– Всем привет, с вами Бася! Вот вам сказка, а мне косточек связка!
Крыса Фью, избавившись от хорька, летела со всех лап на звук встревоженных голосов своих друзей.
Первым ее заметил наматывающий круги в небе Сильвер.
– Фью тут! Фью тут! – радостно закричал попугай, спускаясь вниз. – Этот хорек тебе не навредил? Как ты освободилась? – поинтересовался Сильвер.
– Ну, с такими спасателями, как вы, мне пришлось спасать себя самой! – задрала нос Фью. – Я же сообразительная и ловкая, я справилась!
– Ладно, ладно. Давай, я отнесу тебя к нашим! – Сильвер аккуратно перехватил Фью поперек туловища и взлетел. Фью едва не завопила от неожиданности, успев подумать, что ее слишком часто в последнее время кто-то куда-то таскает в когтях.
Пираты, взмыленные и злые, прочесывали пространство между скал, в тех местах, куда могли дотянуться. Юнга бегал кругами – он потерял след, потому что хорек юркнул в щели, в которые Юнга не мог сунуть нос.
И тут Сильвер принес Фью! Все радостно кинулись ее обнимать, крыска переходила из рук в руки под восторженные возгласы.
– Прости, милая, мы никчемы. Не смогли спасти тебя от жалкого хорька! – покаянно проговорила Кэтти и ласково потерлась своим носом о нос крысы, демонстрируя в очередной раз, что крыс она совершенно не боится.
Фью крутилась на ладони Кэтти и весьма гордилась собой, польщенная всеобщим вниманием. Затем Кэтти ласково посадила Фью себе за шиворот, и прикрикнула на пиратов:
– Мы легко отделались, лоботрясы! А ведь могли влипнуть в настоящие неприятности! Немедленно возвращаемся на побережье, пока еще что-нибудь не случилось!
Пираты мирно вернулись к пришвартованным в бухте кораблям, собираясь вести себя тише воды, ниже травы.
– Может, в карты поиграем? – предложил Энди.
– На деньги! – радостно заорал Шнырь.
– На раздевание! – подключился Чифа.
– На желание! – встрял Пино. – Например, кто проиграет, поплывет до тех рифов с привязанной за спину рукой!
– О боги, за что я командую этими идиотами? – пробормотала Кэтти, устало потирая рукой лоб. Она открыла было рот, чтоб заорать на пиратов и объяснить, что значит «вести себя тихо».
Но тут вдруг Джо, слоняющийся по капитанскому мостику, крикнул, вытягивая руку в сторону горизонта:
– Смотрите!
Все кинулись к правому борту, разглядывая то, на что указывал Джо.
Из воды вынырнула девочка Элли. Она имела неописуемо потрепанный вид. Вся в ссадинах и царапинах, с растрепанными волосами, с порванной одеждой, и даже, кажется, выдранным клоком волос. Элли доплыла до мелкоты и понуро, сутулясь, с потухшим взглядом побрела к линии берега.
Встревоженная Кэтти велела спускать шлюпку, чтоб догнать Элли и поговорить.
Доплыв до берега, Кэтти, Джо, Мар и Жанна кинулись к Элли, но стушевались, потрясенные ее несчастным видом.
Элли сидела на мокром песке, поджав под себя ноги. Она дрожала от холода, унижения, усталости и беспросветной тоски. Ее локоны висели спутанными прядями, будто водоросли. Она не поднимала глаз на море, на небо, на пиратов, смотрела только в песок перед собой, не интересуясь ничем вокруг.
Кэтти первой подошла к Элли и присела рядом, не касаясь ее.
– Элли… девочка… что произошло? – тихо спросила она, глядя на синяки на теле Элли.
Джо встал чуть позади, переминаясь с ноги на ногу, не зная, куда деть руки.
Элли сглотнула, долго молчала, а потом прошептала хрипло:
– Я дошла до них, до подводных жителей, – сказала Элли без эмоций, ровным надломленным голосом. – Я рассказала им, что поверхность на самом деле безопасна. Что солнце никого не сжигает, ветер ласков, на земле растут деревья и плоды, и даже Обелиск разрушен до основания! Что гиганты уплыли навсегда, и эти воды теперь безопасны. Я сказала, что, если они вернутся на поверхность, их ждут свободные земли для посевов, их ждет дивный новый мир!
Девочка замолчала, шмыгнула носом, утерла рукавом сопли и продолжила:
– Они не поверили мне ни на секунду. Кричали, что я предательница, потому что осмелилась высунуть нос на поверхность. Кричали, что я сошла с ума из-за излучения солнца. Джора бесновался больше всех, он явно боялся, что подданные толпой уйдут на поверхность. Он сказал, что ни на какой поверхности я не была, что я сбежала из города, вернулась, и чтоб оправдать как-то свое бегство, придумала эту чушь. А когда я пыталась кричать, возражать и оправдываться, он назвал меня душевно больной. Велел связать и посадить в темницу. А затем привязать ко мне электрического ската и бить меня током, потому что так лечат душевнобольных!
Кэтти издала возмущенный возглас.
– Тебя действительно пытали электричеством? – хмуро уточнила Жанна, стискивая рукоять сабли.
– Ну… – Элли снова шмыгнула носом. – Сперва человек десять моих драгоценных соплеменников, с которыми я провела под крышей купола всю свою жизнь, попытались меня связать…
…
– Всем привет, с вами Бася! Вот вам сказка, а мне косточек связка!
Элли рассказывала пиратам о том, как жестоко с ней обошлись ее подводные соплеменники.
