестью на шее.
Николай Борисович сломался. Назвал пароли и логины. Спец зашёл.
- Двенадцать миллионов долларов. - Бесстрастным голосом сказал он.
- Не плохо, Шнырь, ты потрудился. Накопил себе на пенсию. - Он взглянул на спеца. - Восемь миллионов переведи на валютный счёт компании Инги... Вот видишь, Коля, у тебя осталась ещё приличная сумма, пять миллионов. Так что, Майами ждёт тебя. И девочки с коктейлем "Тропикана" тоже. Главное не накосячь под конец. Не сделай ошибки. Кстати, неплохой виски у тебя. Бутылку подаришь? - Николай Борисович закивал головой. - Спасибо, от души, Коля. А теперь одевайся. Надень приличный костюм. Ты же бизнесмен, а не шантрапа уголовная, мелким воровством промышляющая. А мои люди, тебя проводят до аэропорта. Посадят там на самолет. Это чтобы ты ошибок не понаделал. До Майами у тебя электронный билет? Этот телефон ты мне подаришь. На всякий случай. В аэропорту парни тебе дадут другой. С него можно позвонить только на мой телефон. На другие позвонить не сможешь. Функция у него такая хитрая. И электронный билет они тебе скинут на новый телефон. Вставай. - Сам Ковалевский тоже встал. Николай Борисович поднялся на ноги вслед за ним.
- И последний вопрос, Коля. Кто придумал схему по "Диане"?
- Барановский. Он мне давал указания.
- Из областной администрации?
- Да.
- Чем докажешь?
- У меня в телефоне есть аудио и видеофайлы. Я снимал его и диктофон включал на всякий случай, когда получал от него указания и когда встречался с ним. - Ответил Николай Борисович.
Ковалевский отдал мобильник спецу.
- Проверь. - Тот проверил. Посмотрел на босса. Кивнул.
- Да, есть. - Включил видеозапись, отдал мобильник Андрею Георгиевичу. Тот просмотрел её. - Вижу видео не одно и аудиозаписи тоже. Молодец, Коленька. Подстраховался. Компромат на всякий пожарный, да? - Николай Борисович кивнул. - Тогда тем более, Коля, тебя проводят до аэропорта и посадят на самолет. А вдруг не доедешь. Оцени, как я о тебе забочусь. - Ковалевский улыбаясь смотрел на Николая Шныря. Потом взял его за ухо. - Коля, помнишь Пахома? - Николай Борисович вздрогнул. Уже не побледнел, а посерел. - Ты думаешь я не знал, что там тогда спрятался, в углу, за ржавым станком? Знал, Коля. И все эти годы ждал, когда же ты начнёшь языком чесать. Но ты молодец. Молчал. Вот и молчи дальше. Береги здоровье, Коля. А то ведь и на Майами случаются несчастные случаи. - Николай Борисович вновь судорожно сглотнул. - Коля, что хотел спросить, ты же уезжаешь на всегда? Уезжай и не приезжай сюда никогда больше. Так будет лучше. И, кстати, этот дом. Хороший ты домик выстроил. Будет лучше, если ты его подаришь, в знак доброй воли. Вот, например Тимофею. А то у него двое, мал мала, а он в квартире ютится. Не по христиански это. - Ковалевский правда не сказал, что квартира его подручного четырёхкомнатная, но это такие мелочи. - Я и нотариуса захватил, на всякий случай. Так что давай дарственную подпишешь и с богом на Майами...
...Кольку Шныря на самом деле увезли люди из СБ Ковалевского в аэропорт. Дали ему сотовый и посадили на самолёт до Гуанчжоу. Он сумел выдохнуть только, когда авиалайнер поднялся в воздух.
- Добрый какой. Не беспредельщик. Двенадцать лямов отжал, сволочь. И коттедж. - Но Шнырь, в миру Николай Борисович, сказав эти слова, хоть и тихо, тут же испугался, даже рот свой закрыл ладонью. А вдруг Ковалевский узнает?..
Когда Андрей Георгиевич ехал домой, ему отзвонились.
- Алё?
- Босс, Тамара сидит дома. Никуда не выходит.
- А Серёжа?
- А вот он на железнодорожный вокзал попёр с сумкой. мы его аккуратно приняли и отвезли в охотничий домик. Он спит.
- Хорошо. Пусть поспит. Смотрите за ним. Головой отвечаете.
- Поняли...
...На следующий день, в два часа, Андрей Георгиевич стоял около лавочки на берегу городского пруда. В молодости они тут любили собираться. Сейчас тут всё более лучше обихожено. Новые скамейки появились. Новые дорожки. По воде плавали лебеди. Он повернул голову и увидел идущую по дорожке женщину, в платье чуть ниже колен. В туфельках на низком каблуке. Ковалевский стоял и смотрел на неё. Она подошла.
