Глава 5
«В путь так в путь» - сказал альпинист, падая в пропасть. По видимому, посещениями их тут не балуют (незваные гости не в счёт), а тут такое развлечение бесплатное, в моём единственном несчастном лице. Я мерно шагал, в окружении блестящего конвоя, механически, как робот переставляя ноги. Блестящего, потому что окружающие меня воины, (или скорее воительницы что ли) эффектно сверкали своими гибкими доспехами (интересно, что за материал, не кевлар же в самом деле, хотя я бы уже не удивился), в ярком свете чудесных факелов. Просто группа «Блестящие» на съёмках рыцарского клипа, второй состав. Хотя почему второй, если судить по красоте этих валькирий, то состав первый, он же единственный и вне всякой конкуренции. Одни статные девушки - красавицы, массово разводят их тут что ли, по спецтехнологии. Любое элитное (они же все элитные) модельное агентство, профнепригодно нервно курит в сторонке и уходит на пенсию, по сравнению с моим конвоем. Хроническое косоглазие, заработать пара пустяков, ослепнуть же можно. Какая стать, какие ноги, вернее ножки («вы большой любитель ножек – да, телячьих»)... Какие лица, исполненные высшей добродетелью, какие гордые и надменные взгляды! Поневоле ощутишь себя кем- то навроде третьего сословия. Да, это было само изящество, воплощение элегантности, пусть и с милитаристским оттенком, шар цвета хаки блин. И в центре всего этого опасного великолепия, шагал такой красивый я, в своём потрёпанном камуфляже и пыльных берцах. Явный диссонанс ( пусть и не когнитивный) во всех отношениях. Всё в жизни держится на контрасте. Мой пакет кстати уже доставили (доставили, о как) в караульное помещение, да там и оставили даже не досматривая (лопухи, а вдруг там боНба, как шандарахнет и разнесёт всё вдребезги и пополам). Видимо таинственная принцесса, чьё без сомнения достойное имя, носил этот замок, ждать не любила, а с опоздавшими ведёт себя исключительно сурово, как полноправной хозяйке замка и полагается по статусу. Одним словом, по королевски, над законом. Ну, святая пятница, на то она и принцесса, чтобы не любить ждать. Дисциплина и этикет. «Должен ли джентльмен ждать даму законные пятнадцать минут, если сам опоздал на час». Только мне - то вот чего ждать, от этого судьбоносного свидания с венценосной особой? Казнить нельзя помиловать? Всё дело в запятой, где она будет поставлена, классика жанра. Оставалось только гадать. Голова у меня хоть и непутёвая, но она у меня одна и терять мне её не хотелось бы (а здесь с этим просто, я уже это понял, очень доходчиво объяснили) - другую ведь не приставят. А ещё я ею ем... О еде это очень актуально, ох как не мешало бы перекусить уже. Эвона как меня кидает, от проблем экзистенции до проблемы набить брюхо и побыстрее, но в принципе одно другому не мешает. "Не желаете ли трахнуть по маленькой.-Это ж никогда не помешает". Наконец, мы остановились перед высокими, великолепно отделанными дверями. Ну замок же, двери только такими и должны быть. Инкрустация, резьба, исключительная красота, всё на высшем уровне. Это даже не Лувр, не Версаль это гораздо круче. Произведение искусства, не иначе из Царского села спёрли. Вообще, всё убранство внутренних покоев, было роскошным и если это всего лишь только приёмная, то даже представить страшно, что ждёт впереди. Алмазные чертоги с бриллиантовым потолком и малахитовым полом? Алиса прошла внутрь, но отсутствовала недолго. Ещё бы, прибыла очень важная персона. Ревизор, с секретным предписанием, аж из самого Санкт – Петербурга. Инкогнито! Снова открылась дверь, графиня подошла к нашей, я бы сказал сплочённой группе (могучая кучка) и встала во главе процессии, ещё раз окинув меня строгим и подозрительным взглядом – «у нас не забалуешь». Почётный караул, блин, полагаю не в последний путь. Сподобился на старости лет, лишь бы почёт не стал последним... Тут распахнулись обе двери высокие, но спины конвоиров блокировали мне весь обзор, а выглядывать поверх голов было совершенно неудобно. Не подпрыгивать же, в самом - то деле, не солидно. Мы, как ни крути, чёрт возьми, бедные, но гордые. А если грудь впалая (боевая накачанная грудь), то зато спина, определённо колесом. Суета ни к чему, секунды роли не играют (не думай о секундах свысока), всё равно сейчас, сей секунд предстану (надеюсь не перед создателем) пред светлые очи, местной властительницы. Вершительницы судеб людских. Если она такая же, как мои славные охранницы, то заранее снимаю не существующую шляпу. Интересно, а принц у неё есть? Он