Переосмысление "101 истории Дзен" в современных реалиях. Желаем приятного чтения и просветления.
Сообщение
Профессор Сан Саныч, как его звали студенты за глаза, много лет вёл курс философии в одном из петербургских вузов. Он не был медийной фигурой, не писал постов в соцсетях, не давал интервью. Он просто читал лекции, принимал экзамены и жил своей тихой жизнью в старой квартире на Васильевском острове.
Коллеги считали его чудаком. Он никогда не пользовался смартфоном, у него была старая "раскладушка" для звонков, а все записи он вёл в толстых тетрадях. Но раз в год, в мае, он рассылал открытки. Обычные почтовые открытки с видами Петербурга. Он поздравлял с днём рождения, с Новым годом, с Пасхой — каждого, кого помнил. Бывшие студенты, коллеги, дальние родственники получали эти открытки и удивлялись: "Сан Саныч всё ещё жив? Всё ещё помнит?"
В начале июня Сан Санычу поставили диагноз. Врачи сказали откровенно: немного времени, может, месяц, может, два. Он выслушал спокойно, поблагодарил и ушёл.
Дома он достал ящик с открытками. Их оставалось около шестидесяти. Он сел за стол и начал писать. Не прощальных писем, не длинных исповедей — просто одну фразу, ровно ту же самую на каждой открытке. Он выводил её аккуратным, старческим почерком, вклеивал марки и складывал в стопку.
За неделю до смерти он позвонил своей бывшей студентке Лене, которая работала на почте, и попросил о странной услуге:
— Леночка, тут у меня открытки. Я их все подписал. Ты не могла бы забрать их и отправить двадцать седьмого июля? В любой год, но именно двадцать седьмого июля.
Лена удивилась, но спорить не стала. Зашла, забрала коробку, пообещала.
Сан Саныч умер тихо, во сне, девятнадцатого июля.
Двадцать седьмого июля Лена, как и обещала, опустила открытки в ящик.
Через несколько дней люди по всей стране и за её пределами стали получать странные послания. Бывшие студенты, коллеги из других городов, дальние родственники, с которыми он не общался годами, находили в своих ящиках открытки с видом на Неву.
На обороте было написано всего несколько строк:
Я ухожу.
Это моё последнее сообщение.
Сан Саныч
27 июля
Ни объяснений, ни прощаний, ни просьб помянуть. Просто факт.
Кто-то плакал. Кто-то долго смотрел на открытку и не мог понять, что чувствовать. Кто-то звонил другим: "Ты тоже получил? Что это значит?" Кто-то искал скрытый смысл, философское завещание, последнюю шутку старого профессора.
Но смысла не было. Было только простое, ясное сообщение: я был, я ухожу, я помнил о вас. И это оказалось важнее любых мудрых слов.
Лена потом рассказывала подругам:
— Он знал, что умрёт. Но не прощался. Он просто сказал: "Я ухожу". Как будто вышел в магазин и предупредил, чтобы не волновались. Я думаю, это и есть настоящее просветление.
Ключ к пониманию для западного читателя:
- Принятие без пафоса: Главное в истории — отсутствие драмы. Сан Саныч не пишет завещаний, не собирает родных, не пытается оставить "наследие". Он просто фиксирует факт. Это высшая степень смирения и принятия.
- Связь без навязчивости: Открытки — не просьба о внимании, а жест благодарности. Он помнил людей, но не требовал, чтобы они помнили его. Он просто поставил их в известность.
- Современный контекст: В эпоху, когда смерть прячут за больничными стенами, а прощания растягиваются на годы в соцсетях, этот поступок кажется почти вызывающим. Никаких "простите и прощайте", никаких трогательных постов. Только сухой остаток: я был, меня не стало.
- Последний урок: Сан Саныч даже после смерти продолжает учить — учить тому, что самое важное можно сказать очень просто. И что сообщение о смерти может быть таким же обыденным, как сообщение о том, что ты вышел за хлебом. Потому что жизнь и смерть — части одного целого.