- Здравствуй, Галя.
- Здравствуй, Андрей.
- Ты почти не изменилась. Прекрасно выглядишь.
- Не сочиняй, Андрей. Не изменилась... Изменилась. Морщинки появились, седые волосы. Я просто крашусь.
- Всё равно, но выглядишь прекрасно. Стою и любуюсь тобой.
- Андрей, спасибо за комплимент, но ты хотел поговорить насчёт Артура. Я пришла.
- Галя, ты в курсе, что моя Инга и твой Артур хотят пожениться?
- Что? Артур и Инга?
- Именно. Поговори с сыном.
- Отговорить его жениться на твоей дочери?
- Да. Я даже могу денег заплатить.
- Я похожа на нищенку?
- Нет, но...
- Тогда не предлагай мне своих денег, Ковалевский. И почему ты не хочешь, чтобы они поженились? Хотя я удивлена. Инга не замужем?
- Нет. И не была.
- Странно. Такая красивая девочка, до тридцати дожила и не замужем. - Сказала Галина. - Уж кто-кто, но я думала, что Инга рано выскочит замуж.
- Была попытка, три года назад. Но этот кретин, её жених, перед свадьбой полез на её подружку. Инга из поймала. Скандал тогда случился. Выгнала она и его, и свою подружку под зад коленом. Он приезжал, пытался вымолить прощение, но она его даже на порог не пустила и разговаривать не стал. Послала нецензурно.
- Понятно. И я удивлена, Андрей, что Инга вдруг решила выйти замуж за моего сына. Она же его в школе даже не замечала.
- Да мало ли что было у них в школе! Тогда не замечала, а сейчас очень даже заметила. Артур работает в компании, которую купила моя дочь.
- С твоей подачи, Андрей?
- Да, с моей. Я хочу ей свой бизнес передать. Не девочка уже. Ты правильно сказал, тридцать лет уже. Я внуков хочу, а она ни в зуб ногой в этом вопросе. Да и опыта руководителя ей надо набраться. Вот пусть и потренируется на этой компании. А тут твой Артур ей попался на глаза.
- А чем тебе мой сын не угодил? Или ты думаешь он не достоин такой принцессы?
- Не в этом дело, Галя. Он Кошевой. А мне одного Кошевого хватило по самые гланды. Твоего мужа покойного. Это из-за него ты не стала моей.
- Что? - Глаза Галины широко раскрылись в удивлении. - Ты сам понял, что сказал только что? Ты, Андрей, сделал свой выбор тогда, тридцать пять лет назад. Забыл?
- Не забыл. - Ковалевский недовольно засопел.
- Тогда какие претензии? Тебе напомнить, как ты всё не мог решить, кто же из нас двоих тебе больше нравится, я или Лера?
- Лерка мне тоже нравилась, но ты больше. Я хотел ей об этом сказать. И сделать тебе предложение.
- Только не сказал и не сделал. Зато улёгся в постель к ней. Хороша любовь, Андрюша.
- Ты бы могла и простить. Я бы расстался с Лерой и мы были бы вместе. В конце концов, я же молодой был мужик. А Лерка, всё же красивая девка была. Она сама меня в постель потащила, как чувствовала. Я не смог тогда отказаться. Потом винил себя в этом, да что толку. Ты не простила, да и Лера забеременела.
- Вот именно, Андрей. Не простила, потому, что любила. Чем больше любишь, тем больнее предательство. Но я приняла твой выбор, Андрей тогда и отошла в сторону. Хотя мне было очень тяжело. Ты не знаешь, что я пережила. Я и на свадьбу вашу не пошла. Смотрела на вас со стороны. На Леру в свадебной платье, на тебя в костюме, такого красивого. А потом я встретила Игоря. рядом с ним отошла. Полюбила. И знаешь, я благодарна была судьбе, что так случилось. Если бы Лера не подсуетилась, то вместо неё, оказалась бы я в той машине, когда на тебя покушение было. Ведь именно из-за этого, она потеряла своего ребёнка. Я не знаю, как она пережила это. Я бы не пережила. И тебя бы никогда не простила. А так... Я тогда впервые с того дня, как узнала о вас, к ней в больницу пришла. То горе примирило нас. Хотя с тобой я так и не стала общаться, а с Лерой общалась. Но ты итак это знаешь. - Ковалевский кивнул. - И знаешь, мне было странно, что ты ревновал меня к Игорю. Я до сих пор помню, как ты вечером, накануне нашей с ним свадьбы припёрся к нашему дому, пьяный и орал там мне, под нашими окнами. Мне так стыдно было перед своими родителями. Хорошо твои дружки-бандиты тебя увезли. А Артур плод нашей с Игорем любви. И мне странно слышать от тебя о ревности к моему мужу. Я жалею только об одном, что у нас с Игорем больше детей не родилось. Он слишком рано ушёл. Артуру тогда 10 лет было. Мы планировали с ним ещё одного ребёнка, но не успели. - Галина пристально смотрела на Ковалевского.