принц - консорт или полноправный монарх? Она в хрустальных туфельках? Ну вот опять… Какой только вздор не придёт в голову не придёт, когда оно совсем вроде бы и не надо, такая вот голова садовая. Мысли в жутком несоответствии с моментом. Графиня Алиса, командир безопасности замка, её высочества принцессы Велены (о как назвал - видимо обстановка сказывается, потянуло на велеречивость), что - то резко скомандовала и меня подтолкнули в спину, кажется древком копья (хорошо не остриём и на том спасибо), и с божьей помощью мы двинулись вперёд, на мины. Таки я не ошибся, тронный зал (если опять же пользоваться привычной терминологией) поражал воображение блеском и великолепием. Блеск и великолепие - затёртые слова, но иначе и не скажешь. Всё вокруг было изящно и красиво, если я вообще хоть что - то в этом понимаю... Ах, ах высший класс, тонкая работа. По всему чувствовалось, что у местных дизайнеров, или кто у них тут интерьерами королевских покоев заведует, есть вкус и этот вкус отменный. Хотя о чём это я? Можно подумать у меня он есть. Но всё равно вокруг красота неописуемая, что тут говорить, любому неотёсанному вахлаку это сразу понятно. Можно любоваться и любоваться, открыв рот от восхищения. Алиса отшагнула вправо и я оказался словно в живом коридоре. Прямо по курсу, на небольшом ступенчатом возвышении, стоял опять же небольшой (ничуть не походивший на те монументальные царские посадочные места, знакомые мне по историческим картинам) очень тонкой резьбы, оббитый розовым шёлком этакий трончик. Раз в наличии трон, значит однозначно тронный зал. Изящное креслице. Я бы и у себя дома не отказался от такого. «Отличный стул, гамбсовский». Парчовые портьеры за троном шелохнулись, как будто от сквозняка. И на сцену вышла принцесса. Действие второе – те же самые и принцесса. Всё это действие отдавало некой театральностью, отсюда ассоциации со сценой. «А не взяться ли нам за Уильяма, нашего Шекспира». Да... Это была принцесса и не просто принцесса, а Принцесса с большой буквы и только так, а не иначе. Я еле сдержался, чтобы не вскрикнуть, мало ли как доблестная и бравая охрана могла расценить мой вскрик удивления, они тут вспыльчивые, судя по всему. Удивление конечно было, но удивление несколько иного рода (какое к дьяволу удивление... шок, испуг, растерянность). Это просто сон какой – то! Причину объясню чуть позже, если смогу. Принцесса прошествовала (именно так) к трону, назвать его креслицем уже язык не поворачивался. На хозяйке замка, было длинное, просто умопомрачительное (судя по всему, остатки моего ума помрачнели и пропали) платье, переливающееся в ярком свете факелов, как... Как я не знаю что. Любое сравнение проиграет. Живой огонь просто, облегающий тело, своими переливами. Сколько бы дали наши так называемые кутюрье (жалкие ничтожные подмастерья) за фасон и ткань этого платья.
Длинные волнистые волосы, были аккуратно расчёсаны и убраны в золочёную сетку. На гладком лбу принцессы, ярко сверкала всем своим изумрудно-бриллиантовым великолепием, большущая диадема. Надеюсь, я не путаю названия, диадемы ведь именно на голове носят. В общем, такая красота изумительная, что туши свет и суши вёсла. Пока я обалдело разглядывал Велену и пытался думать, как такое вообще может быть (потому что этого не может быть), весь мой замечательный эскорт опустился на одно колено (доспехи нисколько не стесняли движений). Ну а я остался стоять, как камень на распутье, откуда мне знать тонкости их придворного этикета. Лучше и не дёргаться, всё равно сено – солома, кто в лес, кто по дрова. Вполне возможно мой пристальный взгляд тоже является грубейшим нарушением придворного этикета. Меня как - то не удосужились с этим самым этикетом познакомить (какая досада), меня просто хотели убить, на скорую руку. Но суть - то не в этом... Принцесса величаво (бог мой - какой слог, какие слова) опустилась, на своё царственное произведение мебельного искусства (отличный стул, гамбсовский, снова вспомнилось) и сделала плавный жест рукой, запястье которой, было украшено тонким золотым браслетом, в виде змейки. «Браслет в виде змейки с изумрудным глазком». Моя прекрасная стража, снова приняла вертикальное положение. И то хорошо, могло быть гораздо хуже. В Японии, придворные в присутствии императора, должны были (и могли) сидеть в весьма неудобной позе многие часы, пока император не соизволит, махнуть рукой, типа прошу садиться, отбой команда, у нас по простому. Хотя за несколько часов, любая поза покажется неудобной.
