Хочу хоть ненадолго в снежный Таллинн,
Где узкие неброские дома,
Как близнецы в одеждах разных, встали,
И стелется им под ноги зима.
В вечерний час сидеть в пустой кофейне,
Чтоб сквозь стекло льнул к сини желтый свет,
И мягкий интерьер в тонах кофейных,
И капучино лучше, чем в Москве,
И пряники-фигурки человечков,
Каких у нас не встретишь никогда.
И кажется – сама старушка-вечность
Взяла над ним опеку на года.
Там день не единица боевая,
Которую боишься потерять, –
Пан Хронос так неспешно проплывает,
Что можно ухватить его за прядь.
И пусть в руке останутся снежинки,
Не более того, – кругом покой.
Гирлянды в темных сумерках – прожилки
Тех снов, что погасить так нелегко.
30.12.2012
Хочу хоть ненадолго в снежный Таллинн,
Где узкие неброские дома,
Как близнецы в одеждах разных, встали,
И стелется им под ноги зима.
В вечерний час сидеть в пустой кофейне,
Чтоб сквозь стекло льнул к сини желтый свет,
И мягкий интерьер в тонах кофейных,
И капучино лучше, чем в Москве,
И пряники-фигурки человечков,
Каких у нас не встретишь никогда.
И кажется – сама старушка-вечность
Взяла над ним опеку на года.
Там день не единица боевая,
Которую боишься потерять, –
Пан Хронос так неспешно проплывает,
Что можно ухватить его за прядь.
И пусть в руке останутся снежинки,
Не более того, – кругом покой.
Гирлянды в темных сумерках – прожилки
Тех снов, что погасить так нелегко.
30.12.2012