Колонна понурых солдат империи медленно шагала по склону. Всего из двадцати пяти тысяч, в плен попали около восьми. Многие из них имели ранения и были не в состоянии даже стоять на ногах. Их размещали под навесом, прямо на земле. Остальных гнали на север одной колонной.
Избежать гибели и плена смогли очень и очень немногие. Сумевших скрыться с поля боя, до сих пор гоняли по лесам всадники госпожи Унги и Кин. Их кавалерийский корпус был основной ударной силой туринских войск и насчитывал порядка восьми тысяч тяжёлых рыцарей. Что вызывало большую гордость у обеих женщин. Можно было по праву сказать, что они командовали элитой туринской армии.
И всё же, несмотря на ужасающий разгром, кое-кому из имперских войск удалось сбежать с поля боя. Во-первых, как вскоре выяснилось, за час до конца сражения, лорд Лигор успел отправить около десятка повозок с ранеными в тыл. Во-вторых, кое кто из солдат смог-таки бежать до окончания сражения. Сейчас их поимкой занимались всадники госпожи Кин.
Повесть Путешествие Самохи. Книга Пятая. Часть 54.
Самоха, тем временем, допрашивал двоих пленных офицеров. Оба были серьёзно ранены, но держались весьма достойно. К сожалению, никого из старших офицеров захватить пленными не удалось. Все они погибли на поле боя.
Допрос шёл поэтапно. Допросив первого из офицеров, Самоха приказал привести к нему в шатёр второго. Стражники привели пленного офицера и, поставив перед столом, отошли немного назад. Рядом с пленным остался стоять один из туринских офицеров, присутствовавших при допросе.
— Итак, господин Ламир. Я хочу знать ваше полное имя, звание, должность, где вы учились и где проживали до отправления сюда, — произнёс Самоха.
Он сидел на массивном деревянном стуле с резными подлокотниками и наблюдал за реакцией пленного офицера.
— Какое отношение имеют подробности моей жизни ко всему происходящему? — не понял пленный.
Через мгновение, удар древком копья по ногам, обрушил его на колени. Стиснув зубы, офицер едва сдерживал стон от боли.
— Вопросы тут задаёт великий усул-хан! Ты понял, червяк? — над пленником нависла массивная фигура туринского офицера. — Хочешь сохранить свою никчёмную жизнь, отвечай на вопрос!
— В ваших интересах слушаться моего офицера, — совершенно спокойным голосом подтвердил Самоха. — Мы всё равно узнаем то, что нам нужно. Даже если придётся отрезать вам все конечности.
— Моё полное имя Язис Ламир. Звание офицер. Присвоено во время последней северной войны, где я смог себя проявить. Занимаю должность второго помощника старшего офицера третьего резервного легиона. В академии не обучался. До призыва в войска, проживал у родителей в городе Мидесе, — произнёс пленник, косясь на ударившего его офицера.
— Отлично, — произнёс Самоха. — Хеви, подними его на ноги.
Офицер схватил пленника за руку и заставил встать.
Самоха, поднявшись с места, подошёл к центру шатра. Там были установлены две металлические стойки, увенчанные платформой с голубыми кристаллами. Он раздвинул их немного в стороны, чтобы между стойками образовалось пространство в один сакр. Затем закрепил на одной из стоек медный диск, с вплавленным в него кусочком кристалла. Это был улучшенный магический амулет, размером всего с монету.
— Веди его сюда, — приказал Самоха.
Офицер подвёл пленника и поставил между стоек.
— Стой ровно, — приказал Самоха.
Когда пленник выпрямился, он нажал на один из голубых кристаллов и обе конструкции начали мигать. Сначала кристаллы вспыхивали на них вразнобой. Но через несколько секунд вспышки сменили частоту и начали загораться синхронно. Когда свет от кристаллов стабилизировался, Самоха нажал на закреплённую медную пластину.
— Повернись ко мне затылком, — приказал Самоха.
Пленник нехотя, но повернулся.
— Ещё раз повернись, — приказал Самоха.
Пленник снова выполнил его приказ.
Кристаллы на стойках поменяли цвет на зеленоватый и тут же погасли. Самоха снял медный диск и положив его в карман шагнул к столу. Налив в небольшую чашу немного вина из стоявшей на столе бутыли, он вернулся к пленнику и протянул ему чашу.
— Пей, — приказал Самоха.
Имперец нерешительно взял чашу и, поднеся к губам, замер.
— Не бойся. Ты не умрёшь. Это всего лишь, лекарство, — произнёс Самоха.
