Конец января 1990 года застал его в одиночестве палаты психиатрической клиники, где он провел уже четыре недели. Почти пять лет, наполненных болью, отчаянием и чередой психологических срывов, подходили к завершению. За эти годы он не раз оказывался за решеткой и в лечебницах. Большинство бывших коллег и друзей давно поставили на нем крест, окрестив «сумасшедшим».
Но в тот судьбоносный день он отчетливо осознавал приближение катастрофы. Мысль, зревшая где-то в подсознании несколько недель, за последние трое суток прорвалась наружу с неудержимой силой. Психика, годами сражавшаяся с демонами, наконец нашла выход. В ослепительной вспышке озарения решение пришло само собой, простое и очевидное. Внутренний голос, ясный и торжествующий, прошептал: «Вернись к тому, что ты знаешь лучше всего, Майк Ментцер!». Майк Ментцер знал о бодибилдинге всё. И эта история началась для него более 27 лет назад.
Майк Ментцер родился 15 ноября 1951 года в Эфрате, Пенсильвания, США. Майк рос в семье немецких протестантов. «Нас учили различать добро и зло», — вспоминает он. Отец, хоть и не был интеллектуалом, внушал сыну ценность знаний. «Он поощрял мои успехи в учебе деньгами, подарками. Он гордился мной. Это был упрямый индивидуалист, не боявшийся отстаивать своё мнение. Нас с братом Рэем часто называли «Менцерами» — намекая на высокомерие. Но это была не гордыня, а чувство собственного достоинства, которое он в нас воспитал. Мы были очень близки.
«В конце 1962 года, когда мне было 11, я зашел с матерью в местную аптеку в нашем городке Эфрата, штат Пенсильвания. Среди журналов на стойке мой взгляд привлекло изображение атлета на обложке. Это был Билл Перл, который вскоре стал моим героем».
«Между мной и этим образом возникла мгновенная связь — я понял, что это моё призвание. Я уговорил маму купить журнал и в этот же день прочитал его несколько раз. Вечером я попросил у отца гантели, но он ответил: «Только на Рождество». То рождественское утро я помню до сих пор. Найдя под елкой гантели, я тут же убежал в подвал и начал тренироваться, забыв обо всем на свете».
Первый год Майк занимался сам, но его упорство поразило отца. Тот связался со своим старым другом Джоном Майерсом, у которого в гараже был отличный спортзал.
«Джону было около 40, он занимался пауэрлифтингом, а его напарник, Рассел Херцог, лет 20, был тяжелоатлетом. Они взяли меня под крыло, и мы тренировались вместе несколько раз в неделю. Они всегда подталкивали меня работать с большими весами. Это заложило фундамент: я всегда считал себя не просто культуристом, но и атлетом силы».
Поворотным моментом стал 1965 год
«Джон любезно согласился отвезти меня в Нью-Йорк на первый в истории конкурс «Мистер Олимпия», где победу одержал Ларри Скотт. Весь этот день — как вчера. Я стоял у Бруклинской академии музыки в толпе, и когда появился Ларри, люди словно обезумели».
«После шоу я вышел на улицу, перелез через ограждение, вскарабкался по пожарной лестнице и попал в помещение, где, о чудо, находились Ларри Скотт и Дэйв Дрейпер. Я смотрел на них как завороженный. Ларри был дружелюбен, и мы вместе вышли из здания. На улице толпа снова взорвалась при виде него. Я тогда подумал: каково это — быть в центре такого внимания, когда тебя ждут фанаты?»
Для 14-летнего Майка «Мистер Олимпия» 1965 года стал настоящим откровением. Вернувшись домой, он взял свежий номер журнала «Muscle Builder/Power» и на внутренней стороне обложки написал:
Майк Менцер – Мистер Америка 1972.
Майк Менцер – Мистер Вселенная 1974.
Майк Менцер – Мистер Олимпия 1976.
«Мне еще не исполнилось 14, но я не сомневался, что к 25 годам стану лучшим в мире».
В 18 лет Майк выиграл свой первый турнир «Мистер округ Ланкастер», затем «Мистер Пенсильвания». В 1970-м он поступил на службу в ВВС и был направлен на базу Эндрюс.
На конкурсе «Мистер Америка» 1971 года 19-летний Майк столкнулся с феноменом Кейси Виатором, который забрал все титулы. Ментцер стал десятым, но уступил Виатору лишь в номинациях «Лучшие ноги» и «Лучшие руки». Виатор, ученик Артура Джонса, разглядел в Менцтере потенциал.
