Сергей морщился от каждого звука — ложечка звякала о чашку слишком громко. Раздражало всё: музыка в кафе, грязные следы на полу, и даже собственное отражение в темном окне — уставшее, безэмоциональное.
Он специально сел в угол, за большой цветок, чтобы никого не видеть. Домой идти не хотелось. Там, в квартире матери, сейчас было невыносимо. Сестра Люда, переехавшая к ним «на время» еще полгода назад, опять готовила рыбу. Этот специфический запах пропитал одежду и волосы. А трое племянников наверняка уже разнесли коридор и теперь с криками делили планшет.
Сергей заказал еще кофе, лишь бы оттянуть момент возвращения в этот балаган.
Дверь открылась, звякнув колокольчиком. В кафе вошла пара. Сергей посмотрел на них без интереса и вдруг замер.
Ольга.
Она смеялась. За семь лет брака Сергей забыл, как она смеется по-настоящему. Последние годы она только грустно улыбалась. А сейчас — сияла. Новая прическа, красивое пальто, а главное — глаза. В них не было привычной тоски.
Рядом с ней шел мужчина. Крупный, в очках. Держался уверенно, как человек, у которого все в порядке. Он бережно поддерживал Ольгу под локоть.
Сергею стало неприятно. Проснулась ревность пополам со злостью.
«Ну-ну, — подумал он. — Радуешься? Нашла себе простачка? Интересно, он знает, что детей у тебя не будет никогда?»
Воспоминания, от которых он бегал два года, нахлынули сами собой.
Их семейная жизнь испортилась из-за отсутствия детей. Семь лет попыток. Врачи, бесконечные проверки, одна полоска на тесте. Ольга угасала. Она прошла через тяжелое лечение, процедуры. Специалисты не понимали причину, говорили про особенности организма и советовали пробовать еще.
Но у Сергея не было времени пробовать. У него была мама, Зинаида Павловна. Она управляла семьей жестко. А еще у неё была любимица — младшая дочь Люда.
Люда была полной противоположностью Ольге. Работала редко, зато детей рожала регулярно. Трое от разных отцов, денег нет, зато есть уверенность, что ей все должны помогать.
В тот вечер Сергей привез Ольгу к матери на разговор. Ольга жаловалась на плохое самочувствие, но Сергей настоял.
За столом Зинаида Павловна сразу перешла к делу.
— Так, дети. Смотреть на вас жалко. Тебе, Сережа, наследник нужен. А Оля… ну, не получается, значит, не судьба. Но решение есть.
Люда, сидевшая рядом, довольно улыбнулась и погладила живот — она ждала четвертого.
— Мы тут подумали, — продолжила мать. — Люда здоровая. Она вам ребеночка выносит. Родит и отдаст. По-родственному.
Ольга сильно побледнела.
— Что? — тихо спросила она.
— Ну, как это сейчас модно, только без клиник и переплат, — пояснила Зинаида Павловна. — Зачем чужим людям деньги отдавать? Всё в семью.
— А я согласна, — вставила Люда, доедая бутерброд. — Мне не сложно. Вам ребенок, а мне… помощь нужна.
— Вот! — мать подняла палец вверх. — У Людмилы с жильем беда. У меня тесно. А у тебя, Оля, от бабушки квартира осталась. Двушка в центре. Ты её сдаешь, а племянники мучаются.
Ольга медленно поставила чашку на стол. Руки у неё дрожали.
— Вы хотите, чтобы я отдала квартиру Люде? За то, что она родит?
— Не отдала, а решила вопрос! — отрезала Зинаида Павловна. — Продаешь свою двушку, покупаешь Люде жилье попроще, но свое. Остаток — на ремонт. И все довольны. Ты с ребенком, Люда с крышей над головой. Честно!
Сергей молчал. Мать уговаривала его месяц. Твердила, что жена эгоистка, что ей метры дороже семьи. И он поверил, что это выход.
— Сереж? — Ольга посмотрела на мужа с испугом. — Ты это серьезно?
Сергей набрал воздуха. Ему было неловко, но желание стать отцом перевешивало.
— Оль, ну а что такого? — голос дрогнул. — У нас есть где жить. А та квартира пустует. Люде тяжело. Зато у нас будет малыш.
— Твой и Людин? — тихо спросила Ольга.
— Не начинай! — вспылил Сергей. — В клиниках это стоит миллионы. Сделаем простую процедуру, и все. Главное — результат.
Ольга встала. Она посмотрела на мужа как на чужого человека.
— Я не буду этого делать. Это бред.
Зинаида Павловна стукнула по столу.
— Пожалела квартиру! Для родни мужа! Да ты просто не можешь выполнить женское предназначение!