Ну так вот, укуси меня акула, забодай меня кальмар. Это была принцесса. Она была не такая же, как стражницы, и даже не такая, как графиня Алиса. Она была другая, просто другая. Словно из другого мира. Ха, можно подумать я из этого... Это несравнимо, не сопоставимо... Невысокая, безумно женственная, чертовски изящная, дьявольски элегантная... Неповторимая и удивительная! Можно применить все аналогичные эпитеты и их всё равно будет мало, всё будет не то. И лукавый блеск в лучистых глазах… Это была... Лена, Ленка, Ленуля, Лесик. Я остолбенел, окаменел, онемел (правда, слово мне ещё никто и не давал). Я не сводил с неё изумлённых глаз. Представляю, как у меня в этот момент был видок. Как такое возможно? Я здесь и она тоже здесь. Только я на положении пленника, а она здесь властвует. Аудиенция... С ума сойти, мозги буквально закипали. Словами это не выразить.
------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
После того чёрного дня -1 апреля. День смеха - сквозь слёзы. Я сделал большую настоящую ошибку, а потом ещё и ещё, когда судьба словно подкидывала мне шанс за шансом, а в меня словно бес вселился и пресекал на корню все попытки судьбы меня образумить ... Всё можно было восстановить. Было. Чёрная полоса и всё от собственной дурости.
----------------------------------------------------------------------------------------------------
- Саш, привет. Я хочу к тебе.
- Лен, ты извини, я после ночной, устал...
- Сашуля...
- Да ладно тебе. Давай позже. Пока.
Трубки положены. Я свою положил без всяких эмоций. Я хочу спать. Через несколько минут снова звонок.
- Саша, я ухожу в гости к подруге с ночёвкой, если позвонит моя мама, скажешь, что я у тебя.
- А если она попросит тебя к телефону? - и ведь ни тени протеста у идиота не возникло, замкнуло намертво... – Что мне говорить тогда?
- Скажешь, что я сплю.
- Ладно.
Трубки снова положены. Самое время мне дать задний ход, ситуация абсурдна и критична.Так нет же, в меня вселилось какое – то холодное равнодушие, отстранённость.Уходит в гости (на ночь!!!!!) пусть уходит. Снова звенит телефон.
- Саша, я хочу отдать тебе ключи от твоего дома.
- Ой блин, давай не сейчас только.
- Нет сейчас.
- Ну ладно...
Дальше не хочется вспоминать. Сколько раз, я потом проклинал себя за этот разговор. И за последующее. Потом я наделал ещё глупостей. Затмение на меня нашло что ли. «Затмение сердца какое – то нашло». Что я творил, что наделал? Сам не ведал. Отбить девушку (в буквальном смысле отбить) у одного, у другого и так бездарно всё обретённое профукать! О, если бы можно было на кассете времени, отмотать плёнку событий назад. Перезаписать - перезапустить жизнь. О если бы... Но за всё надо платить или расплачиваться. Если бы, но история не знает сослагательного наклонения. Вот я и платил всё это время.