Он подошел к Майку, похвалил его генетику и дал номер телефона своего наставника, посоветовав позвонить эксцентричному изобретателю.
«Через пару дней я позвонил Артуру, но он не отвечал, и я оставил сообщение. Следующей ночью, в три часа, раздался звонок. Это был Артур Джонс — я был в шоке. Позже я понял, что для него это было в порядке вещей. Это был даже не разговор, а лекция. Он объяснял научную основу эффективного тренинга, говорил об ограниченной способности организма к восстановлению и о том, почему тренировки должны быть короткими и редкими. В тот момент я осознал, что, считая себя профи, на самом деле ничего не знаю о науке упражнений. Это был настоящий удар, отрезвляющий звонок».
«Джонс перевернул мое представление о тренировках, но главное — он изменил мой образ мыслей. В отличие от моего окружения, для него мышление, логика и разум были абсолютными ценностями. Это произвело на меня неизгладимое впечатление».
Предсказанный на 1972 год титул «Мистер Америка» не состоялся. Вскоре после конкурса Майк серьезно травмировал правое плечо и не мог тренироваться восемь месяцев. Служба в ВВС отнимала всё больше времени, а тут еще и личная жизнь — он встретил Кэти Гельфо, отношения с которой продлятся более десяти лет. Форма была потеряна, и казалось, что о сцене можно забыть.
К 1974 году апатия сменилась новым вызовом:
«Я спросил себя: хочешь ли ты в 50 лет оглянуться назад и пожалеть о том, что даже не попытался?»
В апреле он демобилизовался, поступил в Мэрилендский университет на биологию и химию, планируя стать психиатром, и вернулся в зал. В конце года он выиграл «Юного мистера Америка» с весом 86 кг кг при росте 1,76 см.
«Мистер Америка» 1975 года в Лос-Анджелесе принес лишь третье место, но подарил судьбоносную встречу.
«Как только я увидел за кулисами Робби Робинсона, я понял, что проиграл».
Однако именно там на него обратил внимание Джо Вейдер, пригласив на фотосессию и интервью. Результатом стала первая обложка «Muscle Builder/Power».
Но главное — статьи Майка о тренинге, где он пропагандировал три занятия в неделю и всего 3-5 подходов на группу мышц, вызвали фурор. Вейдер звал его в Калифорнию, но Майк выбрал учебу.
Год спустя он все же завоевал корону «Мистер Америка» 1976-го, отстав от своего графика на четыре года, но прочно заняв место в элите.
«Морозным февральским днем 1977 года я брел по кампусу на лекцию и размышлял о жизни. Вечно без денег, с подработками, на которые уходило всё время, редкие встречи с любимой Кэти. Я учился по 12 часов в день плюс тренировки».
«Я разочаровался в психиатрии. Я понял, что Фрейд, Лэнг и прочие ошибались. Их методы редко кому помогали. Я отказался от этой идеи, но тяга к познанию разума толкала меня к философии».
«И тут, по счастливой случайности, я прочел статью в Sports Illustrated о Джо Вейдере, где говорилось о его интересе к философии. Поверив в знак, я позвонил Джо и спросил, в силе ли его предложение. Он ответил «да». Я прилетел в Лос-Анджелес 7 июня 1977 года. И остался там навсегда».
В Лос-Анджелес Майк прибыл уже с титулом «Мистер Северная Америка». В «Muscle Builder/Power» он стал заместителем редактора и почти сразу запустил свою знаменитую программу "Heavy Duty", продажи которой взлетели до небес. В 1977-м он стал вторым на «Мистере Вселенная», уступив Кальману Скалаку.
В 1978 году в Акапулько он взял реванш, завоевав титул «Мистер Вселенная» с первым в истории IFBB идеальным результатом. До «Олимпии», согласно его детской надписи, оставалось еще два года. Но он уже был профессионалом.
Начало 1979 года было триумфальным: победа на Кубке «IFBB Southern Pro» , второе место на «Pittsburgh Pro» и третье место на «Night of Champions». Но летом всё изменилось.
«Моя мать была неизлечимо больна. Мотивация исчезла. Ночь перед «Ночью чемпионов» я узнал ужасные новости о ее состоянии, а через две недели она умерла. Я был раздавлен. Я только начал зарабатывать и мечтал свозить её в Европу... Теперь это невозможно. Я забросил тренировки на шесть недель, набрал вес и едва походил на атлета».