После его слов пленник выпил содержимое чаши и тяжело вздохнул. Через пару секунд он пошатнулся и рухнул на пол без сознания.
— Отнесите его к остальным, — приказал Самоха. — Да смотрите, чтобы не сбежал. Головой мне за него отвечаете!
Двое стражников, стоявших у входа в шатёр, подхватили пленника под руки и уволокли его наружу. Самоха неспеша продел в отверстие на медном диске кожаный шнурок и, завязав его, посмотрел на своего офицера.
— Подбери мне среди туринцев человек двадцать солдат покрепче. Скажи им, что есть работа в тылу у имперцев. Оплата будет двойная, — произнёс Самоха.
— Слушаюсь, — произнёс офицер и вышел из шатра.
Едва он скрылся за пологом, как внутрь вошёл его сын Алекс.
— Всё готово, отец, — произнёс он. — Я отправил сообщение в Рихорсу. Как только наши маги прибудут туда, Лимей Карид выступит со своими войсками.
— Хорошо, — кивнул Самоха. — Передай Кин и Унге чтобы начинали оттеснять беглецов от Бара-салама. Пусть гонят их на запад, к дороге на Шуль-заде. Тех, кто окажет сопротивление, могут уничтожать.
— Я передам, — кивнув ответил Алекс.
Ближе к вечеру, когда Самохе подобрали два десятка добровольцев, его отыскали Стис и Орис. В этот раз они принимали непосредственное участие в военном конфликте, поэтому всё ещё находились в военном лагере. Самоха как раз подбирал себе броню среди трофейной амуниции, когда обе его жены подошли к нему.
— Мока, нам сказали, ты берёшь с собой всего двадцать солдат? Не слишком ли это мало? — произнесла Стис.
— Этого более чем достаточно, дорогая, — спокойным голосом ответил Самоха, продолжая при этом застёгивать на себе ремни выбранной им кирасы. — Лорд Варсби совсем не глупый человек. У него наверняка возникнут подозрения, если возле города появится отряд в несколько сотен солдат. Именно поэтому я приказал Кин и Унге не подпускать отступающих к Бара-салама. К тому же, для моего плана вполне хватит и двадцати человек.
Стис тяжело вздохнула. Ей очень не хотелось отпускать Самоху с такой небольшой группой солдат, но перечить ему она не смела.
Спустя всего день, Самоха отбыл с двадцатью туринскими солдатами на запад. Всех их переодели в имперскую трофейную амуницию, после чего, объяснив задачу, Самоха перебросил всю группу телепортом к ближайшему лесу.
С этого момента они становились остатками имперской армии, отступающими после разгрома. Чтобы их не спутали с настоящими солдатами, Самоха приказал всем повязать на запястье кусок белой ткани. Об этом была проинформирована кавалерия Унги.
Дальше их небольшому отряду предстояло двигаться на запад самостоятельно. Уже будучи в лесу, Самоха надел себе на шею магический амулет, с записанным на него образом имперского офицера. Активировав его, он стал практически не отличим от пленного Язиса Ламира. Самохе пришлось сделать это при всех, чтобы у солдат не возникло лишних вопросов. Но он переживал напрасно. Его солдаты хорошо всё понимали.
Следующие пять дней они шли через лес, изредка натыкаясь на следы чужих стоянок. Кроме этого, время от времени, им попадались места стычек имперцев с туринской кавалерией. Судя по телам павших имперцев, дела у Унги шли неплохо.
Примерно на седьмой день разведчики, посланные вперёд, заметили посреди леса разбитую повозку и следы очередной стычки.
Подойдя ближе, их отряд обнаружил с десяток тел, раскиданных в радиусе двадцати шагов. Судя по всему, рыцари Унги застали отступающих врасплох. Видимо, они напали ни них прямо во время ночёвки. Булда рядом с повозкой не оказалось. Скорее всего его угнали с собой нападавшие. Оружия тоже не было.
Осмотрев место короткого сражения, Самоха хотел уже двигаться дальше, когда его люди нашли ещё пару тел имперских солдат. Эти двое лежали шагах в двадцати от костра. Видимо они попытались сбежать во время ночного нападения. У одного из беглецов из-под рёбер торчала арбалетная стрела. Второй лежал навзничь с пробитой ключицей.
— Этот ещё жив, — произнёс один из солдат Самохи, присев рядом с имперским солдатом.
— Возьмём его с собой, — приказал Самоха. — Послужит для убедительности, если встретим других.
Его солдаты срубили пару тонких деревьев и связали из них импровизированные носилки. Закрепив сверху вязанки веток, солдаты уложили на них раненного.
