Она стояла у окна, глядя, как троюродная сестра мужа, Марина, с недовольным видом тащит чемодан к такси, а её муж Игорь что‑то возмущённо говорит водителю. Ещё полчаса назад в квартире царил хаос: гости, заявившиеся «на пару дней» без предупреждения, требовали то чай с бутербродами, то показать достопримечательности города, то помочь разобраться с онлайн‑банкингом.
Анна глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в руках. Она только что закончила сложный проект на работе — три недели почти без выходных, с постоянными правками от клиента. Вчера вечером она мечтала о тихом вечере с книгой и горячим шоколадом. А вместо этого в 8 утра раздался звонок в дверь, и на пороге возникла весёлая компания из двух взрослых и ребёнка, который тут же побежал исследовать квартиру.
— Ну что ты такая напряжённая? — говорила Марина, удобно устраиваясь на диване. — Мы же семья! Ты должна быть рада нас видеть.
— Да, Ань, не будь букой, — поддакивал Игорь. — Тем более мы уже приехали.
Ребёнок тем временем уже разрисовывал маркером стену в прихожей. Анна молча взяла салфетку, смочила её и начала стирать каракули. Внутри всё кипело. Она вежливо предложила гостям помочь разобрать вещи, показала, где ванная, и пошла на кухню готовить завтрак — не потому, что хотела, а потому, что «так положено».
Пока жарился омлет, Анна машинально протирала столешницу, стараясь не слушать, как Марина комментирует обстановку квартиры:
— А у вас тут, смотрю, ремонт уже устарел… Мы вот в своей двушке евроремонт сделали — всё в серых тонах, стильно так. Тебе бы тоже что‑то современное придумать.
За завтраком Марина демонстративно ковыряла омлет:
— М‑м‑м, вкусно… Но знаешь, моя мама делает его воздушнее. Может, рецепт запишешь?
Игорь тем временем листал фотоальбом:
— А это что за фотки? О, свадьба! Ань, а платье у тебя было… скромное, да? Мы с Мариной на своей такое шикарное закатили — три дня гуляли!
Анна молчала, сжимая вилку. Она чувствовала, как накапливается раздражение — сначала где‑то в груди, потом поднимаясь к горлу. Перед глазами всплыли воспоминания о той свадьбе: как она сама выбирала платье, как волновалась, как Сергей держал её за руку и шептал: «Ты самая красивая».
После завтрака гости объявили, что устали с дороги и хотят отдохнуть, а Анне «лучше пока заняться делами — прибрать тут, постирать». Ребёнок, которому надоело сидеть в комнате, начал прыгать на кровати, а Марина крикнула из гостиной:
— Анют, может, ты ему мультики включишь? А то он нас отвлекает!
Это стало последней каплей. Анна закрыла глаза, сделала глубокий вдох и посчитала до десяти. Когда она снова открыла глаза, то увидела своё отражение в зеркале: бледная, с тёмными кругами под глазами, в старом домашнем халате. «Так нельзя, — подумала она. — Я не могу позволить, чтобы меня так унижали в собственном доме».
Анна вошла в комнату, выпрямилась и чётко произнесла:
— Слушайте меня внимательно. Я рада, что вы решили навестить нас. Но я не ваша прислуга, не отель и не круглосуточная няня. У меня был тяжёлый месяц, и я имею право на отдых. Если вам не нравится, как я готовлю, или кажется, что я недостаточно гостеприимна, — пожалуйста, найдите другое место для проживания.
Марина открыла рот от удивления:
— Ты что себе позволяешь?
— Я позволяю себе быть хозяйкой в собственном доме, — спокойно ответила Анна. — У вас есть час, чтобы собрать вещи. Я вызову такси до ближайшей гостиницы.
Игорь попытался что‑то возразить, но Анна перебила:
— Или вы уезжаете сейчас, или я прошу мужа разобраться с ситуацией. Решайте.
В комнате повисла напряжённая тишина. Марина побагровела, ребёнок замер на кровати с открытым ртом.
— Ну и ладно! — фыркнула Марина, вставая. — Подумаешь! Мы и сами можем уехать. Правда, Игорь?
Игорь, который явно не ожидал такого поворота, кивнул и начал собирать разбросанные вещи.
Минут через сорок гости, ворча и бросая обиженные взгляды, спустились вниз. Анна закрыла за ними дверь и прислонилась к ней спиной. В квартире повисла благословенная тишина. Она закрыла глаза и прислушалась к ней — ни криков, ни требований, ни едких замечаний. Только тиканье часов на кухне и далёкий гул города за окном.
Она прошла на кухню, заварила себе чашку чая — настоящего, любимого, с мятой и лимоном. Села у окна и наконец позволила себе расслабиться. Руки всё ещё немного дрожали, но на душе стало легче. Из окна открывался вид на двор, где дети катались на велосипедах, а пожилые соседи кормили голубей.
«Может, я и не идеальная хозяйка, — подумала Анна. — Но я хорошая жена и буду хорошей матерью, когда придёт время. А главное — я научилась защищать свой дом и свои границы».
В этот момент зазвонил телефон — это был муж, Сергей.
— Привет, солнце, — услышала она его голос. — Что там за история с моими родственниками? Мне только что Марина звонила, плакала, говорила, что ты их выгнала…
Анна улыбнулась — впервые за день по‑настоящему улыбнулась:
— Серёж, приезжай домой. Я всё расскажу. И, кстати, у меня для тебя новость: я взяла два билета на море на следующую неделю. Только ты и я. Никаких родственников.
