Винтаж — это болезнь. Сначала ты покупаешь старую брошь, потом — кресло, а потом твоя квартира превращается в филиал антикварной лавки, где каждая вещь хранит чужие воспоминания. И не всегда эти воспоминания приятные.
Я искал трюмо. Мне нужно было что-то особенное для спальни — тяжелое, с историей, с характером. Я нашел его на развале у метро. Старое, темное дерево, помутневшая амальгама, резные ножки в виде лап грифона. Продавец, сутулый старик с бегающими глазами, отдал его за копейки.
— Бери, — сказал он, пряча деньги в карман засаленного пиджака. — Оно тебе подойдет. В нем много места.
Я не придал значения его словам. Я был счастлив. Я привез трюмо домой, отмыл от вековой пыли, поставил напротив кровати. Оно смотрелось великолепно.
В тот вечер я лег спать рано. Выпил чашку горького кофе (дурная привычка, но без него я не могу), почитал новости и отключился.
Проснулся я от холода.
В комнате было темно, но свет уличных фонарей пробивался сквозь шторы, освещая зеркало трюмо. Я лежал на боку, лицом к нему.
Сначала я не понял, что не так. Обычное отражение. Темная комната, шкаф, окно.
А потом до меня дошло.
В зеркале моя кровать была пустой.
Глава 1. Неправильное отражение
Мой мозг, затуманенный сном, пытался найти логическое объяснение. «Я встал? Я в туалете? Это осознанное сновидение?»
Но я чувствовал тяжесть одеяла. Чувствовал мягкость подушки под щекой. Я лежал в кровати.
Я посмотрел на зеркало внимательнее.
В отражении кровать была идеально заправлена. Покрывало натянуто, подушки взбиты. Никаких следов того, что там кто-то спит.
Это было невозможно. Зеркало должно отражать реальность.
«Может, угол падения света такой?» — подумал я.
Я попытался пошевелить рукой, чтобы проверить, отразится ли движение.
Рука не шелохнулась.
Я попробовал поднять голову.
Ничего.
Мое тело меня не слушалось. Я был парализован. Я мог только смотреть и дышать. Дыхание было тяжелым, с хрипом.
Сонный паралич.
Я читал об этом. Мозг проснулся раньше тела. Галлюцинации. Страх. Нужно просто подождать, успокоиться, пошевелить пальцем ноги.
Я сосредоточился на большом пальце правой ноги. «Двигайся. Давай. Двигайся».
И тут я увидел движение в зеркале.
Но это был не мой палец.
Глава 2. Тот, кто стоит рядом
В зеркале, в темном углу комнаты (отраженной комнаты!), кто-то стоял.
Фигура отделилась от тени шкафа.
Это был мужчина. Высокий, в пижамных штанах и футболке.
Он был одет точно так же, как я.
Он вышел на свет.
Это был я.
Мое лицо. Мои взлохмаченные волосы. Моя щетина.
Но выражение лица…
У меня (настоящего, лежащего в параличе) глаза были расширены от ужаса.
У него (отражения) лицо было абсолютно спокойным. Ледяным. Безэмоциональным.
Он стоял рядом с пустой кроватью в зазеркалье. Он смотрел на подушку.
А потом он медленно поднял голову и посмотрел прямо на меня. В мои настоящие глаза.
Он улыбнулся.
Это была не моя улыбка. Это была гримаса, от которой мороз по коже. Улыбка хищника, который загнал жертву в угол.
Он поднес палец к губам.
«Тш-ш-ш…»
Я не слышал звука. Я видел жест.
И я почувствовал запах.
В моей реальной спальне, где пахло только кондиционером для белья, вдруг завоняло.
Резкий, сладковатый, тошнотворный запах перегоревшего сахара. И сырой, затхлый дух могильной земли.
Так пахнет в склепах.
Глава 3. Подушка
Мой двойник в зеркале снова опустил взгляд на кровать.
Он протянул руки.
Он взял подушку. Ту самую, на которой (в реальности) лежала моя голова.