Носилки тащили по очереди, меняя друг друга каждые полчаса. Самоха не был исключением. Он знал, что в империи, младший офицерский состав приравнивался к рядовым. По крайней мере, во время походов они ночевали вместе с остальными возле костров и так же, как и солдаты, несли ночной дозор. Чтобы не вызывать подозрения у сторонних наблюдателей, Самоха вёл себя так же.
Вечером, остановившись на ночёвку, они поставили носилки поближе к костру, оперев их ручками на куски камня. Пока солдаты готовили еду, Самоха снял наложенные им на рану солдата повязки и, пропитав элексиром, закрыл ими рану снова. Лечить этого имперца не входило в его планы. Главное было, чтобы он просто оставался живым.
На следующее утро они, быстро перекусив вяленым мясом, двинулись в дорогу снова. Самоха мог бы и сразу телепортировать всех в окрестности Бара-салама. Но тогда, могла возникнуть опасность, что их маршрут отследят с помощью магии, ведь у лорда Варсби магов было с избытком. А это непременно привело бы к возникновению ненужных вопросов, что совершенно не входило в планы Самохи. К тому же, им нужно было дать время для подхода войск Лимея Карида. Поэтому он решил, двигаться до города своим ходом. По крайней мере, если за ними кто и следил, то это должно было выглядеть правдоподобно.
Ближе к полудню, их отряд вышел на лесную опушку. Дальше начиналось открытое пространство, за которым простиралось русло реки. Судя по отсутствию деревьев по её берегам, оно было сильно заболочено, и пройти там вряд ли было возможно.
К Самохе подошёл один из его солдат.
— Тут широкое русло, с носилками нам будет не переправится, — произнёс он.
— Надо пройти вдоль русла дальше. Здесь низина и, скорее всего, болото, — ответил Самоха.
Однако дальше, низина стала только расширяться и в итоге, им пришлось углубиться в лес. Но, отойдя от берега, их отряд неожиданно вышел к лесной просеке. Судя по следам на земле, по ней достаточно часто ездили телеги. А это означало, что просека, скорее всего, вела к городу.
Отправив вперёд разведчиков, Самоха приказал двигаться вдоль просеки через лес. Спустя ещё час пути, они вышли к гати, выстеленной брёвнами через болотную топь. Оставался только один вопрос: что было прямо за ней дальше.
Приняв решение, Самоха приказал двигаться через гать. И хотя выходить на открытое пространство не хотелось, делать было нечего.
— Смотрите по сторонам, — приказал Самоха.
У него было плохое предчувствие.
Выйдя из леса, их отряд двинулся по брёвнам через болото. Они успели пройти вперёд шагов триста, когда из-за зарослей кустарника впереди показалась открытая река. Дальше брёвен видно не было, это означало, что там был брод. Шагнув в воду первым, Самоха ощутил под ногой твёрдую поверхность. Он оказался прав. Широкое русло реки тут имело каменистое, ровное дно и относительно небольшую глубину.
— Копейщики вперёд, если что закроете нас своими щитами, — приказал Самоха.
Шестеро солдат с щитами и копьями двинулись через русло реки первыми. Следом пошли остальные. Замыкали переправу солдаты, несшие на плечах носилки с раненым.
Брод оказался неглубоким. Вода едва доходила Самохе до пояса. Пока их отряд переправлялся, проблем никаких не было. Однако стоило им подойти к другому берегу, как из зарослей кустарника появились вооружённые люди.
Сколько их было, Самоха не видел. Впрочем, это сейчас не имело значения.
— Сомкнуть щиты, — приказал он. — Противник на берегу.
Дважды говорит ему не пришлось. Солдаты бросились в атаку сами, и уже через пару минут на берегу кипел бой. Самоха рубанул первого попавшегося разбойника мечом и тут же отпрянул от просвистевшей мимо стрелы. Выхватив из-за пояса нож, он швырнул его в сторону стрелка. Вряд ли лесные бандиты рассчитывали на такое ожесточённое сопротивление. Их оказалось больше тридцати человек и в первую минуту, могло показаться, будто удача на их стороне.
Но это было всего лишь иллюзией. Уже через десять минут боя, солдаты Самохи разметали половину из нападавших по побережью, и принялись за оставшихся. С этого момента, в роли защищающихся оказались сами разбойники.
Свалив очередного противника, Самоха снёс ему голову мечом одним махом. Вперёд выскочил крепыш с дубиной в руках, видимо рассчитывая на отсутствие у Самохи щита. Он сделал замах своим оружием и почти тут же остался без руки. Вопль разбойника был недолгим. Через пару секунд, Самоха пронзил его лезвием меча и крик оборвался.
