— Сергей, ты что творишь?! — я смотрела на экран телефона, не веря своим глазам. — Где деньги? Куда ты дел восемьдесят тысяч?
Муж даже не поднял головы от ноутбука.
— Какие деньги?
— Мои! Премию! Её сегодня перевели, я проверила в обед. А сейчас на карте ноль!
Сергей наконец оторвался от экрана и посмотрел на меня с таким видом, будто я спрашиваю о чём-то совершенно незначительном.
— А, премия. Да, я снял. Мне срочно надо было.
Я опустилась на стул. В висках застучало.
— Срочно надо было? Ты хоть спросить мог! Я год на эту премию вкалывала! Год, Серёжа!
— Оль, ну что ты завелась. Это же семейные деньги, не твои личные. Или ты теперь отдельно от семьи живёшь?
Катя высунулась из своей комнаты.
— Мам, вы чего ругаетесь?
— Иди делай уроки, — буркнул Сергей.
Дочка скрылась, но дверь закрыла не до конца. Я видела, как она прижалась ухом к щели.
— Серёж, ну объясни хоть, на что тебе срочно понадобилось восемьдесят тысяч? У нас что-то случилось?
Он вздохнул, закрыл ноутбук.
— Роману надо было отдать. Долг старый. Ты же помнишь, три года назад он мне на ремонт машины дал.
Я помнила. Тогда у нас совсем туго было, и брат Сергея правда выручил. Но почему именно сейчас?
— Он что, требовал вернуть?
— Ну... попросил. У него самого сейчас трудности.
— Попросил — это не требовал. Можно было обсудить, когда отдадим. Или частями. А ты взял и всё разом снял?
— Оль, я что, должен перед тобой отчитываться за каждую копейку? Это мой брат. Он помог нам когда-то, я должен был вернуть.
— Восемьдесят тысяч, Серёж. Восемьдесят. Я планировала на лето отложить, Кате обещала на море свозить. И себе пальто хотела купить, ты же сам видишь, в чём я хожу.
Он глянул на меня и отвернулся.
— Пальто потом купишь. А море — это не первая необходимость. Дочь и здесь лето проведёт нормально.
Я встала и вышла на кухню. Надо было что-то делать руками, иначе я бы точно наговорила лишнего. Достала сковородку, яйца. Катька точно не ужинала ещё.
За спиной послышались шаги.
— Мам, правда больше не поедем на море?
Я обернулась. Дочь стояла в дверях, и в её глазах читалось такое разочарование, что мне захотелось немедленно всё исправить.
— Поедем, солнышко. Обязательно поедем. Я что-нибудь придумаю.
— Но папа сказал...
— Папа просто сейчас устал. Иди, я скоро позову ужинать.
Когда Катя ушла, я схватила телефон и написала сестре Лене: "Можно сегодня к тебе заскочить?"
Ответ пришёл мгновенно: "Приезжай. Я дома".
Лена открыла дверь в домашнем халате и сразу поняла, что что-то не так.
— Чай? Или сразу к делу?
— К делу, — я сбросила куртку и прошла в комнату. — Лен, у меня муж совсем офонарел.
Сестра присела рядом, выжидательно глядя на меня.
Я рассказала про премию. Про то, как Сергей снял деньги, даже не предупредив. Про Романа и его долг. Про пальто и море для Катьки.
— Погоди, — перебила Лена. — Он что, всю премию Роману отдал?
— Ну... он сказал, что Роману. Пятьдесят тысяч точно. А остальное...
— А остальное куда?
Я пожала плечами.
— Не говорит. Сказал, что на срочные дела.
Лена поджала губы.
— Оль, это не нормально. У меня с Мишей вообще раздельный бюджет. Каждый на свои хотелки откладывает. А на общее — складываемся поровну. И никаких претензий.
— Да я не против общего бюджета, — я потёрла лоб. — Я против того, что он даже не спросил. Просто взял и всё.
— А ты спроси, на что он остальное потратил. Настаивай.
Домой я вернулась поздно. Сергей уже спал. Я легла рядом и долго смотрела в потолок.
Утром муж ушёл на работу раньше обычного. Оставил записку: "Задержусь вечером. Не жди к ужину".
Я отвела Катю в школу и поехала в офис. Весь день пыталась сосредоточиться на работе, но мысли постоянно возвращались к пропавшим деньгам. Восемьдесят тысяч. Пятьдесят Роману — ладно, долг есть долг. А остальные тридцать?
В обед позвонила свекровь.