В зазеркалье подушка была свободна.
Он поднял её. Взвесил в руках.
А потом он начал медленно, очень медленно наклоняться над кроватью.
Он держал подушку двумя руками, горизонтально.
Он собирался положить её на то место, где должна была быть моя голова.
Я понял, что он делает.
Он собирался задушить меня. Точнее, задушить пустоту там, чтобы я умер здесь.
Я пытался закричать. Я напрягал горло, связки, легкие.
Из моего рта вырывался только жалкий сип.
Ххххх…
Двойник в зеркале услышал.
Он остановился. Повернул голову ко мне.
Его глаза вспыхнули желтым светом.
— …Спи… — прошелестел голос у меня в голове.
Это был не звук. Это была мысль, внедренная извне.
Он снова начал опускать подушку.
Я чувствовал, как в реальности, на моем лице, становится труднее дышать. Воздух становился густым, ватным.
Невидимая подушка опускалась на мое лицо здесь, в этом мире.
Глава 4. Битва за вдох
Я задыхался. Я чувствовал ткань на губах, на носу. Я чувствовал запах пуха и старого пота.
Но на моем лице ничего не было!
Я видел потолок. Я видел люстру.
Но я не мог вдохнуть.
Двойник в зеркале навалился на подушку всем весом. Его плечи напряглись. Костяшки пальцев побелели.
Он душил меня. Через отражение. Через связь, которую я сам установил, купив эту проклятую вещь.
Я бился в параличе. Мое сердце колотилось, как птица в клетке.
«Умру. Я сейчас умру. Сердце остановится».
В глазах потемнело. По краям зрения поплыли красные круги.
Я посмотрел на двойника в последний раз.
Он давил. Он наслаждался.
И вдруг я заметил деталь.
На его руке, на запястье, не было часов.
Я сплю в фитнес-браслете. Я никогда его не снимаю.
А у него рука была голой.
Это был не я. Это была сущность, которая приняла мой облик, но ошиблась в деталях.
Злость.
Ярость вспыхнула во мне, пробивая лед страха.
«Ты не я! Ты тварь! Пошел вон!»
Я собрал всю волю, всю энергию, которая оставалась в умирающем мозге.
Я представил, как моя рука сжимается в кулак. Как я бью.
Не физически. Ментально.
Я ударил его своей волей.
В зеркале что-то произошло.
Двойника отбросило.
Он отлетел от кровати, выронив подушку. Он врезался в шкаф (в зазеркалье).
Я сделал вдох.
Воздух со свистом ворвался в легкие. Я закашлялся.
Паралич отступил.
Я вскочил с кровати, путаясь в одеяле. Я упал на пол, больно ударив колено.
Я включил свет.
Глава 5. Треснувшее стекло
Я стоял посреди комнаты, тяжело дыша.
Зеркало было на месте.
В нем отражался я. Испуганный, потный, в пижаме. С браслетом на руке.
Кровать в отражении была смята.
Все было нормально.
«Приснилось, — шептал я. — Просто кошмар. Сонный паралич. Гипоксия».
Я подошел к зеркалу. Я хотел убедиться.
Я коснулся стекла. Оно было холодным.
И тут я увидел трещину.
Тонкая, волосяная трещина шла по диагонали, через все зеркало.
Её не было вечером. Я мыл его, я бы заметил.
Она появилась сейчас.
Я провел пальцем по трещине.
И почувствовал тепло.
Из трещины шло тепло. Как будто за стеклом была печка. Или живое тело.
И запах.
Тот самый запах жженого сахара стал невыносимо сильным. Он исходил из трещины.
Я отшатнулся.
Зеркало скрипнуло.
Тррр-ццц.
Трещина расширилась на миллиметр.
И из неё, на пол, упала капля.
Темная, густая капля.
Я наклонился.
Это была кровь.
Старая, черная кровь.
Она не растекалась. Она лежала бусиной на паркете.