И вот я здесь, можно сказать в статусе пленника. Комбатант блин, есть у них конвенции о положении военнопленных, и распространяются ли они на меня? Очень смешно. И на меня смотрит ОНА. Её лицо, её лукавые глаза, её слегка полноватые губы (боже, какими сладкими они могут быть) и ма-а-ленькая родинка над верхней губой. По её словам, как у Синди Кроуфорд и никак не иначе. Я стоял и молчал, а что тут скажешь, молчал и пожирал её глазами. И наверняка было в моём взгляде, что - то такое, от чего принцесса удивлённо изогнула брови. Я почти читал её мысли: «Как смеешь ты холоп, смерд или кто там ещё, ТАК смотреть на меня». Я не мог перестать отождествлять эту принцессу с той Ленкой, не мог и всё тут. Перестанешь тут, когда одно лицо! Но ведь для принцессы, я всего лишь заблудившийся, и невесть как оказавшийся под стенами её замка странник, возможно представляющий нешуточную опасность по местным меркам. И не более того. А вся моя история шита белыми нитками и доверия не вызывает. Я бы и сам в неё не поверил, наверное. Где доказательства? Кое - как придя в себя, я продолжал находиться в каком - то ступоре, мои ноги подкашивались. Вот будет конфуз если я сейчас упаду. Чёрт, я же не выдержу, свихнусь к чёртовой бабушке. Какой там пришёл в себя... Если бы. В ушах набатом стоял колокольный звон (и зазвонят, опять колокола и ты войдёшь в распахнутые двери). Словно в каком - то немом, замедленном кино я видел, что губы Ле...то есть принцессы Велены шевелятся, но ни слова я не слышал. Лицо принцессы заслонило для меня всё. И тут меня опять, весьма болезненно ткнули в спину. Повадились, чёрт возьми, никакого приличного обхождения. И как ни странно это пошло на пользу. Боль, она ведь на пользу... Я смог хоть немного соображать.
Ни к селу ни к городу пришла мысль, что время позднее, принцесса уже наверное отправилась почивать (а как же, это мы простые смертные идём спать, а принцессы и прочие королевы отправляются почивать и никак иначе, положение обязывает), а тут я понимаешь, как снег на голову. Пресловутый неучтённый, непросчитываемый фактор, «сумасшедшая бабуля». А выглядит - то красавица - принцесса на пять с плюсом. В отличие от меня.
- Наш ночной гость чем - то так впечатлён? Он такой впечатлительный? Иначе, как объяснить, что он не отвечает на мои вопросы. Я не могу их задавать бесконечно!
Чёрт возьми, точно с ума сойду. Это был её голос. Ленкин. Колокольчик серебристый. «В лунном сиянии свет серебристый». Точно свихнусь. Слишком много для меня одного, слишком много... Соберись морда, не в филармонии, зажми нервы в кулак и засунь... сам знаешь куда. Стараясь скрыть своё волнение (скроешь его как же) и быть предельно вежливым, я, как можно спокойнее сказал:
- Простите ваше высочество, за моё непочтительное молчание. Это не я впечатлительный, это вы такая впечатляющая (эвона как я могу, поэт куртуазный, однако).
Я чуть было ещё не сказал, на кого она похожа один в один, но вовремя прикусил язык, не в моём шатком положении, распускать этот самый язык. Не время и не место...
- Когда я вам поведаю свою чудесную и невероятную историю, со всеми деталями и подробностями, я думаю, вы меня поймёте, а поняв, простите (понять и простить, где - то я это уже слышал). Видите ли, о, прекрасная властительница этого гостеприимного замка, - тут я невольно покосился на Алису, девушки, особенно красивые, ведь так болезненно относятся к чужим комплиментам, не относящимся к ним. - Я просто несколько потерялся, слишком много свалилось на мои хрупкие плечи, за последнее недолгое время. И стесняюсь добавить к вышесказанному, когда пытаются убить, на мой субъективный взгляд просто вот так, ни за что ни про что, это поверьте уж мне на слово, как – то не очень впечатляет. Не располагает к дальнейшему знакомству.
Велена, удивлённо посмотрела не меня, вскинув соболиные брови. Из под ресниц в упор выстрелили два серо – зелёных огонька.
- Хрупкие? Алиса мне доложила, что ты обезоружил двух моих стражниц, голыми руками между прочим.
Светский раут так светский раут, как в лучших домах ЛондонА и ПарижА. Буду следовать канонам, насколько я их помню и знаю, а я их и не помню и не знаю. Трудно не знать, да ещё и забыть, по гамбургскому счёту. А моя душещипательная реплика о возможном убийстве меня любимого (покушение на убийство, на минуточку), осталась без внимания, тем более часовой находится под особой юрисдикцией, потенциальный убийца по сути. Часовой – лицо неприкосновенное, далее по тексту устава. Ну кто бы сомневался, «грубый век, грубые нравы».
- Прошу великодушно прощения, ваше высочество, но это была чистая случайность, просто повезло. Везучий случай, проще говоря. Ваши великолепные стражницы прекрасно подготовлены, куда мне, сиволапому до ваших претореанцев, то есть претореанок. Справедливости ради, обезоружить у меня получилось лишь одну, так получилось. А на счёт хрупких плеч моих, то осмелюсь заметить, что это обычная ирония, игра слов. Шутка юмора в общем. Метафора. Плечи, как вы изволите видеть, самые обычные, никогда не хотел быть накачанным. А шутка в армии первое дело, разумеется после портянок.