Сергей вскочил. Нужно было решать сейчас.
— «Продай жильё и купи квартиру сестре, она нам родит!» — выпалил он заготовленную фразу. — Я ставлю условие. Или мы делаем так, как говорит мама, или нам не по пути. Я устал ждать.
В комнате стало тихо.
Ольга посмотрела на него долгим взглядом. Потом молча сняла кольцо, положила на стол и вышла в прихожую.
— На развод подам завтра, — сказала она от двери. — Вещи заберешь сам.
— И уходи! — крикнула ей вслед Зинаида Павловна. — Пожалеешь еще! Придешь к нам, да поздно будет!
Сергей тряхнул головой. Прошло два года.
Он так и не женился. Жил с мамой и Людой, которая родила четвертого мальчика. Квартира превратилась в сумасшедший дом. Сергей содержал и сестру, и её детей. Мама забирала у него почти всю зарплату.
А Ольга сидела здесь, счастливая.
Обида захлестнула Сергея. Он резко встал и подошел к их столику. Ему хотелось испортить им настроение.
— Привет, — громко сказал он.
Ольга вздрогнула, обернулась. Удивление сменилось вежливостью.
— Здравствуй, Сергей.
— Хорошо выглядишь, — усмехнулся он. — Быстро замену нашла. А этот, — он кивнул на мужчину, — знает про твои проблемы? Что детей не будет?
Мужчина медленно снял очки и посмотрел на Сергея тяжелым взглядом.
— Выбирайте выражения, уважаемый.
— А то что? — Сергей повысил голос. — Правду не любите? Она же просто пользуется ситуацией! Квартиры свои сберегла, живет отлично, а семью разрушила из-за жадности!
— Сергей, прекрати, — тихо сказала Ольга. Ей было стыдно за него. — Уходи, пожалуйста. Не устраивай сцену.
— Стыдно? — продолжил он. — А мне нет. Я хотел семью! А ты…
Ольга вздохнула и чуть отодвинулась.
— Паша, дай салфетку, — попросила она спутника, а потом повернулась.
Только сейчас Сергей заметил, что за креслом Ольги, в тени растения, стояла коляска.
Ольга наклонилась, поправила плед. Из коляски раздались детские звуки, и показалась маленькая ручка с игрушкой.
Сергей застыл. Слова застряли в горле.
— Это… — он не мог договорить.
— Знакомься, это Ваня, — спокойно сказала Ольга. — Ему четыре месяца.
— Но… как? — Сергей растерялся. — Врачи же говорили… Мы же семь лет…
— У нас была редкая несовместимость, Сергей, — ответил Павел. — Или, как сказал врач, организм просто не хотел продолжения рода в тех условиях.
Ольга посмотрела на бывший мужа. В её взгляде была только усталость.
— Знаешь, Сережа, я забеременела через несколько месяцев после того, как мы с Пашей расписались. Без сложного лечения. И уж тем более без помощи твоей сестры. Оказывается, когда в семье спокойная обстановка, а не требования продать имущество, организм работает иначе.
Сергей смотрел на малыша. Тот смотрел на мир ясными глазами, как у Ольги.
Это мог быть его сын. Если бы он тогда не слушал мать. Если бы просто поддержал жену.
— Ты сам всё разрушил, — тихо добавила Ольга. — Ты выбрал маму и сестру. Живи с ними. А нас оставь.
Павел положил руку на плечо жены.
— Идите, мужчина. Вам здесь не место.
Сергей попятился. Он чувствовал на себе взгляды других людей. Ему казалось, что все на него смотрят.
Его уверенность в том, что Ольга виновата, исчезла.
Он выскочил из кафе на улицу. Холодный ветер ударил в лицо.
В кармане зазвонил телефон. На экране — фото мамы.
Сергей нажал кнопку ответа.
— Ты где ходишь?! — голос матери был очень громким. — Люда рыбу дожарила, хлеба нет! И подгузники у мелкого кончились, он кричит! Срочно иди в магазин и домой! И денег сними, за квартиру платить нечем!
Сергей слушал этот крик и смотрел через окно кафе. Там, в тепле, Ольга улыбалась, глядя, как Павел играет с ручкой их сына. Там была нормальная жизнь.
А в трубке кричала его собственная реальность.
— Слышишь меня?! — возмущалась мать. — Чего молчишь?
— Слышу, — глухо ответил Сергей. — Слышу, мама. Иду.
Он сбросил вызов, поднял воротник и пошел в темноту, навстречу ветру и запаху жареной рыбы, который теперь будет с ним всегда.
Спасибо за донаты, лайки и комментарии. Всего вам доброго!