«До Олимпии 1979 года оставалось три месяца. В конце июня я взял себя в руки. За три недели до соревнований мой брат Рэй посмотрел на меня и сказал: «Майк, у тебя ничего не выйдет. Год был тяжелым, мамы не стало, все поймут». Эти слова только разозлили меня. Я знал: через три недели всё закончится. Я выложился на 300% и в день «Олимпии» был в отличном настроении. Я верил, что могу победить Фрэнка Зейна».
Майк выиграл в категории «свыше 90 кг», но уступил Зейну в абсолютно зачете.
К концу 70-х Майк Менцер был не просто атлетом. Его телосложение выглядело пугающе мощным. Он был главным интеллектуалом железного спорта, автором бестселлеров. Наступали 80-е, и казалось, что его популярность может затмить славу самого Шварценеггера. Арнольд тогда еще не был кинозвездой, и многие считают, что растущий авторитет Ментцера, проповедовавшего тренировки, прямо противоположные системе «20 подходов» австрийца, и стал причиной их вражды.
Майк был готов стать лицом десятилетия. Многие считали, что Зейн не заслужил победу в 1979-м, и именно Ментцер — фаворит Олимпии-1980 в Сиднее.
Еще в 65-м он напророчил себе победу в 76-м, но, учитывая, что «Америку» и «Вселенную» он выиграл с опозданием на четыре года, 1980-й виделся годом его победы на Олимпии. Никто, и он сам в первую очередь, не мог предположить, что это станет его последним турниром.
После поражения 79-го Майк был настроен решительно. «Если им нужна более сухая форма, я им ее дам», — поклялся он. Он начал готовиться за восемь месяцев — раньше, чем когда-либо. Его сознание было подчинено одной мысли: «Что я могу сделать сегодня, чтобы стать лучше?»
Но у медали была обратная сторона. В 1979 году он начал принимать амфетамины. «Не ради кайфа. Как эргогенное средство, чтобы выдерживать этот безумный ритм. Мне нравилось быть продуктивным».
Вот типичный день из его дневника того времени:
4:00 — подъем, философия.
7:00 — тренировка.
9:00 — статья.
14:00 — велосипед, 14 миль.
16:00 — сон.
18:00 — бег, 4 мили.
20:00 — позирование.
21:00 — философия, заказы.
23:00 — сон.
«Мне нравилось это состояние ясности. Я читал об амфетаминах и знал о риске психоза, но считал себя слишком осознанным, чтобы попасть в ловушку. Я не видел ничего плохого в том, чтобы быть продуктивным гением, но упустил, что у всего есть предел».
Дважды он просыпался в состоянии полного истощения, не в силах пошевелить рукой, но утром снова становился «продуктивным гением».
«Мистер Олимпия» 1980 года в Сиднее навсегда остался самым противоречивые в своей истории. Всё закрутилось вокруг Арнольда Шварценеггера, объявившего о завершении карьеры в 1975-м. Приехав в Австралию как комментатор CBS, накануне шоу он ошеломил всех заявлением о возвращении за седьмым титулом.
За два дня до старта Майк снова почувствовал себя «на грани смерти» и проспал целые сутки. Но к соревнованиям он пришел в себя:
вес 102 кг, форма лучше, чем когда-либо. «Я выглядел отлично, но чувствовал себя паршиво. В воздухе висело напряжение».
Кульминацией стало собрание атлетов утром в день соревнований. Пятнадцать из шестнадцати подписали петицию за отмену весовых категорий и проведение абсолютного первенства. Единственным противником был Шварценеггер.
Вот как вспоминает тот день сам Майк:
«На собрании было человек 50, и, как всегда, Арнольд хотел быть в центре. Он был единственным, кто хотел сохранить категории».
«Он отпустил какую-то колкость в адрес Самира Баннута, что было неуместно. Я промолчал. Потом встал Бойер Коу и вполне по-джентльменски попросил: «Арнольд, объясни нам, почему ты за две категории?»
«Арнольд рявкнул: „Бойер, давай поговорим по-взрослому“. Меня это взбесило. Бойер говорил без злобы. Это было мероприятие IFBB, а этот здоровенный австрийский ублюдок стоял и пытался нас унижать. Я вмешался и спросил, почему он против открытого класса. Почему-то это взбесило его еще больше. Он повернулся ко мне, и его верхняя губа скривилась, как у рычащего зверя. Вместо ответа по теме он огрызнулся: „Майк Менцер, мы все знаем, что Зейн победил тебя в прошлом году из-за твоего большого живота!“»
«Мы сидели в 20 футах друг от друга. Это вывело меня из себя, и я импульсивно вскочил и двинулся к нему. Я не собирался его бить, но когда я приблизился, Арнольд сел! Я его напугал! Он сидел, пока я его отчитывал. Я ткнул в него пальцем и сказал: «Слушай, Бойер говорил как джентльмен. Это ты ведешь себя как ребенок!» Он не мог смотреть мне в глаза. Из истеричного подростка он превратился в съежившегося обиженного ребенка».
