Глава первая, в которой никто не хотел купаться
Лиза ненавидела воду. Не всю, конечно, а только ту, в которой нельзя было достать дно. В душе — пожалуйста, в ванной — ради бога, в луже — даже на спор. Но море, озеро, бассейн с глубоким концом — это была территория чистого ужаса.
— Ты как кошка, — сказал Руслан, пиная носком кеда мелкую гальку. — Они, говорят, тоже воду терпеть не могут.
— Сам ты кошка.
— Я кот. Коты любопытные. А ты просто боишься.
Лиза закатила глаза и отвернулась к морю. В тот вечер оно было ласковым — тёплым, тихим, почти без волн. Вода переливалась розовым от заката, и где-то там, у самого горизонта, лениво таяло солнце.
— Я не боюсь, — соврала она.
— А что тогда?
Лиза промолчала. Объяснять Руслану, что она стесняется своего купальника, было глупо. Он всё равно не поймёт. Для него тело было просто телом — руки, ноги, голова, всё при деле. Для Лизы же это был бесконечный список недостатков: здесь широковато, здесь узковато, здесь не туда растёт.
Руслан вдруг толкнул её в плечо:
— Смотри, Алёна приплыла.
Из воды выходила Алёна — длинноногая, загорелая, с идеальной улыбкой. Вода стекала по её телу, не задерживаясь — словно там не за что было зацепиться. Она улыбнулась им и помахала рукой.
— Вода — сказка! — крикнула она. — Руслан, ты чего не купаешься?
— Да так, — пожал он плечами. — Лизу жду.
— Лиза?! — Алёна удивилась так искренне, будто ей сказали, что кошки научились летать. — Ты же вроде не купаешься вообще.
— С чего ты взяла?
— Ну… — Алёна замялась, выжимая волосы. — Ты всегда на берегу сидишь. Я думала, ты плавать не умеешь.
— Умею, — огрызнулась Лиза. — Просто не хочу.
— А-а-а, — протянула Алёна таким тоном, каким говорят «ясно, ври дальше».
Лиза почувствовала, как щёки начинают гореть. Руслан смотрел на неё с любопытством, Алёна — с превосходством. Идиотская ситуация. Она ненавидела, когда её ставили в такое положение.
— Знаешь что, — Лиза встала, отряхивая джинсы. — Я пойду.
— Куда? — удивился Руслан.
— Домой. Надоело.
Она схватила рюкзак и быстро пошла вдоль берега, подальше от этой дурацкой компании, от этого дурацкого моря и от собственной дурацкой трусости.
---
Дома было душно. Лиза сидела на подоконнике, смотрела на улицу и злилась. На Алёну. На Руслана. На себя.
— Ты чего киснешь? — в комнату заглянула мама. — Вкусного хочешь?
— Хочу, чтобы меня никто не трогал.
— О, это я умею, — мама исчезла так же быстро, как появилась.
Лиза вздохнула. Мама у неё была особенная — понимала без слов, не лезла с советами и вообще вела себя так, будто Лиза уже взрослая. Это одновременно бесило и успокаивало.
Телефон завибрировал. Руслан: «Ты чего, обиделась?»
Лиза: «Не обиделась».
Руслан: «Алка дура, конечно. Но ты правда никогда не купаешься. Я заметил».
Лиза: «И что?»
Руслан: «Ничего. Просто интересно, почему».
Лиза отложила телефон. Почему? Если бы она сама знала. Страх глубины был понятен и объясним. А вот страх раздеться перед людьми, страх, что на тебя будут смотреть и оценивать, — это было сложнее. Это было где-то глубоко внутри, в том месте, где живут все детские комплексы и подростковые драмы.
Телефон снова завибрировал. Руслан: «Завтра на пляж пойдёшь?»
Лиза: «Не знаю».
Руслан: «Я приду. Если хочешь, конечно».
Она смотрела на экран и чувствовала, как внутри что-то шевелится. Руслан был другим. Он не пытался её раздеть взглядом, не отпускал сальных шуточек, не подкатывал, как это делали другие парни. Он просто был рядом, разговаривал, смотрел в глаза. Иногда казалось, что ему вообще всё равно, как она выглядит.
Лиза набрала ответ: «Приходи. Только без Алёны».