Принцесса звонко щёлкнула пальцами и кастаньет не надо (точно как Лена)
- Кстати о словах, по арагольски ты говоришь правильно. Чересчур правильно, для родного языка, но чувствуется какой - то выговор, этакая неестественность. Что - то не то. И сразу видно, что ты неместный, но мы обязаны быть осторожными.
Ну вот, истина где - то рядом, как истине и полагается. Я бы сказал очень даже неместный. Катастрофически неместный!
- Так о чём я и толкую, ваше блестящее высочество, святая пятница и все святые угодники! Мы сами неместные, отстали от поезда, от самолёта, от парома, нужное подчеркнуть и помоЖите, кто чем можете. Извините, опять шутка юмора, дурацкая и неуместная привычка. Я всё это время, и там у ворот и здесь, пока стою перед вами, тщетно и упорно пытаюсь объяснить, кто я и откуда. А на меня, понимаешь, ваши грозные девчонки, с железом самого устрашающего вида в руках, азартно кидаются. Кидались бы с другой какой целью! Я бы честное слово и не думал бы сопротивляться! Такую энергию да в мирных бы целях. Оно конечно и неплохо с такими девчонками потанцевать, но ведь и убить ненароком могут. «Женщина, я не танцую». Верить или не верить, это ваше дело и право (слово и дело, чёрт возьми), но я очень надеюсь на здравый смысл. На возобладание здравого смысла! Да уж здравый смысл сейчас, самая реалистичная вещь.
Про здравый смысл это я сгоряча, от нервов. Какой тут, ко всем чертям собачим, здравый смысл. Вся ситуация сплошной абсурд!
А интересно, parbleu, как бы я рассуждал, если бы ко мне внезапно заявился кто- либо такой нахальный, свалился бы как снег на голову и сказал бы, что он пришелец, и ладно бы с другой планеты (это ещё куда ни шло, как - то рационально объяснимо) так нет же не с планеты (это было бы дурной пародией на замечательный фильм «Кин – дза – дза), а из другого времени. Или из другого пространства, как это по научному дай бог памяти, другого временно-пространственного континуума. Ух ты, как я могу. Выходец из иных миров. Я бы даже сказал из другой Вселенной. Однозначно, полная ахинея, бред кобылы седой масти. «Я по жизни загулял, словно в тёмный лес попал». Я бы вне всяких сомнений подумал, что клиент сбежал из психушки. Весеннее обострение. Белая горячка не иначе, вы не волнуйтесь, алкоголики это наш профиль. «Торопиться не надо, надо вернуть обществу полноценного человека». До меня вновь донёсся такой милый и родной голос, сходство было просто фантастическим.
- Расскажешь. Обязательно. Непосредственной опасности именно сейчас, как я поняла из доклада командира безопасности, ты не представляешь (я хмыкнул про себя, самое время обидеться), а занимательные истории я очень люблю, особенно ночью. Не ухмыляться! Жизнь в отдалённом, пограничном гарнизоне, по - своему весьма скучна и однообразна. Ну а сейчас, ты мне и всем присутствующим, покажешь, как ты действовал у ворот моего замка.
- Простите великодушно, дорогая госпожа принцесса, не понял.
Велена мило усмехнулась и это было тоже, до боли знакомо.
- Ну что же тут не понятного. О мужчины! Элементарно! На тебя будут нападать, а ты соответственно будешь защищаться. Ясно?
-Ээ… Хм… Да бог с вами, помилуйте барыня, что же тут не ясного! Угол падения, равен углу отражения. А зачем?
- Я хочу посмотреть, разве этого мало? Такова моя воля, и от этого, от моей воли зависит твоя участь. Не волнуйся, жить будешь... Может быть (и снова лукавая усмешка). Но ты сплошная загадка, а я не люблю таких загадок около себя, да ещё в такое непростое время! Тем более, ещё раз акцентирую, по нынешним смутным временам. Тёмным временам. Поставь себя на моё место, можно подумать тебе не было бы интересно.
- Мда... Видимо, я оказался не в то время и не в том месте. А если я буду не настолько ловок, как мне хотелось бы и вдруг поймаю своим хилым телом ваше грозное железо.
- Тогда не взыщи. Судьба... Фатум. Похороним, как полагается, не переживай. С почестями и на освящённой земле. Цени.