Отпихнув от себя тело убитого, Самоха бросился на пятившихся назад разбойников. Спустя ещё минут пятнадцать, всё было кончено. Живых противников почти не осталось. А те, кто ещё не погиб, корчились на земле в предсмертных муках. Солдаты Самохи добивали раненых, без всякой жалости. Самоха стоял молча, озираясь по сторонам. Поблизости могли оставаться и другие разбойники. Однако, если кто там и был, показаться он не осмелился.
— Собираем трофеи и двигаемся дальше, — приказал Самоха.
Среди его солдат оказалось несколько человек с незначительными ранами. Остальных разбойники даже не поцарапали. Разница в силе и навыках была такой огромной, что нападавшим совершенно ничего не светило в этом бою.
Не прошло и пятнадцати минут, как их отряд уже двигался дальше. Но это оказался не последний сюрприз на сегодня. Сразу за прибрежными зарослями начинался лес, в котором они нашли нечто полезное. Видимо, рассчитывая на быструю победу, разбойники оставили там повозку с награбленным добром. Откуда они её взяли было неизвестно, но поживиться там было чем. В повозке оказались мешки с зерном, половина разделанной туши лесного горбача, а ещё тюки дорогих тканей и пара ящиков с разнообразным добром. В этих ящиках, среди разной мелочёвки, нашлись припрятанные мешочки с парой сотен имперских серебряных саларнов. Возможно их спрятали там те, кого ограбили разбойники. Но теперь это было неважно.
— Неплохая награда за драку с лесными болванами, — ухмыльнулся Самоха.
Всё, что было в повозке, он убрал во внутреннее хранилище, после чего его солдаты вывели булда с повозкой на лесную дорогу, и погрузили в неё носилки с раненым.
Спустя три часа пути, в лесу начало быстро темнеть. Из-за густых деревьев солнечный свет проникал сюда с трудом. Так что идти вперёд становилось всё труднее и труднее. Спасало только зрение Самохи. Он зажёг факел и шёл теперь впереди.
В конце концов, булд, запряжённый в повозку, идти дальше отказался. И хотя до наступления ночи было ещё часа полтора, им пришлось искать место для ночлега. Свернув с лесной дороги на ближайшую поляну, они устроили лагерь там.
Пока его солдаты разжигали костёр и жарили трофейное мясо, Самоха обследовал территорию вокруг. Если в этих лесах попадались разбойники, ему следовало предпринять меры безопасности. Развернув магическую схему объёма он погрузил её на глубину в полтора сакра, после чего, с помощью магических схем, расставил по кругу маяки. Закончив с подготовкой, Самоха вернулся к остальным.
По окончанию совместной трапезы, он снова осмотрел раненого. Постепенно его раны затягивались. Этому способствовали бинты, смоченные разбавленным эликсиром. Но до полного выздоровления было ещё далеко.
Вскоре, на лес полностью опустилась ночь. Постепенно среди деревьев начали слышаться крики ночных птиц и животных. К счастью, небо было чистым и дождя этой ночью не ожидалось. Солдаты, сидя вокруг костра, переговаривались в пол голоса. В основном они обсуждали недавнюю стычку с лесными разбойниками. Самоха сидел молча, прислушиваясь к мыслям окружающих.
Согласно его расчётам, через пару дней они должны были добраться до стен города. Самоха специально обошёл лесное поселение стороной, чтобы свидетелей их передвижений было, как можно меньше. Однако, он даже и не предполагал, что с этой стороны имеется дорога.
Неожиданно его размышления прервал сработавший маяк. Судя по всему, к ним кто-то приближался со стороны леса. Самоха незаметно активировал магическую схему объёма. В то же мгновение в его голове отобразилось пространство на двести шагов вокруг их лагеря. Это заклинание работало на подобие эхолокатора. Вспышка активации и в голове на секунду появляется картинка окружающего пространства. Следующая вспышка и картинка сменяется на новую.
Самоха ткнул сидевшего рядом солдата локтем.
— У нас гости, — произнёс он.
Солдат вопросительно посмотрел на Самоху.
— Справа от меня, за деревьями. Трое человек, — произнёс он. — Хотя нет, там дальше ещё пара. Примерно шагах в двухстах.
Солдат согласно кивнул.
— Мара, Гори, давайте за мной, — произнес он, поднимаясь со своего места.
Ещё двое солдат поднялись следом и тут же ушли в противоположенную от цели сторону. Самоха тоже встал. Поёжившись, он отошёл за деревья, как это делали обычно солдаты.