— Олечка, ты как? Давно к нам не заходила.
Вера Павловна жила в соседнем доме, мы виделись регулярно, но в последние дни я правда не заглядывала.
— Да вот работы много, — соврала я.
— Ой, понимаю, понимаю. Кстати, Сергей вчера заходил. Такой молодец у меня сын! Представляешь, купил мне новый телевизор! Я ему говорю — зачем, старый работает. А он: "Мама, тебе нужен нормальный, большой". Вот сижу теперь, радуюсь.
У меня похолодело внутри.
— Телевизор?
— Ага! Огромный! Вчера привезли и установили. Двадцать пять тысяч, представляешь? Я его отговаривала, а он не послушал.
Я попрощалась и положила трубку. Значит, двадцать пять тысяч — свекрови. А ещё пять? На что?
Вечером Сергей пришёл действительно поздно. Я ждала его на кухне.
— Серёж, нам надо поговорить.
Он скинул куртку, устало прошёл к столу.
— Оль, я вымотался. Давай завтра?
— Нет. Сегодня. Твоя мама звонила. Сказала спасибо за телевизор.
Он замер.
— Ну да. И что?
— Двадцать пять тысяч. Из моей премии. Серёж, это же мои деньги были!
— Наши. Семейные. Я уже говорил.
— Хорошо. Допустим, семейные. Но почему ты решил купить телевизор своей матери без моего ведома? Старый же работал!
— Маленький был. Ей неудобно смотреть.
— Серёж! — я повысила голос. — Ты отдал пятьдесят тысяч брату, двадцать пять — матери. Это уже семьдесят пять. Куда ещё пять?
Он отвернулся.
— На запчасти. Для мотоцикла.
Я рассмеялась. Нервно, истерично.
— Для мотоцикла? Который стоит в гараже с октября? Серьёзно?
— Надо починить к весне.
— Понятно. Значит, твоему брату — надо. Твоей маме — надо. Твоему мотоциклу — надо. А мне? Мне что, не надо?
— Да что ты себе, в конце концов, купить хочешь?! — он развернулся ко мне. — Пальто? Так возьми из зарплаты!
— Из зарплаты я на еду трачу! На коммунальные! На Катькину одежду! На кружки её! На продукты! А премия — это моя. Я её заработала. Я год для этого старалась.
— Ты на себя зациклилась, Оль. Я думал, мы семья. А у тебя всё — моё, моё, моё.
Я встала.
— Знаешь что, Серёж? Иди спать. Мне сейчас с тобой разговаривать бесполезно.
На следующий день я поехала к свекрови. Вера Павловна встретила меня радостно.
— Олечка! Заходи, чай пить будем!
— Спасибо, Вера Павловна, я ненадолго.
Мы сели за стол. Свекровь действительно сияла от счастья.
— Ну как тебе телевизор? — она кивнула на огромный экран в углу комнаты. — Сергей настоял. Я говорю — зачем такой дорогой, а он: "Мама, ты заслужила".
Я кивнула.
— Да, хороший.
— Вот только я переживаю, вы с Серёжей поругались из-за этого? Он вчера какой-то хмурый был.
Я помолчала, подбирая слова.
— Вера Павловна, вы знали, что эти деньги — моя премия?
Она моргнула.
— Какая премия?
— Мне на работе премию выдали. Восемьдесят тысяч. За выполнение годового плана. Я собиралась отложить на отдых с Катей и купить себе пальто. А Серёжа снял всю сумму и распорядился сам. В том числе купил вам телевизор.
Лицо свекрови изменилось.
— То есть он без тебя решил?
— Да.
— Олечка, я не знала. Если бы знала, ни за что бы не приняла. Я же не просила. Старый работает.
— Я понимаю. Просто хотела, чтобы вы знали.
Я ушла, не допив чай. На обратном пути думала — что дальше? Разговаривать с Сергеем бесполезно. Он уверен в своей правоте. Может, Лена права? Может, нам действительно нужно как-то по-другому бюджет вести?
Вечером я села за стол с блокнотом. Написала все наши расходы. Еда, коммуналка, одежда для Кати, кружки, транспорт. Из моей зарплаты уходит больше половины на это. Из Серёжиной — меньше. Потому что он откладывает на свои нужды. На тот же мотоцикл. На рыбалку. На встречи с друзьями.
А я?
Я последний раз что-то для себя покупала полгода назад. Кофточку на распродаже.
Когда Сергей пришёл домой, я была готова к серьёзному разговору.