Ситуацию разрядил Джо Вейдер, посоветовав Арнольду прислушаться к большинству. Тот процедил: «Я снимаю свои возражения».
«На встрече он был в обтягивающем свитере, который делал его худым. Мне было интересно, как он выглядит без одежды. Когда он разделся, я подумал: «Я не просто выиграю, я разгромлю Арнольда Шварценеггера!» Когда объявили пятое место, я был в шоке. Это было нелепо, особенно учитывая, что Арнольд, который был явно не в форме, победил. Фрэнк Зейн (3-й) был слабее себя прошлогоднего. Крис Дикерсон (2-й) и Бойер Коу (4-й) были великолепны, но мы с Крисом, на мой взгляд, были лучшими».
«Большинство зрителей в зале не включили бы Арнольда даже в пятерку. Толпа его освистала. На предварительном судействе творились странные вещи. Несколько судей были его близкими друзьями. Бойер позже рассказал, что видел, как Рег Парк, член судейской коллегии, давал указания Арнольду прямо из-за стола. Билл Перл с честью отказался судить, так как тренировал Криса Дикерсона».
«Это был цирк: CBS пролетели полмира, чтобы снять это, но так и не показали. Говорили, они поняли, что результат был сфальсифицирован. Арнольд Шварценеггер числится чемпионом 1980 года, но он не был лучшим на сцене в тот день. Даже близко».
Многие атлеты после Сиднея клялись уйти из спорта. Некоторые вернулись. Майк — нет.
«Я не собирался проходить через этот ад снова. С 1980 года у меня ни разу не возникло желания соревноваться. Я не скучаю по этому».
Главным последствием того скандала стал уход 29-летнего Менцера — спорт потерял будущую легенду.
Карьера Майка рухнула. На семинарах он открыто критиковал итоги Олимпии, и по его мнению он был включён в черный список IFBB. Он ушел от Вейдера, и к 1982 году его доход упал с 200 000 долларов до нуля.
В 1983 году Артур Джонс пригласил братьев Менцеров во Флориду для работы над проектами, но через полгода они разругались. Вейдер снова нанял его осенью, но через шесть месяцев Майк ушел в новый журнал Workout.
«Работа над Workout приносила мне огромное удовольствие. Каждый день я был полон амбиций, как перед Олимпией-80. Я пахал как проклятый, иногда не спал по двое суток, снова прибегая к амфетаминам».
«Журнал пошел в гору, но как только он стал приносить прибыль, инвесторы просто закрыли проект. Это был удар. Я вложил в него 110%».
Закрытие Workout в 1985-м стало первым звеном в цепи. В том же году умер его отец. А отношения с Кэти Гельфо окончательно развалились.
«Я остался один, без цели и энергии. Горе поглотило меня. Я потерял направление».
«Я продолжал сидеть на амфетаминах. Сочетание химии и череды травм сделало с моим сознанием то, что я и сейчас с трудом могу объяснить. Эмоциональный хаос, потеря контроля, усугубленная наркотиками, толкала меня на иррациональные поступки, которые я считал рациональными. Как говорила Айн Рэнд, «то, что не выражено концептуально, неподвластно человеку». Я не контролировал свой разум, хотя думал, что контролирую».
Потребовалось пять лет, чтобы вернуть этот контроль. По миру бодибилдинга поползли слухи о безумном Ментцере: он бегает голым, регулирует движение, ждет НЛО, его арестовывают, он предсказывает конец света. Часть этого — правда. На вопрос, не стыдно ли ему за те годы, Майк смеялся: «Я прошел через такое, что опозорить меня уже невозможно».
В те пять лет, когда Майк боролся с демонами, бодибилдинг-сообщество в основном отвернулось от него. Было два исключения: его бывшая девушка Джули МакНью и Джон Литтл (на тот момент старший автор журнала FLEX).
«Джули, даже когда мы расстались, поддерживала меня эмоционально и финансово. Я только сейчас осознаю, насколько ценной была её дружба. Джон Литтл был одним из немногих, кто не считал меня «чокнутым». Он понимал силу идей. Я с теплотой вспоминаю наши долгие разговоры. Джон никогда не ставил на мне крест».