Он успел обойти незваных гостей сзади до того, как те поняли, что вообще происходит. Самоха напал первым. Свалив ударом по голове отстающего, он подкрался ко второму. Тот стоял от него за деревом. Самоха собирался уже оглушить его, когда неожиданно понял, что это женщина.
Подкравшись поближе, он зажал ей рот ладонью, и одновременно обхватил свободной рукой, чтобы обездвижить. Сопротивление было не долгим. То ли от страха, то ли от нехватки воздуха, его пленница быстро потеряла сознание. В этот момент на оставшихся напали трое ушедших в лес солдат. Они обошли их с другой стороны и ждали только момента.
Спустя минут десять, обездвиженных пленников приволокли связанными к костру. Следом подошёл и Самоха. Держа за ремень, он волочил за собой мужчину в городской одежде. В правой руке, зажав подмышкой словно охапку хвороста, Самоха нёс женщину.
Незваными гостями оказались трое имперских солдат, мужчина в добротной городской одежде и относительно молодая женщина в дорожном платье. Это была весьма необычная компания.
Первой очнулась женщина. Открыв резко глаза, она испуганно уставилась на Самоху, сидящего с другой стороны костра.
Руки женщины были связаны, и она не могла ничего сделать. Рядом, привязанный к дереву, сидел мужчина в городской одежде. Он был ещё без сознания. Бывших с ними солдат, Самоха приказал привязать к колёсам телеги, стоявшей рядом. Так они все были на виду.
— Ну, — произнёс он. — Сама нам всё расскажешь? Или тебе помочь?
Женщина испуганно заморгала глазами. Её губы приоткрывались и снова смыкались. Но звука не было. Видимо у неё была паника. Самоха кивнул одному из солдат, и он шагнул к пленнице. Опустившись рядом, солдат поднёс ей ко рту металлическую чашку с водой. Женщина не сопротивлялась. Она послушно сделала несколько глотков и замерла. Когда солдат отошёл в сторону она снова посмотрела на Самоху.
— Вы же не грабители? — дрожащим голосом спросила она.
— А у тебя есть, что грабить? — задал встречный вопрос Самоха.
— Н-н-нет, — затрясла головой женщина. — У нас уже всё отобрали.
— Вот как? — хмыкнул Самоха. — Стало быть, нас уже кто-то опередил.
Спустя примерно полчаса он, наконец, выяснил, что произошло с этими пятерыми. Со слов женщины, они с мужем ехали из Бара-салама в свой загородный дом, когда на дороге через лес на них напали разбойники. Они убили кучера, а женщину и её мужа захватили в плен. Никакие уговоры и обещания денег не помогли. Бедолаг притащили в лесной овраг, где бросили в глубокую яму. На следующий день, когда разбойники снова ушли за добычей к оврагу вышли солдаты. Они-то и вытащили их из ямы. Тех, кто охраняли пленников, они связали и оставили в овраге. Однако вернуться в город беглецы не смогли. Так как боялись столкнуться с разбойниками снова, они пошли через лес в стороне от дороги. В результате все пятеро сбились с пути и едва не угодили в болото. Как сказала женщина, в темноте они увидели свет от костра и решили подойти ближе. Солдаты бывшие сними, приняли Самоху и его спутников за отступающие имперские войска.
— Что было дальше, вы и так знаете, — вздохнув произнесла женщина.
— Ваши спутники рассказывали вам, кто они? — спросил Самоха.
— Не много, — ответила женщина. — Они сказали нам, что отбились от своего отряда и искали путь до города.
— Ясно, — произнёс Самоха. — Завтра разберёмся, кто они такие.
— А вы сами-то кто? — спросила женщина.
— Это закрытая информация. Разглашать которую мне не позволено, — ответил Самоха. — Всё, что я могу вам сказать: дальше нам по пути. Так что, до города мы вас довезём.
Услышав его ответ, женщина смолкла. Самоха приказал дать ей еды и плащ чтобы она не мёрзла ночью.
На утро очнулись и все её спутники. После недолгих расспросов, Самоха выяснил, что трое солдат — это всё, что осталось от группы отступающих имперцев. Изначально их было человек двадцать. Но четыре дня назад они разделились. Их группа пошла вперёд, чтобы разведать путь до Бара-салама.
Однако на второй день пути, солдаты столкнулись со стаей демонических тварей. Существ было так много, что за свои жизни солдатам пришлось сражаться нacмeрть. В том бою погибли почти все. Оставшимся пришлось бросить раненых на растерзание тварей, чтобы хоть кто-то смог уйти живым. Пытаясь найти путь обратно, эти трое и набрели на овраг с пленниками.