Да… Вот что значит быть принцессой и единолично рулить замком, такие девчонки идут по жизни и не оглядываются. Смысл на поверженных оглядываться? «Она идёт по жизни смеясь».
- И ваше сиятельное высочество, не услышит занимательную историю, из тех самых историй, которые, ваше высочество так изволит любить! Осмелюсь со своей стороны акцентировать, слушать истории очень занимательно, особенно ночью. "Спокойной ночи, малыши" все наверное любят. Молчу ваше благородие, не ухмыляюсь. Особенно тёмной.
- В этом прискорбном случае, не судьба... Переживу как - нибудь. У нас самих историй хватает, что ни день то история. Жребий брошен.
В ушах начинало нарастающе звенеть. « И зазвонят опять колокола». Знакомый симптом. Вот же фаталистка чёртова. Меня охватывала холодная ярость, ладони стало мелко покалывать. Я им что, гладиатор по найму, на фиг, хлеба и зрелищ? Нашли «куклу». Из огня да в полымя, шоу должно продолжаться.
Стражницы дисциплинированно выстроились вдоль стен. И на арене остался я один, бенефис блин. Дебют с летальным исходом, дамы и господа, русский самоубийца, моментально в море... Всего за два франка. Я совсем не сомневался, что меня запросто зарежут. Вопрос времени. А уже совсем не такая милая принцесса (как нас меняют жизненные обстоятельства), говорила страшные вещи, тихим и спокойным голосом:
- Любезный, как будешь готов к схватке, скажешь.
- Hostis generis humani!
- Что ты сказал? Странная фраза, незнакомый язык.
- Да нет ничего, мысли вслух, не обращайте внимания. Ну вот, чуть что, сразу Косой! А если я так и буду молчать, мы будем стоять до окончания времён? Или начнём по умолчанию? У вас учёт в рублях, а у меня в сутках, можно и помолчать. А и хрен с ним, двум смертям не бывать! Что помидором по молотку, что молотком по помидору... Ожидание смерти, хуже самой смерти. Поехали, - я резким злым движением, скинул куртку. И наглеть так наглеть (наглость – второе счастье и она же города берёт).
- Ваше высочество, будьте так любезны, подержите пожалуйста, - с этими словами, я передал хозяйке замка куртку, пусть сторожит. – А то сопрут ненароком, хоть и благородные. Знаю я вас. Институт благородных девиц. А куртка хорошая, замшевая. Две куртки...
Не знаю на какой эффект я рассчитывал, но принцесса спокойно взяла куртку из моих рук и положила на спинку кресла. Один – ноль и не в мою пользу. Невозмутимо и без конфликта.
- Нападать на меня, будут по одному или всем скопом?
- Сначала да, по одному, а там видно будет. Тебе страшно?
- А сама как думаешь? Давай местами поменяемся, ты сюда, а я на креслице твоё и тогда я посмотрю, что ты ответишь. «Я только раз видала рукопашный. Раз наяву и тысячи во сне. Кто говорит, что на войне не страшно – тот ничего не знает о войне». Ты – то сама, что в своей жизни видала, а то сидит тут распинается, фу ты – ну ты госпожа. Королева бензоколонки блин.
Я неожиданно для себя, перешёл на ты. Да гори оно всё огнём и синим пламенем. Хуже не будет - хуже некуда. Принцесса неожиданно рассмеялась, прикрывая ротик ладошкой, в прозрачной перчатке. Смотрелось это очень мило и... опять же знакомо, не смотря на смертельную трагичность ситуации. Раскачать психологически не получилось, ну и пёс с ним.
- Ну что стоим? Даму вперёд, или я таки замёрзну, как рыба об лёд.
Я сделал несколько разминающих, разогревающих движений и встал в равностороннюю стойку, верхнюю рамку. Это был уже «Я» и в тоже самое время не «Я». И вот это часть меня, которая уже не «Я» (просто махровый фрейдизм какой – то, в боевой вариации "Я, сверх я и оно") была абсолютно готова к бою и досконально знала, что надо делать, просчитывая ситуацию холодным рассудком. Забавно я наверное смотрелся, во всём этом блестящем средневековом антураже, в своём задрипанном камуфляже и грязных ботинках. Ну и чёрт с ним. А изящная фигурка принцессы, против воли притягивала взгляд. Превратности судьбы, метаморфозы бытия... Любимая девушка, посылала меня на смерть. Ну да не в первый раз. Идущие на смерть приветствуют тебя.