Зеркала всегда были для меня просто предметом интерьера. Стекло, амальгама, рама. Я не верил в приметы, не боялся разбитых зеркал и смеялся над историями про Пиковую Даму. Я прагматик, инженер, человек цифр и чертежей. Мое утро — это четкий алгоритм: подъем, душ, бритье, горький кофе без сахара и дорога в офис.
Я живу один в «сталинке» с высокими потолками. Ванная комната у меня просторная, с черно-белой плиткой на полу и огромным старым зеркалом над раковиной. Оно досталось мне от прошлых хозяев, и я решил его оставить — винтаж сейчас в моде.
В то утро я, как обычно, стоял перед раковиной, намыливая щеку. Бритва скользила по коже, срезая щетину. Я думал о предстоящем совещании, о том, что надо бы купить хлеба.
Рука дрогнула.
Острое лезвие полоснуло по коже.
Я поморщился.
— Черт, — прошипел я, смывая пену.
На щеке выступила капля крови. Я прижал к порезу кусочек туалетной бумаги.
Посмотрел в зеркало, чтобы оценить масштаб бедствия.
И замер.
Глава 1. Задержка в эфире
В зеркале на меня смотрел я. Такой же сонный, с намыленным подбородком.
Но на его щеке не было крови.
Кожа была чистой. Розовой.
Я убрал бумажку. На моей реальной щеке набухала алая капля. Она уже начала стекать вниз, к подбородку.
Я снова посмотрел в зеркало.
Отражение было чистым.
«Что за?..» — подумал я. — «Свет так падает? Или я еще сплю?»
Я моргнул. Отражение моргнуло.
Я повернул голову влево. Отражение повернуло голову.
Вроде все нормально.
Но крови не было.
Я стоял и смотрел на свое лицо в стекле, чувствуя, как реальная струйка крови щекочет шею.
И тут, прямо на моих глазах, на щеке отражения начала появляться рана.
Медленно. Как будто кто-то невидимый проводил лезвием по ту сторону стекла.
Сначала появилась тонкая красная линия. Потом она расширилась. И наконец, из нее выступила капля крови.
Я посмотрел на часы. Секундная стрелка отсчитала ровно минуту с того момента, как я порезался.
Задержка.
Мое отражение опаздывало на минуту.
Глава 2. Тест на реальность
Меня прошиб липкий пот.
Это невозможно. Это противоречит законам физики. Свет распространяется мгновенно. Отражение не может опаздывать.
Я решил проверить.
Я резко поднял правую руку.
Отражение в зеркале продолжало стоять, опустив руки. Оно смотрело на меня (или на себя?) с выражением легкого недоумения — тем самым выражением, которое было у меня минуту назад.
Я начал махать руками. Прыгать. Строить рожи.
Отражение жило своей жизнью. Точнее, моей жизнью, но с отставанием.
Я видел, как оно (я в прошлом) берет бумажку. Прижимает к щеке. Морщится.
Это было похоже на просмотр видеозаписи. Только вместо экрана было зеркало.
Но если это запись… кто её проигрывает?
И тут я почувствовал запах.
В ванной, где пахло только пеной для бритья и зубной пастой, вдруг появился посторонний аромат.
Сладковатый. Приторный. Тошнотворный.
Запах перегоревшего сахара.
Так пахнет жженая карамель. Или старая, гнилая ветошь.
Я принюхался. Запах шел от зеркала. Сквозь стекло.
Глава 3. Бунт двойника
Я стоял, парализованный ужасом. Мой разум пытался найти объяснение. Галлюцинация? Опухоль мозга? Газ?
В зеркале «я» убрал бумажку. Посмотрел на кровь (которая наконец-то появилась).
А потом произошло то, от чего у меня волосы встали дыбом.
Отражение должно было повторить мои действия: начать махать руками, прыгать.
Но оно этого не сделало.
Оно замерло.
Оно перестало быть записью.
Оно посмотрело мне прямо в глаза.
В его взгляде не было моего страха. Там было что-то другое. Холодное. Злое. И… голодное.
Оно улыбнулось.
Я в реальности стоял с открытым ртом, трясясь от ужаса.
А отражение улыбалось широкой, неестественной улыбкой, обнажая зубы.
Но это были не мои зубы.
Они были мелкими, острыми, как у пираньи. И черными.
— …Ты… заметил… — прошелестел голос.
Он звучал не в ушах. Он звучал в моей голове. Скрипучий, как пенопласт по стеклу.
Отражение подняло руку.
Оно коснулось стекла изнутри.
Я увидел, как подушечки пальцев расплющились о невидимую преграду.
Стекло пошло рябью, как вода.
Глава 4. По ту сторону
Я попятился к двери.
Отражение не двигалось с места. Оно стояло в ванной (в той, другой ванной) и давило на стекло.
— …Выпусти… — прошипело оно.
Я увидел, как по зеркалу, от места касания его пальцев, побежали трещины.
Тонкие, черные змейки.
Тррр-ццц.
Звук трескающегося стекла был оглушительным в тишине ванной.
Я схватился за ручку двери.
Заперто.
Замок заклинило? Или кто-то держит с той стороны?
Я дергал ручку, бил плечом в дверь. Бесполезно.
Я обернулся к зеркалу.
Отражение (существо?) уже просунуло руку сквозь стекло.
Осколки не падали. Они таяли, превращаясь в черный дым.
Рука двойника тянулась ко мне. Она удлинялась. Становилась серой, костлявой.
Запах жженого сахара стал невыносимым. Я кашлял, глаза слезились.
— …Иди… ко мне… — манило оно.
Я схватил с полки тяжелый флакон с шампунем и швырнул в зеркало.