— Господин офицер, если вы не против, мы бы хотели пойти с вами, — произнёс один из них.
— Почему я должен быть против? — спросил Самоха.
— Простите, что сказал глупость, — виновато произнёс солдат.
— Прощаю, — хмыкнул Самоха.
Он приказал усадить гражданских в повозку и выдвигаться вперёд. Его солдаты быстро закончили с едой и, выкатив повозку на дорогу, построились в колонну. Спустя полчаса они уже двигались на запад по лесной дороге. Самоха отправил вперёд трёх разведчиков, а сам пошёл рядом с повозкой.
До полудня они прошли приличный кусок пути и, остановившись, устроили привал. Дорезав остатки трофейного мяса, его солдаты принялись жарить его на костре. Самоха, воспользовавшись освободившимся местом в повозке, осмотрел раненого солдата. Пока женщина и её муж разминали ноги после долгого сидения, он срезал старые бинты и, намочив эликсиром новые, наложил их на раны.
После небольшого отдыха Самоха приказал всем снова двигаться вперёд. Удача пока благоволила им, остаток этого дня и весь следующий погода была солнечной и безветренной. В итоге, к концу второго дня, впереди показались стены города Бара-салама.
Их прибытие не вызвало у стражи большого удивления. Оказалось, что постепенно в город стекаются разрозненные группы солдат, оставшиеся после разгрома имперских войск. Так что, лорд Варсби уже знал об их поражении.
Самоху это не сильно беспокоило. В город в основном прибывали небольшие группы, до пяти человек. И подобное никак не могло помешать его планам. Доложив гарнизонному офицеру, что он с солдатами прибыл в город, Самоха разместился в предоставленной им старой казарме. Там же теперь обитали прибывающие в Бара-салама остатки имперской армии.
Самоха быстро назначил смотрящих за порядком, а сам обосновался в одной из офицерских комнат. Двое из его людей заняли место его охраны, остальные отдыхали после пешего перехода.
Узнав, что с одной из групп в город прибыл офицер, в казарму пожаловал начальник городской стражи. Он приказал забрать раненного солдата в лазарет, после чего отозвал Самоху в сторону для разговора.
— Послушайте, Ламир, я понимаю состояние ваших людей, но постарайтесь чтобы они не слонялись по городу бесцельно. И ещё. Лорд приказал не распространяться о поражении имперских войск. Это может вызвать панику среди жителей, — произнёс он.
— Я полностью с вами согласен, господин Иноги. И уже отдал приказ всем хранить молчание, — ответил Самоха.
— Это тоже может вызвать подозрения, — не согласился начальник городской стражи. — Пусть ваши люди говорят, что были отправлены сюда по ранению. В конце концов, это недалеко от истины.
— Слушаюсь, господин Иноги, — ответил Самоха.
— Вот и славно, — кивнул начальник городской стражи. — А теперь скажите мне, Ламир. Что вы сами думаете о силах мятежников? Я разговаривал с несколькими солдатами. Но все говорят совершенно разные вещи.
— Боюсь моё мнение тоже будет субъективным, господин Иноги. Сказать могу одно. Это были точно не мятежники. Я видел туринские флаги над их фалангами. А слаженность их войск была ничем не хуже, чем у нас, — произнёс Самоха.
— Вот как? И сколько, по-вашему, у них примерно войск? — спросил начальник городской стражи.
— Старший офицер сказал мне, что туринцев, по его подсчётам, семьдесят тысяч. Но я думаю, он ошибался. Когда мы начали отступать, нам с фланга ударили рыцари верхом на карсах. Они-то и добили наши войска. Их было точно, не меньше пятнадцати тысяч. Так что, скорее всего, у туринцев от восьмидесяти до девяноста тысяч солдат, — произнёс Самоха.
— Вы в этом уверены? — немного обеспокоенно спросил начальник городской стражи.
— Абсолютно, — ответил Самоха. — В противном случае мы никогда бы не отступили. Ведь с нами был правая рука героя империи. По силе он не уступает десяти тысячам солдат.
— Вы про Актория Иртаки?
— Да, господин Иноги. Его нашли израненным на поле боя и отправили в тыл с первым обозом, — ответил Самоха.
— Это очень плохие новости, — нахмурился начальник городской стражи.
— Я подготовил подробный отчёт о сражении. Если эта информация сможет вам хоть чем-то помочь, буду очень рад, — произнёс Самоха, достав сложенный втрое лист пергамента.