На том конце провода повисла пауза, а потом Сергей рассмеялся:
— Знаешь, — сказал он, — это лучшая новость за последнее время. Люблю тебя. Буду через час.
Анна положила трубку и посмотрела в окно. Солнце пробилось сквозь тучи, осветив двор тёплым светом. В доме пахло чаем и свободой — и это был самый приятный аромат на свете.
Пока она убирала со стола, в голове промелькнула мысль: «Надо будет позвонить маме. Она всегда говорила: „Аня, не позволяй никому садиться тебе на голову. Дом — это крепость, и ты имеешь право решать, кто в нём гость, а кто — нет“».
Через час приехал Сергей. Он обнял жену, поцеловал в макушку и сказал:
— Знаешь, я горжусь тобой. Давно надо было это сделать.
Анна прижалась к нему:
— Спасибо, что понимаешь.
— Конечно, понимаю, — улыбнулся Сергей. — А теперь давай посмотрим, какие там билеты на море. Хочу поскорее увидеть, как ты загораешь на пляже и больше ни о чём не волнуешься.
Они сели рядом на диван, открыли сайт с турами и начали выбирать отель. Анна чувствовала, как напряжение последних дней окончательно покидает её. Впереди их ждали дни без непрошеных гостей, без чужих требований — только они вдвоём, море и свобода быть собой. Анна почувствовала, как напряжение, сковывавшее её тело последние несколько часов, постепенно уходит. Она посмотрела на Сергея — тот улыбался, и в его глазах читалось искреннее восхищение.
— Знаешь, — тихо сказал он, — я ведь догадывался, что они тебя достают. Но ты всегда говорила: «Ничего, потерплю, они же родственники…»
— Потому что я и правда пыталась быть гостеприимной, — вздохнула Анна. — Хотела, чтобы у нас была дружная семья. Но они воспринимали мою доброту как слабость.
Сергей подошёл к жене, обнял её за плечи:
— Больше этого не повторится. Я сам поговорю с Мариной и Игорем — объясню, что так в гости не ездят. И что если они хотят общаться с нами, то только на твоих условиях.
Анна прижалась к нему:
— Спасибо. Мне так нужно было услышать это от тебя.
Они ещё немного посидели на диване, листая варианты отелей на побережье. Анна выбрала один с видом на море и зелёным садом, где можно гулять по вечерам.
— Смотри, — она показала Сергею фото террасы с шезлонгами. — Здесь мы будем пить кофе по утрам. И никто не скажет, что он недостаточно крепкий или что сахар надо класть другой.
Сергей рассмеялся:
— И никаких комментариев про устаревший ремонт!
— И про скромное свадебное платье, — добавила Анна. — Кстати, надо найти ту фотографию. Я тогда действительно была прекрасна.
Сергей достал семейный альбом:
— Конечно найдём. Вот она! — он показал на снимок. — Ты сияла. И платье было чудесное — элегантное, утончённое. Совсем не то кричащее нечто, в котором Марина плясала на своей свадьбе.
Анна рассмеялась:
— Вот именно! А я тогда из‑за её слов несколько месяцев переживала. Думала, может, и правда стоило потратиться…
— Никогда не сомневайся в себе, — серьёзно сказал Сергей. — Ты прекрасна во всём. И знаешь что? Давай устроим вторую «свадьбу» — только для нас двоих. На море. Ты наденешь самое красивое платье, какое захочешь, а я буду смотреть на тебя и снова скажу: «Ты самая красивая».
У Анны на глазах выступили слёзы:
— Это самая прекрасная идея.
В этот момент на кухне что‑то звонко упало. Они вздрогнули и переглянулись.
— Что это было? — насторожилась Анна.
— Пойду проверю, — Сергей направился на кухню.
Анна последовала за ним. На полу возле мусорного ведра лежал разбитый стакан — видимо, зацепили, когда убирали со стола.
— Пустяки, — улыбнулся Сергей. — Сейчас уберём.
— Нет, — Анна вдруг остановилась. — Давай оставим это на завтра. Сегодня у нас праздник — праздник свободы.
— Согласен, — кивнул Сергей. — Праздник свободы и начала новой главы.
Он взял жену за руку:
— Пойдём на балкон? Посмотрим на закат.
Они вышли на балкон. Воздух был свежим, пахло приближающейся весной. Солнце опускалось за крыши домов, окрашивая небо в нежные розовые и золотые тона.
— Как же хорошо, — прошептала Анна, вдыхая полной грудью. — Я так давно не чувствовала себя настолько… лёгкой.
— Вот и отлично, — Сергей обнял её. — Пусть эта лёгкость останется с тобой навсегда. А я буду рядом — поддерживать, защищать и напоминать, какая ты удивительная.
Анна положила голову ему на плечо:
— И мы больше никогда не позволим никому нарушать наш покой?
— Обещаю, — твёрдо сказал Сергей. — Наш дом — наша крепость. И только мы решаем, кто в ней гость, а кто — нет.
Они стояли и смотрели, как солнце скрывается за горизонтом, унося с собой все обиды и напряжение последних дней. Впереди их ждали новые рассветы — без непрошеных гостей и чужих требований, только вдвоём, в гармонии и любви.
Анна закрыла глаза, наслаждаясь моментом. Впервые за долгое время она чувствовала себя по‑настоящему счастливой и свободной. И знала — теперь всё будет по‑другому.