Флакон пролетел сквозь руку (она была полупрозрачной!) и ударился о стекло.
Зеркало не разбилось. Флакон отскочил, как от резины.
Существо засмеялось.
Хе-хе-хе…
Влажный, булькающий смех.
Оно просовывало голову.
Я видел, как его лицо искажается, проходя через границу миров. Нос сплющился, глаза вылезли из орбит.
Оно лезло в мою ванную.
Глава 5. Прорыв
Я забился в угол, к стиральной машине.
Существо вылезло по пояс. Оно висело над раковиной, опираясь длинными руками о края.
Его ноги (если они у него были) оставались там, в зазеркалье.
Оно посмотрело на меня.
Его глаза были белыми, без зрачков. Но оно видело.
— Ты теплый, — сказало оно. — Мне нужно тепло.
Оно потянулось ко мне.
Я сжался в комок, закрыв голову руками.
Я почувствовал прикосновение.
Ледяные пальцы коснулись моего плеча. Холод прожег футболку, кожу, мясо, добравшись до костей.
Я закричал.
В этот момент в квартире раздался звонок.
Дверной звонок.
Резкий, громкий, требовательный.
Существо дернулось. Оно зашипело, как рассерженная кошка.
Звонок повторился. Длинный, настойчивый.
— Кто там?! — заорал я из ванной. — Помогите!
Существо начало втягиваться обратно.
Оно боялось шума? Или того, кто пришел?
Оно пятилось, не сводя с меня белых глаз.
— …Я… вернусь… — прошелестело оно.
И исчезло в зеркале.
Стекло снова стало гладким. Трещины исчезли. Дым рассеялся.
Я остался один.
Глава 6. Сосед и находка
Дверь ванной щелкнула и открылась. Сама.
Я вывалился в коридор.
Звонок продолжал трезвонить.
Я подполз к входной двери. Открыл.
На пороге стоял сосед, дядя Вася. В майке и трениках.
— Ты чего орешь, парень? — спросил он хмуро. — Время семь утра. Весь подъезд перебудил.
— Там… в ванной… — я не мог говорить. Зубы стучали.
Дядя Вася зашел в квартиру. Заглянул в ванную.
— Никого там нет. Трубу прорвало, что ли? Водой воняет. И гарью какой-то. У тебя что-то сгорело?
Я покачал головой.
— Ладно, — сосед махнул рукой. — Тише будь. А то полицию вызову.
Он ушел.
Я закрыл дверь.
Я не мог оставаться в этой квартире.
Я оделся за минуту. Схватил сумку, ноутбук.
Я зашел в ванную, чтобы забрать зубную щетку (автоматически).
Я посмотрел на зеркало.
Оно было обычным. Чистым.
В нем отражалась ванная. Кафель, полка, полотенце.
Но меня в нем не было.
Я стоял перед зеркалом. Но в отражении было пусто.
Я помахал рукой. Ничего.
Я коснулся лица. В зеркале ничего не изменилось.
Я стал вампиром?
Нет. Я видел свои руки. Я отбрасывал тень.
Просто зеркало перестало меня видеть.
Или оно показывало мне то, что будет потом?
Пустую квартиру без меня.
Я подошел ближе.
На поверхности стекла, в углу, было пятно.
Жирный отпечаток пальца. Изнутри.
И надпись. Мелкими, корявыми буквами.
«МЕСТО ЗАНЯТО».
Глава 7. Жизнь без отражения
Я уехал. Снял номер в отеле.
Я боялся подходить к зеркалам.
В отеле было огромное зеркало в прихожей. Я завесил его покрывалом.
Ночью я проснулся от шороха.
Покрывало сползало.
Медленно, сантиметр за сантиметром.
Я лежал и смотрел.
Покрывало упало.
В темноте зеркало казалось черным провалом.
И в этом провале я увидел его.
Моего двойника.
Он стоял там, в гостиничном номере (в отражении).
Он был одет в мою одежду.
Он держал в руке нож.
И он улыбался.
Он приложил лицо к стеклу.
И беззвучно закричал.
Рот открылся так широко, что челюсть вышла из суставов.
Я увидел его глотку. Черную, бесконечную.
Из зеркала потекла та самая черная жижа.
Она капала на ковролин.
Я выбежал из номера.
Финал
Я живу без зеркал уже месяц.
Я заклеил экран телефона матовой пленкой. Я не смотрю в витрины. Я бреюсь на ощупь.
Я похудел. Осунулся.
Люди шарахаются от меня. От меня пахнет.
Сырой землей и жженым сахаром.
Этот запах идет изнутри. Из пор.
Я думаю, что в то утро, когда была задержка…
Мы все-таки поменялись.
Частично.
Какая-то часть меня осталась там, в зазеркалье. А часть Того вошла в меня.
И теперь оно растет.
Я чувствую, как меняется мой характер. Я становлюсь злым. Холодным.
Иногда я ловлю себя на том, что улыбаюсь. Той самой улыбкой.
Вчера я порезал палец.
Крови не было.
Из ранки потекла серая пыль.
Я распадаюсь.
А вы уверены, что ваше отражение — это вы?
Подойдите к зеркалу. Прямо сейчас.
Поднимите руку.
Резко.
Успело?
Или была задержка? Доля секунды?
Если да…
Бегите.
Разбивайте зеркала.
Потому что они уже идут. И они хотят ваше тепло.
Если вы хотите увидеть фото моего пореза (где вместо крови пыль), подписывайтесь на мой телеграм-канал. Но будьте осторожны: говорят, те, кто видят это фото, начинают терять отражение. t.me/KripotaNight