Глава 6. Гости из прошлого
Я не стал ждать. Я схватил плед и накинул его на зеркало.
Я выбежал из комнаты, захлопнул дверь.
Я сидел на кухне до утра, с ножом в руках, и пил воду.
Утром я позвонил другу. Попросил помочь вынести зеркало на помойку.
Мы зашли в спальню.
Плед лежал на полу. Зеркало было открыто.
— Ты чего, сам не мог? — спросил друг. — Оно же не тяжелое.
Он подошел к зеркалу.
— Ого, старинное. Жалко выбрасывать. Может, продашь?
— Нет! — крикнул я. — На помойку! Разбить!
Мы взялись за раму.
Оно было неподъемным.
Вчера я занес его один. Сегодня мы вдвоем не могли оторвать его от пола. Оно словно приклеилось. Или налилось свинцом.
— Да что там внутри? Кирпичи? — пыхтел друг.
Мы навалились. Зеркало сдвинулось.
И тут мы услышали звук.
Стук.
Тук-тук-тук.
Стук доносился изнутри зеркала.
Кто-то стучал по стеклу с обратной стороны.
Друг побледнел.
— Это что? Мыши в корпусе?
— Бежим, — сказал я.
Мы бросили зеркало. Оно упало плашмя, зеркальной поверхностью вниз.
Бум!
Звук был глухим, как удар о землю.
И сразу после удара раздался вой.
Тихий, протяжный, тоскливый вой.
— …Не уходи… — прошелестел голос из-под рамы. — …Нам скучно…
Друг вылетел из квартиры первым. Я за ним.
Глава 7. Ритуал избавления
Мы вернулись с ломами и молотками. И со святой водой (идея друга).
Мы перевернули зеркало. Стекло было целым (несмотря на падение!). Трещина исчезла.
Но отражение…
В зеркале отражался потолок. Люстра.
Но люстра в отражении качалась.
Сильно. Как маятник.
А в реальности она висела неподвижно.
Я замахнулся молотком.
— Бей! — крикнул друг.
Я ударил в центр.
Стекло взорвалось.
Осколки не разлетелись. Они втянулись внутрь, в черную дыру, которая открылась за амальгамой.
Из дыры вырвался столб черного дыма. Он пах гарью и гнилью.
Дым метнулся по комнате и вылетел в форточку.
Зеркало стало просто кучей мусора. Рама, фанера, осколки.
Мы вынесли все это на помойку.
Я вернулся домой. Вымыл пол с хлоркой.
Я думал, все закончилось.
Финал
Прошел месяц. Я успокоился. Перестал спать со светом.
Но вчера…
Вчера я купил новый телефон. Черный, глянцевый.
Я сидел вечером, настраивал его. Экран был выключен.
Я посмотрел в черное стекло экрана.
Я увидел свое отражение.
Я сидел в кресле.
Но в отражении…
В отражении я лежал на кровати.
Я спал.
А надо мной, склонившись к самому лицу, стоял он.
Мой двойник.
Он держал в руках подушку.
И он улыбался мне из экрана телефона.
Он никуда не делся.
Он просто переехал. В другое зеркало. В черное зеркало, которое я всегда ношу с собой.
Я разбил телефон.
Но сегодня утром я увидел его в отражении ложки. В витрине магазина. В луже на асфальте.
Он везде.
Он ждет, когда я усну.
А вы часто смотритесь в выключенный экран телефона?
Присмотритесь.
Внимательно.
Не видите ли вы там, за своим плечом, тень?
Или, может быть, вы видите себя, но в другой позе?
Если да…
Никогда не спите рядом с телефоном.
И не закрывайте глаза, если в комнате есть зеркало.
Потому что он придет.
И он закончит то, что начал.
Если вы хотите увидеть фото того разбитого зеркала (я успел снять его, прежде чем дым вышел), подписывайтесь на мой телеграм-канал. Но будьте осторожны: говорят, на фото можно разглядеть лица тех, кого зеркало «съело» до меня. t.me/KripotaNight