- Что ты так на меня смотришь, Галя?
- Ничего, Андрей.
- Галя, я не при делах был. Это был несчастный случай. Клянусь тебе. Я, конечно, ненавидел Игоря и ревновал его к тебе, но я его не трогал. Я же не идиот. И понимал, что таким способом тебя не верну. Наоборот, ты бы только ещё больше меня возненавидела. Ведь он разбился на моей стройке. Это был несчастный случай. Это правда. Я даже потом провел сам, своё расследование. Кое-кто у меня даже кровью мочился и харкал. Но это и правда был несчастный случай. Какого чёрта он попёрся тогда на эти леса? Это вообще не его дело было. На это бригадир был и прораб, а он инженер. Хороший инженер был, грамотный. И дотошный, мать его. Вот и сорвался. Это видели несколько человек. Доска гнилая оказалась.
- Успокойся, Андрей. Я тебя не ненавижу. Давно простила. Да, я знаю, что это был несчастный случай. Ладно, Андрей, это всё наше прошлое. Пусть оно и останется в прошлом. Не жалей того, что случилось. Зато посмотри, какую дочь, умницу и красавицу, тебе Лера родила. Всю жизнь тебя любила. Но меня всё же интересует, что тебе не так в моём Артуре? Ты думаешь он будет плохим мужем для Инги? А то, что Кошевой, так что с того? Он это он, а не его отец.
- Ты не понимаешь, Галя? Если бы не твой Кошевой, возможно у меня был бы шанс. Я и правда хотел расстаться с Лерой. Особенно после того случая, когда она потеряла ребёнка. Слишком тяжело это было... И хоть Игоря твоего давно нет, но вырос его сын, Артур. Его плоть и кровь. Похожий на него, чуть ли не как две капли воды. И он теперь оприходует мою дочь!
- А что в этом плохого, Андрюша, что Кошевой оприходует Ковалевскую? Родиться ещё один Кошевой или Кошевая. Успокойся, Андрей, и прими это. Судьбу и правда не переспоришь. У нас не получилось с тобой, зато у детей наших, дай бог, получится. А почему ты с Ингой не поговоришь?
- Пытался. Но она же упёртая. Сказала, если я буду против, она всё равно выйдет замуж за Артура. И вообще уйдёт из дома, в свою городскую квартиру.
- Ну да, вся в папочку. Я вообще не буду говорить на эту тему с Артуром. Он мальчик уже большой, ему 31 уже. Пора ему жениться, да детьми обзаводиться. А то я от него внуков точно не дождусь. А так Инга родит. И будут у нас с тобой, Андрей, общие внуки. Это всё, о чём ты хотел со мной поговорить?
- Я надеялся, что ты отговоришь всё же сына от свадьбы.
- Нет. Если они оба так решили, значит так и будет. Это их жизнь. Им жить, а не тебе и не мне проживать за них годы. И Андрей, надеюсь с Артуром ничего не случиться? Несчастный случай, например? Прошу тебя, не надо. Не бери ещё один грех на душу. У тебя их итак много.
- Не бойся, ничего с ним не случится, если сам куда свою голову не сунет.
- Спасибо, Андрей. Я пошла тогда, а то меня там Егор ждёт.
- Скажи, Галь, ты счастлива?
- Что ты имеешь ввиду?
- Ну ты счастлива со своим вторым мужем? С Егором?
- Да. Он хороший человек.
- Ты сказала хороший. Но ты не сказала, что любишь его.
- Андрей, мы не молоды, чтобы кричать о чувствах. Но если тебе будет легче, то да, я люблю его. С ним за долгое время одиночества, я вновь почувствовала себя женщиной, во всех смыслах этого слова. Словно вторую весну свою переживала... Береги себя, Андрюша. Нам с тобой ещё внуков общих растить. Молодым помогать. Прощай.
- Прощай, Галя.
Галина повернулась и пошла назад по дорожке, на выход из парка. Шла легко, словно она опять та беззаботная девчонка, год назад окончившая школу, которую он увидел много лет назад, и у которой всё в жизни хорошо. Вот Галина скрылась из вида. А Андрей Георгиевич всё стоял и смотрел ей вслед...
Продолжение следует...
Ссылка на мою страничку на платформе АТ
https://author.today/u/r0stov_ol/works
Ссылка на мою страничку на Литнет
https://litnet.com/ru/oleg-rostov-u652331
Ссылка на мою страничку на литературном ресурсе Букривер (Bookriver) https://bookriver.ru/author/oleg-rostov