Оставив бойцов дооборудовать НП, а снайпера наблюдать за противником, спускаюсь с бугра и возвращаюсь на огневые. Отсчитавшись о проделанной работе, сержант Волохов предоставил мне список всего движимого и недвижимого имущества батареи, где окромя средств тяги, орудия, боеприпасов к нему и личного вооружения красноармейцев, отдельной строкой был отмечен некоторый избыток стрелкового вооружения. В него вошли: ручной пулемёт ZB-26, пара автоматов МР-40, шесть немецких карабинов и несколько ящиков патронов к этим трофеям. Через полчаса на батарею вернулся весь наличный состав, посланный на хутор, попутно доставив поздний обед или ранний ужин. Как доложил младший сержант Задорин, к ним прибегал посыльный и передал записку-приказ от комбата, а на словах пояснил, что за весь день к мосту вышло всего несколько человек, которые пробирались лесом, так как все, две дороги немцы перекрыли. Мне же предписывалось явиться с докладом на командный пункт батальона к 17:00, поэтому поев и нарезав задач личному составу, иду в село.
На совещание собралось всё командование батальона, капитан, три лейтенанта и два сержанта. Взаимно представив меня командирам рот, комбат начал с доклада «начальника транспортного цеха». Поэтому пришлось отдуваться.
- Мы из трофейного орудия обстреляли немцев в деревне Чичково и нанесли им потери. В данный момент занимаем позицию в районе высоты «огурец», в готовности открыть огонь, по атакующему противнику. Ориентиры на берегу реки мною пристреляны, так что если пехота не проспит и вовремя подаст сигнал, поможем, чем сможем. С наступлением темноты, оборудуем несколько огневых точек на самой высоте, так что при атаке немцев, прикроем.
- А по своим на берегу не ударишь? – спрашивает комбат. - У нас на "пляже" целый взвод окопался.
- Из проведённой мной разведки, я выяснил, что на "пляже" никого нет, всё отделение сосредоточено на крутом повороте реки, и с высокого берега держит под прицелом всё русло, до следующей излучины. - Отвечаю я.
- Не понял? Сержант Кургачёв. Что за херня творится в вашей роте? И почему я, об этом не знаю? - матерится комбат.
- Не могу знать! Товарищ капитан. После того, как ранило нашего ротного, я командовал взводом и мы, как оборонялись левее моста, так там и остались, ну а командование ротой принял на себя старшина Пилипчук. - Доложил взводный.
- И где этот Пилипчук? Почему я его здесь не вижу? - Обвёл всех присутствующих тяжёлым взглядом командир батальона.
- Сказал, что пойдёт проверить наших в лесу, справа от моста и ушёл, а больше я его и не видел. Потом по цепи передали, что всех командиров рот в штаб, вот я и пришёл. - Снова ответил сержант Кургачёв.
- Этот ваш старшина, что через Москву пошёл? Там же всего полкилометра. - Ругается капитан Лобачёв.
- А там берегом не пройти, товарищ капитан, даже по-пластунски, немцы из пулемётов как шьют, а траншеи там нет, одни стрелковые ячейки, так что только по-тылам вдоль шоссе, а дальше лесом. - Поясняет сержант.
- Даже если и так, туда и обратно километров шесть, час ходьбы, максимум полтора. Давно он ушёл? - интересуется комбат.
- Дак с обеда ещё.
- Этого старшину только за смертью посылать. А почему нормальную траншею не выкопали? Время же было, да и расстояние там небольшое, всего по десять метров на человека. - Продолжает задавать вопросы комбат.
- Ротный сказал, что согласно уставу в ячейках потерь будет меньше, а пока мы мост курочили, потом то, сё, вот и не успели, а опосля немцы не дали. - Оправдывается сержант Кургачёв.
- Сколько людей в роте? – После небольшого матерного загиба осведомился комбат.
- Тридцать человек, винтовки у всех, плюс два пулемёта, один из них станковый. Но это только в первом и втором взводах, про третий я ничего не знаю. - Разводит руками "замок".
- Что скажешь? Артиллерист. Только ты один тех бойцов видел. – Спрашивает капитан Лобачёв уже у меня.
- Десять человек я видел, ручник у сержанта, все остальные с винтарями. Может и ещё кто был, но десять это точно. - Отвечаю я.
- Итого сорок. А сколько по списку? Начальник штаба!
- С утра было шестьдесят два человека. – Отвечает самый старший из лейтенантов.
- Да. Не густо, и это ещё боя не было, только артобстрел. У остальных как с личным составом? Потери большие? Лейтенант Захаров.
- В первой роте семьдесят один человек, два станковых и два ручных пулемёта, гранаты, бутылки с горючей смесью. Ранено четыре человека. – Поднимается из-за стола командир с двумя кубиками в петлицах.
- Командир второй роты, младший лейтенант Петров. – Представляется третий летёха. – В наличии пятьдесят шесть красноармейцев и младших командиров, один максим плюс два ручника, пять автоматов, остальные винтовки и карабины, гранаты ручные и противотанковые, бутылки с огнесмесью. Три человека убито, пятеро раненых.
Общий итог совещания подводит командир батальона.