«Меня разочаровало равнодушие остальных, но теперь я понимаю: возможно, это было за пределами их понимания».
Пять лет Майк брел в никуда. Его посещали суицидальные мысли, он регулярно попадал в психушки. Лекарства и терапия не помогали. Но к началу 90-х он уже полтора года как не употреблял амфетамины.
Теперь история замыкается, возвращая нас в январь 1990-го.
«Во время той последней госпитализации ко мне постепенно пришло понимание. Я увидел свет в конце туннеля. До меня дошло, что мои поступки не могут быть рациональными, если они снова и снова заводили меня в тупик. Я осознал, что травма от потери отца, закрытия журнала и разрыва с Кэти, помноженная на амфетамины, разрушила мою психику».
«Я перебрал все варианты и понял, что ошибался. Это я вышел из-под контроля, а не весь мир. Я должен был это принять, иначе моя жизнь закончилась бы. Меня ужаснуло, сколько времени я потерял. Пришло время двигаться дальше. Пришло время: «Вернись к тому, что ты знаешь, Майк Ментцер!»
Майк вернулся. Он начал проводить персональные тренировки в Gold's Gym в Венеции. Прогресс был стремительным. Его клиентская база заполнилась, бизнес по почтовым заказам "Heavy Duty" расцвел, он начал писать для "Flex" , открыл консультационную линию. В 1993-м он выпустил обновленную версию своей книги, которая стала бестселлером, и открыл клинику "Medex" в Санта-Монике. Он был по-прежнему увлечен философией и объективизмом, видя в них свое будущее призвание.
В феврале 1990-го, когда Майк возвращался к нормальной жизни, за 6000 миль от него, в Англии, молодой атлет Дориан Йейтс готовился к профессиональному дебюту. Открыто следуя принципам Heavy Duty Ментцера, он шел к титулу «Мистер Олимпия» став в последствие шестикратным чемпионом. Дориан стал самым известным бодибилдером, придерживающимся принципов программы Ментцера.
Эта связь невольно наводит на вопрос: не жалеет ли Майк, что так и не завоевал ту самую корону, которую предсказал себе почти 30 лет назад на обложке журнала?
«Это уже не имеет значения, — твердо заявляет он. — Всё в прошлом. Было время, когда я и подумать не мог, что скажу такое. Я был одержим бодибилдингом, одержим титулом. Если бы я мог все вернуть, я бы расставил приоритеты иначе: развитие интеллекта было бы важнее развития тела».
А что насчет Сиднея, этой вечной тени?
«Я не думаю об этом конкурсе. Мне он надоел. Прошло 14 лет, что еще можно сказать?» Пауза. Улыбка. «Прошло достаточно времени, чтобы я мог оглянуться и посмеяться над тем, сколько усилий я потратил на желание сравнивать себя с другими. Теперь я вижу себя, как и все мы должны, — как личность».
Майк Ментцер скончался в возрасте 49 лет у себя дома в Роллинг-Хиллз, Калифорния. Его тело нашел младший брат Рэй, который пришел навестить его. Официальной причиной смерти стала остановка сердца (сердечный приступ). По данным коронера, у Майка была диагностирована ишемическая болезнь сердца (кальциноз коронарных артерий). Всего через два дня, потрясенный смертью брата, Рэй Ментцер скончался. Он умер во сне у себя дома.
Трагическая ирония судьбы заключается в том, что Майк умер через несколько часов после завершения съемок своего последнего обучающего видео по методике "Heavy Duty", которое должно было стать его главной работой в карьере.
Сегодня, спустя десятилетия после его ухода, образ Майка Ментцера распадается на десятки противоречий. Для одних он — гениальный тренер-новатор, чьи идеи о кратком и интенсивном тренинге Heavy Duty опередили время и продолжают собирать миллионы последователей по всему миру.
Для других — живое напоминание о темной стороне спорта, заложник собственных амбиций и запрещённых препаратов, сгоревший слишком рано. Но как бы ни менялись взгляды на бодибилдинг, фигура Ментцера стоит особняком: он был не просто спортсменом, а мыслителем, который пытался найти баланс между безграничными возможностями тела и хрупкими пределами разума. И в этом вечном поиске, даже трагически оборвавшемся, он сумел сохранить главное — себя. Не идеального, не всегда правильного, но настоящего.
Спасибо за ваше внимание! Делитесь своим мнением в комментариях и подписывайтесь на канал.