Ученик пятого класса Корнейчуков был ещё далеко не Корней Иванович, но уже написал в собственной героической поэме под названием "Гимназиада": И грек вошёл, и все мы встали, Как волоса на голове... Учитель греческого был страшен - это понятно. До ужаса. От чего ещё могли встать дыбом волоса на гимназической голове? Но волоса могли встать и от радостного удивления. В праздничный день, полный воздушных шаров. Идеальны были продолговатые - на манер кабачка, надутые со старательным выпучиванием глаз, с противным каким-то тальком на губах и вкусом натуральной резины. Если таким шаром как следует натереть голову, случится волшебство: шар приклеится к стене и не упадёт, волоса же поднимутся лёгким лесом. А чуть слышный при этом треск будет сухим и острым, как слово "электричество". Не то электричество, которое "не влезай - убьёт" на табличке с черепом; не два зияющих отверстия в розетке; не молния, от которой нельзя прятаться под одиноко стоящим в чистом поле деревом. Это было электричество б