- Сегодня за весь день, к переправе вышло только несколько небольших групп и отдельных военнослужащих. Как стало известно из рассказов вышедших бойцов, а также по сведениям от наших разведчиков, противник перекрыл все пути отступления в районе нашего рубежа обороны. Поэтому, не позднее 21:00 взвод, находящийся в тет-де-пон, отвести на нашу сторону реки, мост взорвать. Командир первой роты, выделишь один взвод с двумя ручными пулемётами в мой резерв. Остальным укреплять позиции, траншеи копать в полный профиль. Всем всё понятно? Вопросы есть?
- Товарищ капитан. А почему вы меня грабите? – Начал возмущаться лейтенант Захаров.
- А ты у нас самый богатый. – Со смешком парирует комбат. - Тем более всех выходящих из окружения, в первую очередь к тебе направляли. Да и длина твоего оборонительного рубежа останется прежней. Так что не прибедняйся, а всех кто успеет перейти к нам до взрыва моста, можешь оставить у себя. Командовать резервом будет начальник штаба, ему и карты в руки. Вопросы есть? Вопросов нет. Лейтенанты свободны, сержанты задержитесь.
- Сколько у тебя людей, артиллерист? – спрашивает Лобачёв.
- Вместе со мной четырнадцать бойцов и младших командиров.
- Чем можешь помочь своему коллеге? Кроме стрельбы с закрытых позиций. Как видишь людей у него мало, а пляж как-то надо перекрыть. Там расположен плёс, и место для переправы очень удобное, как на лодках, так и по остаткам моста.
- С орудием у меня шесть человек, плюс водитель машины и водитель кобылы. Два человека нужны для корректировки огня. Итого десять. Остаётся четыре человека, смысла их сажать на этом пляже, даже с пулемётами не вижу от слова совсем. Там у немцев каждая кочка пристреляна, сразу закидают минами как из ротных, так и из батальонных миномётов. Может и придержим минут на пять, но только людей зря погубим.
- Пяти минут нам и хватит. Резерв успеет в самый раз подойти.
- И что толку от тех двадцати человек резерва? Пойдут в атаку? Фрицы их скосят из пулемётов за пару минут, хоть днём, хоть ночью. Залягут, и будут стрелять с места? Пулемёты, плюс миномёты и конец всей нашей обороне.
- Отрицаешь, предлагай, а то кто-то тут хвастался, что он кадровый, ни чета всяким разным ополченцам.
- Я такого не говорил. А насчёт предложений, - это шоссе. За ним мы и займём оборону, днём с пулемётами, а на ночь можно и пушку выкатывать. Там вдоль обочины километра два, позицию можно менять хоть после каждого выстрела. Да и резерв там рядом держать, если кого-то собьют с позиций у реки, могут отойти, закрепиться, а потом и ударить, обойдя фрицев с фланга.
- Но там же до реки восемьсот метров.
- Вот именно, ротные миномёты хоть с того, хоть с этого берега не достанут, а батальонные пока пристреляются, можно раз пять позицию поменять.
- А как узнаешь, что немцы форсировать начали?
- На то и щука в реке, чтобы карась не дремал. Тут уж пусть пехота подсуетится, а то мне всю войну с одной пушкой не выиграть. Днём-то я и сам всё увижу, а вот ночью пусть подсветят. Если гансы всё же решат поплавать, подвесят пару люстр на парашютах, ракеты я дам, у меня даже с собой есть. Если будет возможность, можно несколько гранатных растяжек на берегу поставить, сюрприз фрицам будет обеспечен. Только для этого лимонки нужны, из других не получится.
- Хорошо, с гранатами поможем, вы идите на склад боепитания, а мы тут ещё покумекаем. - Отпускает нас комбат и дальше разговаривает уже с начальником штаба. – Смотри старлей, как только подойдёт резерв, сосредоточишь его на северо-западной окраине села, ближе к дороге… - Дальнейшего я уже не слышал, так как мы вышли из хаты.
С сержантом Кургачёвым общий язык нашли сразу, так что между собой общались просто по именам, без всяких званий. Тем более он оказался тёзкой нашего Мишки. Начинало уже темнеть, поэтому договорившись с сержантом о взаимодействии, и подогнав ему пару «светляков», я возвращаюсь на батарею. Где и озадачиваю свою «чёртову дюжину» новыми проблемами. Когда окончательно стемнело, забираю с собой пятерых бойцов с двумя пулемётами и, прихватив «чуток» патронов, топаем к шоссейной дороге, где и занимаем оборону. Присмотрев несколько огневых для орудия, лёгкой трусцой бегу обратно. Без оставленного на позициях «чутка», бежалось легко, к земле ничего не прижимало. Ну его нафиг, этого Емелю, еле допёрли всё то, что он достал из кузова грузовика. Походу там только одни снаряды остались. К моему приходу, передок уже загрузили снарядами, причём в сборе. Дистанция стрельбы известна, поэтому решили стрелять на втором заряде, соответственно этому снаряжали гильзы и собирали выстрелы. Всё, что успели приготовить, в зарядный ящик не вошло, так что остатки заберёт ездовый, вторым или третьим рейсом. Цепляем пушку к передку и выдвигаемся к шоссейке.
Всю книгу сразу можно прочитать здесь: https://author.today/work/60649
или здесь: https://www.litres.ru/72597202/