Руслан прислал смайлик с поднятым большим пальцем.
---
Ночь прошла в метаниях. Лиза перемерила три купальника, два раза чуть не разревелась и под утро решила, что никуда не пойдёт. Но в девять утра в дверь позвонили.
— Ты чего так рано? — спросила она, увидев Руслана.
— А чего тянуть? Солнце уже печёт.
— Я не готова.
— Готова, — он бесцеремонно зашёл в прихожую. — Собирайся. Я подожду.
Из кухни выглянула мама, увидела Руслана, понимающе улыбнулась и шепнула Лизе: «Хороший мальчик. Не упусти». Лиза закатила глаза, но улыбнулась.
Через полчаса они уже шли к пляжу. Руслан нёс её сумку, пинал камушки и рассказывал историю про своего кота, который умеет открывать холодильник.
— И вот он сидит внутри, жрёт сметану, а дверь захлопнулась. И он там три часа просидел, пока мы не пришли.
— И что?
— А ничего. Вылез, отряхнулся и ушёл спать. Наглый — сил нет.
Лиза улыбнулась. С Русланом было легко. Он не требовал быть кем-то другим, не ждал, что она будет красивой, или умной, или весёлой. Он просто принимал её такой, какая есть.
На пляже было людно. Компании, семьи, орущие дети, торговцы кукурузой сновали между полотенцами. Они нашли место подальше от всех, у самой кромки воды.
— Ну что, полезли? — спросил Руслан, расстилая покрывало.
— Подожди. Дай привыкнуть.
— К чему?
— К атмосфере.
Он хмыкнул, но спорить не стал. Сел рядом, достал телефон, начал листать ленту. Лиза смотрела на море. Оно было спокойным, ласковым, не страшным. Волны набегали на берег, шелестели, звали.
— Слушай, — вдруг сказал Руслан, не отрываясь от экрана. — А чего ты на самом деле боишься? Воды или того, что подумают люди?
Лиза замерла.
— С чего ты взял, что я боюсь?
— Я же не дурак. Вижу. Ты каждый раз как на войну собираешься. Дышишь тяжело, глаза бегают. А когда в воду заходишь — вообще каменная становишься.
— Ничего я не каменная.
— Каменная, — он повернулся к ней и посмотрел прямо в глаза. — Лиза, расслабься. Здесь никто на тебя не смотрит. Все заняты собой.
— Тебе легко говорить.
— Почему?
— Потому что ты… — она запнулась, подбирая слова. — Ты нормальный. У тебя с телом всё в порядке.
Руслан удивлённо поднял брови.
— В смысле? У меня спина как доска, плечи узкие, ноги кривые. Я вообще в зеркало стараюсь не смотреть.
— Врёшь.
— Честно. Думаешь, только девушки комплексуют? — он усмехнулся, но как-то грустно. — Пацаны тоже умеют. Просто мы не показываем.
Лиза смотрела на него и не верила. Руслан — с его уверенной походкой, с его спокойствием, с его умением быть собой в любой компании — комплексует?
— Не смотри так, — он отвернулся. — Я же не жалуюсь. Просто к слову пришлось.
Они замолчали. Солнце поднималось выше, становилось жарко. Лиза расстегнула молнию на толстовке, стянула её. Осталась в футболке и шортах. Под футболкой уже был надет купальник — тот самый, синий, который она мерила ночью и чуть не порвала от злости.
— Так и будешь сидеть? — спросил Руслан.
— А что?
— Ну… — он пожал плечами. — Я вон уже разделся. Не мёрзнуть же.
Лиза посмотрела на него. Руслан сидел в шортах, без футболки, спокойный, расслабленный. Солнце играло на его плечах. Он был обычным — не героем с обложки, не фитнес-моделью, а просто парнем со светлой кожей, веснушками на носу и смешными вихрами.
— Ладно, — выдохнула она. — Уговорил.
Стянула футболку через голову. Замерла на секунду, ожидая, что он уставится, начнёт разглядывать, оценивать. Но Руслан даже не повернул головы. Просто сидел и смотрел на море.
— Ну чё, идём? — спросил он.
— Идём.
---
Они вошли в воду одновременно. Она была тёплой, обволакивала, ласкала. Лиза зашла по пояс, остановилась. Руслан пошёл дальше, окунулся, вынырнул, отфыркиваясь.