Начальник городской стражи, взяв пергамент, согласно кивнул.
— Хорошо, Ламир, я передам ваш отчёт лорду Варсби. Думаю, он ему очень поможет. Что касается вашего пребывания здесь, если будут какие-то вопросы, обращайтесь. Я помогу вам всем, чем смогу, — произнёс он.
— Вообще я думал пробыть в городе десять дней. Пока из столицы не придёт приказ. Поэтому у меня уже есть к вам просьба, господин Иноги. Может вы доверите нам охрану какого-нибудь участка крепостной стены? Будет лучше, если я займу своих солдат делом, — сказал Самоха.
Начальник городской стражи, согласно кивнув, даже похлопал его по плечу.
— Верное решение, — согласился он. — Я обещаю помочь с этим.
Когда начальник городской стражи покидал их казарму, Самоха подошёл к окну чтобы посмотреть ему вслед.
Дело было сделано. Он специально назвал ему цифру в девяносто тысяч солдат. Это должно было смутить их врагов. На подготовку такого количества солдат, принцу потребуется немало времени. Это серьёзно замедлит приход имперской армии в восточные земли. Даже если принц соберёт все гарнизоны западных городов, ему едва ли удастся набрать девяносто тысяч солдат. А это значит, что принцу придётся подключать рекрутеров для поиска новобранцев.
Обучение новых солдат займёт, как минимум, восемь недель времени. К этому моменту, войска Самохи уже смогут взять штурмом крупные города восточной части империи. Это должно было стать решающим фактором в их войне. Оставалось только немного усложнить жизнь лорду Варсби, и можно было начинать действовать.
На следующий день Самоха переоделся в городскую одежду и с двумя подручными, выехал в город на трофейной повозке с булдом. Спустя полчаса они продали его на въезде в город, прямо вместе с повозкой.
Затем Самоха вернулся на торговую площадь и, пройдясь по лавкам, понемногу распродал весь товар, что достался им от разбойников. Передвигаясь от лавки к лавке, Самоха незаметно поглядывал по сторонам. Он давно уже заметил следивших за ними людей и теперь пытался понять, насколько их много. Результат его наблюдений был неутешительным. Судя по всему, лорд Варсби приказал не спускать с них глаз. Так что, за ними следили сразу шесть человек.
Остановившись возле одной из лавок, Самоха достал из кошелька двадцать монет серебром.
— Вот, — произнёс он, сунув по десять монет своим сопровождающим. — Ты пойдёшь в ту сторону, ты в другую. Встретимся в казарме. Купите, чего захотите. Главное уведите за собой соглядатаев.
Согласно кивнув, его люди тут же разошлись в разные стороны. Самоха вошёл в мебельную лавку, возле которой он стоял. Через окно можно было видеть, как следившие за ними люди, разошлись в разные стороны. Оставалось только избавиться от оставшихся.
Самоха прошёл вглубь лавки торговца мебелью, делая вид, что рассматривает товар. Он уже был тут раньше, когда покупал кровати и двери для своего отеля. Поэтому, Самоха знал расположение всех дверей в лавке. Дождавшись пока хозяин отвлечётся, он шагнул за занавес в подсобное помещение.
Пройдя быстро по коридору, Самоха, спустя буквально минуту, вышел с чёрного хода. Оглядевшись, он тут же скрылся в ближайшем переулке. Сделав несколько петель по кварталам, Самоха покинул эту часть города чтобы не привлекать к себе внимание.
Спустя примерно полчаса, он был уже на западной окраине города. Здесь располагался район бедняков. Когда-то давно тут было полно мастерских по сушке дорогой древесины. Но постепенно тисовые леса вокруг города были вырублены и производство сошло на нет. Теперь тут остались заброшенные здания и лачуги бедняков.
Самоха остановился возле постройки, некогда бывшей складом. К его удивлению, с момента последнего посещения, здание всё ещё было целым. Казалось, за ним даже кто-то присматривал: на окнах появились целые стёкла, а ворота, будто бы, даже были покрашены.
Потянув за створку ворот, Самоха шагнул в приоткрывшуюся узкую щель. Складское помещение действительно вроде функционировало. Перед входом стояли рядами деревянные ящики, закрывая обзор на общее пространство.
Но всё это оказалось бутафорией. Стоило обойти первый ряд ящиков, как становилось понятно, что на складе ничего больше нет.
В самом центре на земле располагался плоский ящик, на котором лежали игральные кости. Рядом стоял ещё один. Только уже высотой с человеческий рост. К одной из его стенок, обломком лезвия ножа, был прибит лист пергамента.
