Если смотреть на Владивосток с борта самолёта, заходящего на посадку, дух захватывает даже у бывалых пассажиров.
Город раскинулся на сопках амфитеатром, дома лепятся друг к другу, карабкаются вверх по склонам, прячутся в зелени распадков — и всё время тянутся в небо.
За 165 лет своей жизни наша столица Дальнего Востока пережила настоящую вертикальную революцию.
Было время, когда двухэтажный дом с башенкой считался едва ли не небоскрёбом.
Потом пришли первые лифты, первые мусоропроводы, первые 9, 16, 25 этажей. А сегодня мы уже привычно задираем голову на 44-этажного гиганта, чьи окна смотрят на море с высоты 155 метров.
Но за каждой высоткой — не просто цифры в метрах и годах постройки.
За ними — истории.
Иногда жутковатые (когда розовая штукатурка оказывается перемолотыми надгробиями), иногда абсурдные (когда северокорейский проект возводят корейские рабочие в лихие 90-е), иногда курьёзные (когда в здании правительства лифты до сих пор помнят советское разделение на «крайкомовские» и «исполкомовские»).
В этом тексте я решила просто пройтись по самым высоким точкам города — от XIX века до наших дней.
Без скучной хронологии, зато с любопытством, улыбкой и тем самым владивостокским чувством, когда на любимый город смотришь и сверху, и снизу, и главное — изнутри.
Поехали?
Только голову не забудьте задрать.
А лучше — налейте чаю, устройтесь поуютнее и представьте, что мы просто разглядываем старые фотографии и удивляемся: как же мы выросли, господи...
Дом Соллогуба: готический замок на владивостокском косогоре
Пушкинская, 7, 1882 год, 2 этажа.
Знаете, что я больше всего люблю во Владивостоке?
То, что в любой момент, проходя по центру, можно упереться взглядом в самую настоящую готическую башню.
Средневековье, стрельчатые окна, замковый камень — и всё это на фоне наших кривых улочек и вечно спешащих людей.
Речь, конечно, о доме Соллогуба на Пушкинской, 7.
Он стоит здесь аж с 1882 года.
Представляете?
Ещё Пушкин был жив не так давно, а здесь, на краю империи, уже строили каменные палаты.
И строил их не какой-то заезжий архитектор, а сам хозяин — Николай Варламович Соллогуб, человек удивительной судьбы.
Мечта, которая строилась пять лет
Соллогуб приехал во Владивосток из Саратова.
Зачем?
Сказать, что за туманом и запахом моря, было бы слишком романтично. Он приехал за мечтой: стать редактором собственной газеты.
В 1881 году его утвердили в должности редактора-издателя газеты «Владивосток».
И только представьте: едва встав на ноги, этот человек покупает участок земли на склоне Машкина оврага и начинает строить дом.
Целых пять лет ушло на строительство. Пять лет, пока внутри кипела работа над первыми номерами первого на Дальнем Востоке периодического издания.
17 апреля 1883 года в этом только что отстроенном здании вышел первый номер газеты «Владивосток».
Изначально её задумывали как отраслевое «морское» издание, но Соллогуб быстро придал ей общественно-политический и литературный размах.
Газета зажила своей жизнью.
Как жили и работали в готическом замке
В доме всё было продумано.
Первый этаж — редакция и типография.
Там стучали печатные станки, пахло типографской краской, спорили о новостях. Второй этаж занимала семья Соллогуба: сам Николай Варламович, его супруга Софья и пятеро детей.
Даже кабинет главного редактора находился здесь же — чтобы всегда быть в курсе дел, но при этом не отрываться от семьи.
Уютно?
Тесновато, наверное. Но как же в этом чувствуется тот самый владивостокский купеческий дух: работа и дом — одно целое, газета и дети — под одной крышей, башня смотрит на море, а внизу шумит Машкин овраг.
Архитектурные фантазии
Дом Соллогуба — это чистой воды эклектика с мощным готическим уклоном. Кирпичный, двухэтажный, с мансардой и трёхэтажной башней, выступающей из основного объёма.
В нижнем этаже башни — большие стрельчатые окна, какие можно увидеть в средневековых замках Европы. Карнизы, тяги, обрамления окон — всё это сделано с такой любовью к детали, что хочется разглядывать фасад часами.
Художественный образ дома действительно отсылает к готическим замкам. Представляете, каково это было в XIX веке?
Посреди деревянного ещё Владивостока вдруг вырастает такое чудо — кусочек средневековой Европы на дальневосточных сопках.
Наши дни: замок, в котором живут люди
Сейчас дом Соллогуба — объект культурного наследия (статус получил в 1987 году).
В 2003-м на фасаде установили мемориальную доску с горельефом самого Николая Варламовича.
Смотрит он на нас, прохожих, строго и чуть печально.
А внутри до сих пор живут обычные люди.
Да-да, там квартиры.
Хотела бы я пожить в таком «замке»?
Безумно. Даже если лифта нет и башня чисто декоративная.
Даже если по ночам кажется, что по лестнице поднимается призрак старого редактора проверять свежий номер.
Это того стоит. Потому что жить в истории — дорогого стоит.
«Серая лошадь»: дом, который построили из надгробий
Алеутская, 17 и 19. 1937–1940 годы. 7 этажей.
Если дома умеют хранить тайны, то эти два сталинских великана на Алеутской — настоящие сфинксы.
Первые на Дальнем Востоке лифты, первые мусоропроводы, парадные подъезды с лепниной — в 30-е годы это была элитная недвижимость высшего разряда.