— Хорошо-то как! — крикнул он. — Лизка, давай к нам!
— Я тут постою.
— Трусня!
— Сам трус!
Он засмеялся и поплыл. Лиза смотрела, как он рассекает воду, сильный, спокойный, уверенный. И вдруг ей захотелось тоже так — плыть, не думая ни о чём, раствориться в воде, забыть про все свои страхи.
Она сделала шаг. Потом ещё один. Вода поднялась до груди. Ещё шаг — до шеи. Она оттолкнулась ногами от дна и поплыла.
Сначала неуклюже, по-собачьи, загребая руками как попало. Но вода держала, не давала утонуть, подталкивала вверх. Лиза открыла глаза, увидела перед собой бесконечную синеву и засмеялась от неожиданности.
— Получается! — крикнула она.
Руслан обернулся, улыбнулся во весь рот:
— Молодец! Давай ко мне!
Она поплыла. Медленно, тяжело, но плыла. С каждым гребком страх уходил, растворялся в солёной воде. Осталось только море, только небо, только Руслан, который ждал её впереди.
---
Она доплыла и встала рядом с ним. Вода доходила ему до груди, ей — почти до подбородка. Лиза тяжело дышала, но улыбалась.
— Ну как? — спросил он.
— Я… не знаю даже. — Она перевела дух. — Как будто я всегда умела, но забыла. А сейчас вспомнила.
— Круто, — он легонько толкнул её в плечо. — А ты боялась.
— Я и сейчас боюсь. Но уже меньше.
— Это нормально. Главное — не паниковать, если вдруг глубоко. Вода сама держит, надо просто расслабиться.
Лиза кивнула. Она смотрела на горизонт и чувствовала, как волны покачивают её, словно в колыбели.
— Слушай, — вдруг сказал Руслан. — А давай отплывём чуть дальше? Там дно резко обрывается, я вчера заплывал. Страшно, но интересно.
— Ты с ума сошёл? — Лиза почувствовала, как внутри всё сжалось. — Я же только начала плавать.
— Я рядом буду. Не бойся.
— Я не… — она запнулась. — Ладно. Только не быстро.
Они поплыли. Руслан медленно, чтобы Лиза успевала, она — изо всех сил работая руками и ногами. Через минуту она почувствовала, что под ногами пустота. Сердце ухнуло вниз.
— Не останавливайся, — крикнул Руслан. — Просто продолжай грести.
Она гребла. Паника подступала к горлу, но она гребла. Руслан плыл рядом, иногда касаясь её руки.
— Всё хорошо. Я здесь.
И вдруг ногу свела судорога. Резкая боль пронзила икру, нога перестала слушаться. Лиза вскрикнула, захлебнулась, пошла ко дну. Вода сомкнулась над головой, стало темно и холодно. Она молотила руками, пытаясь вынырнуть, но тело не слушалось, лёгкие горели, в ушах шумело.
И вдруг сильные руки подхватили её, рванули вверх, к свету, к воздуху.
— Дыши! Дыши!
Она закашлялась, выплёвывая воду, хватая ртом воздух. Руслан держал её, прижимая к себе, не давая уйти под воду.
— Тише, тише, я держу.
Лиза обхватила его за шею, прижалась, чувствуя, как колотится сердце — то ли её, то ли его. Она дрожала, не то от холода, не то от страха.
— Нога… свело…
— Сейчас, — он потянул её к берегу, работая одной рукой, второй прижимая к себе. — Только не бойся, не отпускай меня.
Она не отпускала. Вцепилась мёртвой хваткой и не отпускала.
---
Он вытащил её на мелководье. Лиза встала на дно, но ногу прострелило болью, она охнула и согнулась.
— Сядь, — Руслан опустился рядом с ней в воду, взял её ногу, начал растирать. — Больно?
— Очень.
— Сейчас пройдёт. Это от холода и напряжения. Надо было размяться перед заплывом.
Лиза смотрела на его руки, которые растирали ей ногу, и чувствовала, как боль понемногу отступает. А вместе с болью уходил и страх.
— Прости, — тихо сказала она. — Это я виновата. Попёрлась, не умея плавать.
— Ты умеешь, — он поднял на неё глаза. — Просто испугалась. Это бывает со всеми.
