Знаете, что самое смешное в спорах про советские мультфильмы? Что спорят не дети. Детей вообще никто не спрашивает.
Наткнулся я в соцсетях на пост молодой девушки-аниматора, в котором она сетовала на то, как сложно у нас в стране получить достойную оплату от студий мультипликации. Она ссылалась на опыт работы с зарубежными студиями, и отмечала разницу в отношении к специалистам аниматорам у нас и на Западе.
Но как часто это бывает, в комментариях разразился спор совершенно о другом, а именно о том, что лучше показывать детям — старую добрую «советскую классику» или современные шедевры Pixar и DreamWorks?
Одни говорят о глубоких смыслах другие о качестве прорисовки, одни сетуют на клиповое мышление современных детей, четвертые — об устаревшей морали советской классики.
«И всё равно для детей нет ничего лучше старых советских мультиков»
Но действительно, интересны ли советские мультфильмы современным детям? У кого есть дети, пишите свое мнение в комментариях. Я же в этой статье буду ссылаться на упомянутую выше дискуссию.
Для начала давайте честно: советские мультики правда часто скучны для современных детей. Не потому что они плохие, а потому что они — как пластинки на 33 оборота в мире стриминговой музыки. Там другая скорость дыхания. Другая плотность кадра. Другая логика юмора.
Один комментатор, которой сейчас сорок лет, вспоминает: «Ну, погоди!» — это было весело и интересно, а остальное — скукотища. Она росла в девяностые, и когда по телевизору наконец показали «Чипа и Дейла» — это было событие года. Пропустить выпуск — трагедия. А советские мультики? Ну, да были. Но при наличии любой альтернативы, выбор падал на зарубежные мультфильмы.
Другой пишет прямо: «В пять лет "Ёжик в тумане" — просто скучная и непонятная история. Вся философия, весь этот разговор про одиночество, страх, поиск пути, аллюзии на загробную жизнь и путешествие по Стиксу — это для взрослых». И это чистая правда. Я не могу представить современного ребенка, которому зайдет «Ёжик в тумане». А вот для взрослых — целое поле для философских измышлений.
Но когда возвращается ностальгия на советское, появляется и желание привить эту ностальгию современному поколению. Вроде как наши родители говорили, что вот «раньше были добрые хорошие мультфильмы», значит также надо и современным детям внушать. Вот только современный ребенок в том мире не жил. У него другие интересы и кумиры.
С другой стороны, аргумент про «клиповое мышление» и «ужасный Zootopia» — это же чистой воды снобизм, давайте честно. Современная анимация — это не только мелькание и спецэффекты. Pixar, например, снимает мультфильмы, которые пробирают очень глубоко. «Вверх» — это же гениальная притча про утрату и вторые шансы. «Головоломка» — учебник по психотерапии. Да, там быстрее монтаж. Но там и разговор с ребенком идет на его современном языке.
Тут важно вот что: советские мультфильмы создавались в культуре, где считалось, что в ребенка нужно вложить однозначные смыслы. Отсюда эта дидактичность, эта медлительность, этот надрыв. Современные западные студии часто идут от ребенка — они пытаются говорить с ним о сложном, но через его детский опыт. Через страхи, через радости, через споры.
Советские мультфильмы сегодня — это такой же символ «утраченного рая», как мороженое за 20 копеек и газировка из автомата. Ностальгирующие, тоскуют не по конкретным картинкам, а по времени, когда сами были маленькими.
Только вот незадача: люди с этой тоской в глазах — в большей своей части давно не молодые родители. Они уже бабушки и дедушки. Ну или как минимум родители взрослых детей, которые сами давно выросли. А нынешние молодые мамы и папы — это те, чьё детство прошло под совсем другие позывные. «Чип и Дейл спешат на помощь». «Чёрный Плащ». «Утиные истории». «Космические спасатели лейтенанта Марша».
И вот теперь представьте: эти родители, выросшие на диснеевских сериалах и первых видеокассетах, приходят к своим детям и пытаются навязать им советскую классику. Но не ту, на которой выросли сами (потому что сами они на ней не росли), а ту, которую им когда-то показывали бабушки с дедушками — с ностальгической приставкой «это же шедевры, это наше всё». И получается какой-то телепорт через поколение. Бабушкин культурный код перепрыгивает через маму с папой и пытается приземлиться прямо на внуков.
А дети чувствуют фальшь за версту. Им всё равно, какие там награды присуждают «Ёжику в тумане». Им скучно. Им медленно. Им непонятно, почему все эти звери такие заторможенные и говорят с интонациями, которых в их мире просто не существует.
И вот тут включается родительская обида: «Мы стараемся, приобщаем к прекрасному — а классика всегда считается чем то эталонным, — а они не ценят!» Но они и не обязаны ценить. У них будет свой культурный код. И их «Винни-Пух» — это, возможно, какой-нибудь «Щенячий патруль» или «Маша и Медведь». Кстати, о Маше: забавно, что это как раз российская анимация, современная и очень успешная в мире. Но мы её часто даже не замечаем как «свою», потому что она не из нашего детства. Она из детства современных детей. И поэтому кажется чужой.
Советские мультфильмы останутся с нами. Они никуда не денутся. Они — часть нашей культуры, нашей истории, нашей памяти. Но требовать, чтобы они стали частью детства современных детей — значит путать свою ностальгию с их реальностью.
У них будет своё детство. Со своими героями, своими песнями, своими мультфильмами и в будущем, со своей ностальгией.
Согласны? Нет? Обсудим?