– Они кинулись ко мне, чтоб схватить меня и связать, – продолжила рассказ Элли, все так же безучастно глядя в песок. – Я кричала, вырывалась, звала их по именам. Я напоминала им, что я же Элли, я тут росла, они меня воспитывали!
Она на секунду замолчала, дрожащей рукой сжала мокрый песок, а потом высыпала его сквозь пальцы.
– Меня утащили в старую хижину у края купола. Там раньше хранили снасти… – ее губы дернулись в кривой усмешке. – Теперь, видимо, там лечат «сумасшедших». Меня связали веревками, бросили за решетку и выставили охрану. Джора сказал, что я остыну, подумаю и «вернусь к разуму». А если нет… – она пожала плечами. – Тогда у них есть скат.
Жанна тихо выругалась сквозь зубы. Мар отвернулся к морю, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. Джо сделал шаг вперед, но Кэтти незаметно остановила его жестом – сейчас Элли было важно договорить.
– Я сидела там, и, к счастью, они не додумались меня привязать к балке. Мне просто связали руки за спиной. Охранники ели моллюсков и бросали раковины на пол. Они вообще безалаберные были, эти охранники, пьянчужки и дураки. Скоро они напились нашего местного эля из актиний и вообще заснули. А мне представилась возможность дотянуться до раковины, которая валялась на полу. Ух, это было нелегко. Пришлось сесть спиной к решетке и вытянуть руки так, чтоб две связанные руки пролезли сквозь прутья, а потом я потянулась к ракушке.
Элли глубоко вдохнула, будто снова переживая тот момент.
– Я дотянулась до ракушки, затащила ее в свою клетку, а потом очень долго пилила веревки. Потом прорвала с помощью ракушки дыру в стене хижины – хижина была из водорослей, и одна сторона стены сгнила. И когда я выбралась… Я могла бы бежать к ним и снова доказывать их неправоту. Но я не хочу их больше видеть! Никого! Никогда!
Элли вскочила и заорала свои последние слова морю, будто обращаясь к предавшим ее соплеменникам, а потом опять бессильно рухнула коленями в песок.
Девочка замолчала окончательно, как будто вся ее энергия и радость иссякли. Она снова сгорбилась, обняв себя за плечи.
Кэтти приблизилась и осторожно, почти невесомо накинула на Элли свой плащ.
– Ты осталась без соплеменников, с которыми прожила всю жизнь, но ты не одинока, – сказала Кэтти мягко. – Ты теперь с нами. И никто больше не посмеет назвать тебя сумасшедшей.
Джо опустился на корточки с другой стороны.
– Ты сделала больше, чем кто-либо из нас, – глухо сказал он. – Ты попыталась спасти их всех. Но нет смысла кричать тем, кто глух и слеп.
Элли подняла на него взгляд, и в ее глазах стояли слезы.
– Я просто хотела, чтобы они были свободны… – прошептала девочка. – Они же теперь останутся навсегда вымирающим забытым племенем под куполом.
Кэтти фыркнула.
– Забудь о них, и смотри вперед, на горизонт! Ты увидишь места, в которых никогда не бывала, и переживешь события, о которых не могла и помыслить. Ты родилась под водой, и станешь первой подводной девочкой, увидевшей весь мир! А теперь давайте уже отчалим от этого острова и отправимся искать третью часть карты Эльдорадо!
Так они и поступили. Пираты вернулись на борт, и три корабля, наконец, покидали остров с разрушенным черным Обелиском, на котором так надолго застряли.
Корабль «Шапито» сиял начищенным корпусом, будто приветствуя Элли, которую Кэтти забрала к себе. Якорь пошел вверх, мокрая цепь блеснула на солнце, а паруса расправились, наполняясь ветром.
Чуть поодаль зашевелилась «Плясунья ветров» – самая быстрая из флотилии, она первой поймала ветер и нетерпеливо дернулась вперед. А следом, медленно и основательно развернулась «Серая Бестия», тяжело рассекая массивным носом воду.
Берег начал удаляться. На месте существования Обелиска чернела оплавленная воронка.
Элли сначала стояла у борта, вцепившись пальцами в перила, будто не веря, что остров и правда остается позади. Девочка вдохнула соленый воздух и вдруг засмеялась, звонко и счастливо.
– Смотрите! – крикнула она и сорвалась с места.
Она помчалась по корме «Шапито», босиком, путаясь в слишком длинном плаще Кэтти, который теперь развевался за ней, как знамя. Элли ловко ухватилась за канат, раскачалась и с радостным визгом перелетела на другую сторону, едва не задев кока Пино, который катил бочку с вином.
– Осторожнее, морская бестия! – рассмеялся Пино, но в голосе его не было ни тени строгости.
Чайки, будто подхватив ее настроение, закружили над кораблем. Элли выпросила у кока пригоршню сухарей и начала кидать их в воздух, смеясь каждый раз, когда особенно наглая птица выхватывала кусок прямо у нее из пальцев.
– Я никогда… – она запнулась, отдышалась и снова засмеялась. – Я никогда не бегала по такой штуке из досок! Я все время, все время чувствую на коже ветер, воздух! Его так много, он всегда свежий!
Ветер усилился. Паруса натянулись, корабли выстроились клином и уверенно пошли в открытое море. Вода за кормой вспенилась, остров окончательно растворился в морской дымке и затерялся на горизонте.
Элли забралась на самый край кормы, уселась, болтая ногами над волнами, и раскинула руки, будто хотела обнять весь мир сразу.