Подойдя ближе, Самоха увидел, что это объявление о розыске некоего Барута. На листке было изображение его лица и ниже указана сумма за его поимку в четыреста серебряных саларнов.
Прочитав объявление, Самоха ухмыльнулся.
— Что же ты такого натворил, раз за тебя столько денег предлагают? — произнёс он.
Со стороны лестницы на второй этаж послышался тихий шорох. Позади с характерным скрипом закрылась створка ворот.
— Напрасно ты сюда забрался, чужак, — произнёс молодой мужчина, появившийся у перил лестницы ведущей на второй этаж.
Словно по команде со всех сторон из укрытий, начали появляться молодые люди в потрёпанной одежде.
— Сколько лет прошло, а ты всё такой же неприветливый, — произнёс Самоха. — А я-то думал, будешь рад видеть старого знакомого.
— Что-то я не припомню, чтобы встречался с тобой, — ответил мужчина со второго этажа.
— Ну как же, разве не я открыл тебе двери в дом того торговца на улице Тидис? — произнёс Самоха. — Думал, мы снова с тобой договоримся насчёт одного дельца.
— Ты? — Барута указал на него рукой. — Этого не может быть. Тот человек стал великим лордом.
— А кто сказал тебе, что я теперь не лорд? — ухмыльнулся Самоха.
Собравшиеся вокруг взволновано зароптали. Барута спустился по деревянной лестнице и остановился в шагах десяти от Самохи. Он явно пытался понять, видел ли его лицо раньше.
— И что ты хочешь на этот раз? — спросил он. — Сжечь дом очередного толстосума?
— Какая тебе разница? Лучше спроси, что я хочу предложить за это? — произнёс Самоха.
— И что же?
— Золото, — усмехнулся Самоха. — Много золота.
Он поднял из-под плаща ладонь с пригоршней золотых монет, показывая окружающим, что он не лжёт.
— У меня есть мысль получше, — внезапно заявил Барута. — Мы сдадим тебя страже. А награду за тебя поделим. Наверняка за твою голову обещают намного больше.
— Отличная идея, — неожиданно согласился Самоха. — Можешь попытаться.
— Хватайте его! — Барута указал рукой в его сторону.
Самоха сделал шаг назад и с разворота ударил ногой в подкравшегося сзади человека. Его отшвырнуло назад шагов на десять, едва не выбив из бедняги весь дух. Самоха тут же перенёс центр тяжести и, сменив опорную ногу, с размаху обрушил вторую на приближающегося противника. Человека сложило пополам, словно картонную коробку. Следом отлетел ещё один нападавший.
Самоха разворачивался на одном месте, опрокидывая уличных бродяг, одного за другим, словно неумелых мальчишек. Перехватив руку очередного атакующего, Самоха нанёс ему удар в бедро с такой силой, что его подкинуло в воздух. Поймав его второй рукой, Самоха швырнул человека в нападающих, словно это был лёгкий мешок с соломой.
Атакующих не становилось меньше и Самоха двинулся в сторону Барута сам, попутно раскидывая всех, кто оказывался у него на пути.
Он достаточно быстро добрался до своей цели. Последним оказался сам главарь. Самоха добрался до него в считанные секунды, и сделав замах, собирался впечатать его голову в стоявший позади Барута ящик.
Каким-то невероятным образом, Барута успел присесть вниз, увернувшись от удара. Кулак Самохи рассёк пустоту и вместо головы противника влетел в стенку деревянного ящика. От его удара, деревянный ящик разлетелся в щепки.
Сбоку к Самохе успел подскочить какой-то здоровяк, но он свалил его на пол, ударом в челюсть. Повернувшись снова к Барута, Самоха занёс свой кулак и навис над ним для атаки.
— Стой! Стой, я передумал! — торопливо произнёс Барута, выставив вперёд ладони.
Самоха замер.
— Если ты готов платить, мы сожжём для тебя, что угодно, — снова заговорил Барута.
Самоха молча выпрямился и, поправив сбившийся рукав одежды, посмотрел на окружающих. Мальчишки стояли вдоль стен, наблюдая за происходящим. Те, кто был постарше, почти все лежали без движения на полу.
Подойдя к плоскому ящику, Самоха небрежно плюхнул на него кожаный мешочек, набитый золотыми монетами.
— Здесь тысяча золотых, Барута, не подведи меня, — произнёс он. — И, запомни. Если не выполнишь заказ, я достану тебя даже из-под земли. Будь в этом уверен.
Алексей Шинелев