— С тобой бывало?
— А ты как думаешь? — он усмехнулся. — Я вообще плавать научился, когда утонул первый раз. Мне тогда лет семь было. В речку упал, чуть не захлебнулся. Дед вытащил. А на следующий день потащил меня на то же место и сказал: «Будешь плавать, пока не перестанешь бояться».
— И что?
— Ну, — он пожал плечами. — Перестал.
Лиза молчала. Смотрела на него и думала о том, какой он на самом деле. Не тот лёгкий, весёлый парень, каким казался сначала. А другой — глубокий, надёжный, настоящий.
— Знаешь, — сказала она. — Ты не такой простой, как хочешь казаться.
— А какой?
— Не знаю. Но не простой.
Он улыбнулся, но ничего не ответил.
---
Они сидели на мелководье, вода качала их, солнце грело спины. Где-то на берегу играла музыка, кто-то смеялся, визжали дети. Лиза заметила Алёну — та стояла у кромки воды и смотрела на них с любопытством. Их глаза встретились, и Алёна вдруг улыбнулась — не насмешливо, а как-то по-доброму, и подняла большой палец. Лиза улыбнулась в ответ.
— Слушай, — сказал Руслан. — А давай загадаем желание?
— Зачем?
— Ну, время такое. Сумерки. Говорят, в это время всё сбывается.
Лиза посмотрела на небо. Солнце уже почти село, край горизонта горел оранжевым, небо темнело, и где-то там, высоко, зажигались первые звёзды.
— А если не сбудется?
— Значит, не судьба. Но попытаться-то можно.
Он закрыл глаза. Лиза тоже закрыла. Подумала о том, чего хочет на самом деле. Не мороженое, не новое платье, не пятёрку по математике. А чего-то большого, настоящего, важного.
— Загадала, — сказала она через минуту.
— И я.
Они открыли глаза и посмотрели друг на друга. В сумерках лицо Руслана казалось другим — мягче, ближе, роднее.
— Пойдём на берег, — сказал он. — А то замёрзнешь.
Они пошли, держась за руки. Вода расступалась перед ними, словно давая дорогу.
---
На берегу было прохладно. Они завернулись в полотенца, сидели рядом и молчали.
— Спасибо, — сказала Лиза.
— За что?
— Что вытащил.
— А, — он махнул рукой. — Пустяки.
— Не пустяки.
Он посмотрел на неё.
— Главное, что ты не испугалась окончательно. Будешь ещё плавать?
— С тобой — буду.
— Тогда договорились.
Они сидели на берегу, смотрели на море и молчали. Говорить не хотелось — всё важное уже сказала вода.
Где-то вдалеке взлетел фейерверк, рассыпался золотыми искрами.
— Смотри, — сказал Руслан. — Как будто салют в нашу честь.
— Или просто салют.
— Нет, точно в нашу. Я чувствую.
Лиза засмеялась. Руслан тоже. Они сидели на берегу, прижавшись плечами, и смотрели, как море встречает ночь. И это было лучше любого желания, загаданного на падающую звезду.
---
Домой Лиза вернулась за полночь. Мама спала, на кухне горел свет, на столе лежала записка: «Еда в холодильнике. Ты молодец. Целую».
Лиза улыбнулась, открыла холодильник, достала сок. Пила и смотрела в окно на море, которое было видно даже отсюда. Чёрное, спокойное, бесконечное.
Телефон пискнул. Руслан: «Дошла?»
Лиза: «Да».
Руслан: «Нога как?»
Лиза: «Уже прошла. Совсем не болит».
Руслан: «Спокойной ночи».
Лиза: «И тебе».
Она отложила телефон, допила сок и вдруг поняла, что совсем не хочет спать. Хочется жить. Дышать. Бежать к морю. Плавать. Смеяться. Быть собой.
Завтра она снова пойдёт на пляж. И послезавтра. И каждый день, пока не закончится лето.
Наверное, это и есть счастье. Когда внутри так много всего, что не умещается в груди.
Лиза посмотрела на звёзды. Интересно, сбудется ли её желание? То, что она загадала в сумерках, стоя в море, пока Руслан держал её за руку.
Она улыбнулась. Наверное, оно уже начало сбываться.
Конец