— Серёж, сядь. Нам правда надо обсудить, как мы дальше жить будем.
Он сел напротив, скрестив руки на груди.
— Слушаю.
— Я хочу, чтобы мы договорились. Все крупные траты — больше десяти тысяч — обсуждаем заранее. Вдвоём. А премии каждый тратит на своё усмотрение. Это же поощрение за труд, понимаешь? Не зарплата, а именно бонус.
— То есть ты хочешь жить, как соседи по коммуналке? Каждый сам по себе?
— Я хочу, чтобы ты меня уважал. Чтобы советовался со мной.
— Оль, мы семья. В семье всё общее.
— Тогда почему ты копишь на мотоцикл? Это же тоже семейные деньги?
Он замолчал.
— Это другое.
— Чем другое?
— Ну... это моё хобби.
— А моё желание купить пальто — не хобби? Или свозить дочку на море?
Он встал.
— Я не хочу больше об этом говорить. Ты превращаешь всё в скандал из-за каких-то денег.
— Из-за каких-то?! Серёж, это восемьдесят тысяч! Восемьдесят!
В комнате распахнулась дверь. Катя стояла на пороге, и по её щекам текли слёзы.
— Хватит! Хватит ругаться! — она всхлипнула. — Папа, почему ты забрал мамину премию? Мама обещала, что мы летом поедем на море. Она обещала!
Сергей побледнел.
— Катюш...
— Ты всегда говоришь, что надо держать слово! А сам маме не даёшь его сдержать!
Дочь развернулась и убежала к себе, громко хлопнув дверью.
Мы с Сергеем стояли молча. Он первым опустил взгляд.
— Я... не подумал.
— Вот именно. Не подумал.
Он прошёл к окну, постоял, глядя в темноту.
— Хорошо. Я попробую с Романом договориться. Может, он согласится вернуть часть.
На следующий день Сергей уехал к брату. Вернулся только вечером. Я была дома, готовила ужин.
— Ну как? — спросила я, когда он вошёл.
Он молча достал из кармана конверт и положил на стол.
— Тридцать тысяч. Роман вернул. Сказал, что деньги ему нужны были, но не критично. Он уже нашёл новый заказ, небольшой, но хоть что-то.
Я взяла конверт.
— И?
— И ещё сказал, что я неправ. Что ты старалась, а я распорядился твоим трудом, как будто это моя собственность.
Он сел на стул, опустив голову.
— Оль, прости. Правда. Я просто... я вырос в семье, где отец всем заправлял. Мать никогда слова не говорила. Мне казалось, что так и должно быть. Что муж — главный, и он решает.
Я присела рядом.
— Серёж, быть главным — это не значит решать за всех. Это значит нести ответственность. Вместе.
Он кивнул.
— Я понял. Извини. Давай правда договоримся, как ты предлагала. Все крупные траты — обсуждаем. И премии — каждый сам решает, куда потратить.
Я взяла его руку.
— Договорились.
Прошла неделя. Я купила себе пальто — тёплое, красивое, то, на которое смотрела ещё месяц назад. Остальное отложила на летний отдых.
Сергей съездил к матери. Объяснил ситуацию. Вера Павловна сначала обиделась, но потом, как она сама призналась мне по телефону, "задумалась". Сказала, что раньше не понимала, как это — когда с тобой не советуются.
Катя успокоилась, когда я показала ей отложенные деньги и сказала, что море будет обязательно.
Вчера вечером мы с Сергеем сидели за столом, расписывая траты на ближайшие месяцы. Коммуналка, продукты, одежда Кате — она растёт, надо обновить гардероб. Ремонт в ванной — там уже кран течёт, надо менять.
— Извини ещё раз, — сказал Сергей, отрываясь от листа с расчётами. — Я правда не подумал тогда.
— Главное, что теперь мы договорились, — ответила я.
Он улыбнулся.
— Договорились.
Катя выглянула из своей комнаты.
— Мам, пап, а я могу в этом году записаться на танцы?
Мы переглянулись.
— Давай посчитаем, — сказал Сергей, придвигая к себе калькулятор.
И мы стали считать. Вместе.
Оля тогда и представить не могла, что их новые договорённости пройдут испытание уже через три месяца. И что именно Катины танцы поставят её перед выбором, который перевернёт всё с ног на голову. А главное — заставят вспомнить собственную забытую мечту...
Конец 1 части. Продолжение уже доступно по ссылке, если вы состоите в нашем клубе читателей. Читать 2 часть...