Но главная тайна «Серой лошади» (так их прозвали позже, когда розовая штукатурка посерела от времени и ветров) — в том, из чего эта штукатурка сделана.
Говорят, что розовый оттенок фасадам придал... гранит, перемолотый из памятников разрушенного Покровского кладбища.
Представляете? Люди, которые когда-то покоились под надгробиями из красного гранита, после революции «переехали» в стены этих домов. Жутковатая метафора новой жизни, построенной на костях старой.
Дома стоят до сих пор.
В них живут, в них по-прежнему работают лифты (наверное, уже не те), а жильцы сушат бельё на балконах с лепниной. И только редкие старожилы, глядя на облупившуюся штукатурку, вспоминают эту историю.
Хотите узнать больше про «Серую лошадь»? У меня есть подробная статья об этих домах: их архитектура, история строительства, легенды и современное состояние.
Там же — редкие фотографии и воспоминания жильцов.
— читайте, ужасайтесь и восхищайтесь тем, как история умеет прятаться в самых неожиданных местах.
А вы верите в эту легенду? Или, может, сами живете в «Серой лошади» и знаете другие тайны этих стен?
Делитесь в комментариях!
Первая девятиэтажка: как Владивосток учился доставать до неба
Проспект 100-летия Владивостока, 55. 1965 год. 9 этажей.
Сегодня мы морщим нос при виде панельных девятиэтажек.
А в 1965-м этот панельный дом на тогда ещё просто проспекте100-лет Владивостоку .
Первый на всём Дальнем Востоке девятиэтажный жилой дом!
Кирпич, основательность, солидный сталинский размах, хоть и время уже было хрущёвское.
Говорят, строили по личной инициативе первого секретаря крайкома — очень уж хотелось доказать, что Владивосток ничуть не хуже Москвы.
И доказали.
Для города, который до этого рос максимум до семи этажей («Серая лошадь» на Алеутской долго держала рекорд), этот дом стал настоящим прорывом.
Люди заселялись с ощущением, что живут чуть ли не в небоскрёбе.
Сейчас смешно, а тогда — гордость.
Дом стоит до сих пор.
Уже не рекордсмен, конечно, вокруг выросли настоящие высотки. Но если присмотреться, в его солидной кирпичной физиономии до сих пор читается: «А я первый был».
Хотите узнать больше про эту легендарную девятиэтажку? У меня есть отдельная статья с историей строительства, редкими фотографиями и воспоминаниями первых жильцов.
— загляните, там много интересного!
А вы жили или бывали в этом доме? Может, у вас есть старые фотографии района, где он ещё самый высокий?
Делитесь в комментариях — соберём народный альбом первой высотки Владивостока!
Русская, 48: первый дальневосточный небоскрёб и его мрачная легенда
Русская, 48. 1970 год. 16 этажей.
Это была сенсация, которую обсуждал весь город. Всего за шесть месяцев на окраине Владивостока вырос 16-этажный гигант — первое здание такой высоты на всём Дальнем Востоке.
Представляете масштаб?
Для 1970 года это был настоящий прорыв. Панельный дом на 126 квартир возводили ударными темпами, и результат получился... элитным.
Да-да, именно так: двух- и трёхкомнатные квартиры с просторными кухнями, паркетом в комнатах, кафелем на кухнях и лоджиями. Два лифта — пассажирский и грузовой — тоже были в диковинку.
Кто заселялся?
Офицеры штаба морской авиации, партийные и советские работники, строители, архитекторы, учителя.
Лучшие квартиры — лучшим людям. До сих пор жильё в этом доме считается престижным, несмотря на возраст.
Но есть у этого дома и второе имя — «дом самоубийц»
Оно приклеилось к нему не на пустом месте.
Высота, открытые лестничные пролёты, может быть, какие-то архитектурные особенности — и череда трагических случаев, о которых старожилы до сих пор говорят шёпотом.
Сколько их было на самом деле?
Точной статистики нет. Но легенда живёт уже полвека.
Кто-то считает это мрачным совпадением, кто-то — мистикой, а кто-то просто пожимает плечами: «Высокий дом — всякое бывает».
Я не берусь судить. Но когда проходишь мимо этого монументального здания на Русской, невольно задираешь голову и думаешь: сколько же историй — светлых и страшных — хранят эти стены?
Русская — больше чем улица
Вообще улица Русская для Владивостока — это отдельная вселенная. Здесь перемешано всё: история авиации, заводские окраины, элитные высотки, старые бараки и новые кварталы. И дом № 48 — пожалуй, самый яркий её символ. Символ эпохи, когда мы учились строить высоко. И платили за эту науку свою цену.
А вы бывали в этом доме? Или, может, слышали его мрачные легенды от старожилов?
Вот такой он, наш Владивосток в разрезе.
Где-то сказка, где-то быль, а где-то и жутковатая легенда под розовой штукатуркой.
Мы привыкли смотреть под ноги, чтобы не споткнуться на владивостокских тротуарах. Но иногда очень полезно останавливаться посреди улицы и... смотреть вверх.
Честное слово, там есть на что посмотреть.
Если вам тоже есть что рассказать о своих любимых (или не очень) высотках — велком в комментарии.
Давайте собирать историю города по этажам.
На этом пока всё. Пойду дальше бродить по дворам и подглядывать в окна истории.
Ваша Валерия.
Если вам, как и мне, интересно разглядывать город и его тайны — подписывайтесь на канал «Жить во Владивостоке».
Впереди еще много историй!