— Ты постарела, Оль. Я больше ничего к тебе не чувствую.
Андрей стоял с сумкой в коридоре. В машине внизу ждала Кристина — двадцать девять лет, длинные ноги, Инстаграм сплошь Бали и Мальдивы. Всё, чем я не была.
Мне пятьдесят два. Двадцать восемь лет брака закончились одним словом: “постарела”.
Я резала лук. Для борща, который он уже не съест. Никогда.
— Оля, ты слышишь?
— Слышу. Ключи на полку положи.
Он постоял ещё. Ждал слёз, скандала, на колени упаду. Но я устала. Двадцать восемь лет вытирала, стирала, готовила, поддерживала его. Просто устала.
Хлопнула дверь.
Я села за стол. Посмотрела на кастрюлю — огромная, на целую неделю. Зачем?
И заревела.
Первый месяц я из дома не выходила.
Стояла перед зеркалом и видела то же, что увидел он: седые корни, морщины, обвисшая грудь, живот. Кто меня теперь полюбит? Никто. Даже муж не смог.
Катя звонила каждый день:
— Мам, ты ешь хоть?
— Ем.
— Выходишь куда-нибудь?
— Зачем мне выходить?
— Мам, нельзя так.
— Можно, Катюш. Мне пятьдесят два. Всё, занавес.
Она всё равно приехала. Зашла, увидела меня, старый халат, грязные волосы, пустые глаза, чуть не заплакала:
— Мама, ты на себя посмотри!
— Смотрю каждый день. Старая, толстая, никому не нужная тётка.
Катя села рядом, взяла мои руки:
— Хватит уже. Папа — козёл. Но это не значит, что твоя жизнь кончилась.
— Значит.
Она вздохнула. Полезла в телефон:
— Завтра ты идёшь на танцы.
— На какие ещё танцы?! Ты что, рехнулась?
— Аргентинское танго. Для женщин за сорок. Пробное бесплатно. Пойдёшь.
— Не пойду.
— Пойдёшь. Или я сюда переезжаю и буду каждый день тебя пилить.
Я свою дочь знаю. Она серьёзно.
На следующий день я стояла у дверей студии. Руки дрожали. Всё, разворачиваюсь и домой.
Дверь открылась. Вышла женщина лет пятидесяти пяти — стройная, короткая стрижка, лёгкое платье:
— Ольга? Проходите, не бойтесь. Я Инна.
Внутри человек пятнадцать. Женщины от сорока до шестидесяти. Обычно одеты, никаких вечерних нарядов. У некоторых вообще кроссовки.
— Сегодня базовые шаги, — улыбнулась Инна. — Партнёров у нас нет, танцуем друг с другом. Главное — почувствовать музыку.
Заиграла музыка. Медленная, тягучая, прямо до мурашек.
Сердце ёкнуло.
Я не помнила, когда последний раз чувствовала себя женщиной. Не мамой, не женой, не уборщицей домашней. Женщиной.
Инна показала движение. Я повторила — кокоряво получилось. Она кивнула:
— Отлично. Не думайте сейчас. Просто двигайтесь.
Час пролетел незаметно. Я вспотела, устала, но впервые за месяц поняла — я ещё жива.
Инна подошла после:
— Ну как?
— Понравилось. Честно, не думала, что понравится.
— Приходите ещё.
Я купила абонемент на месяц. Сама не знаю зачем. Хотелось хоть что-то для себя сделать.
Через две недели я хотела всё бросить.
Тело болело так, будто меня переехали. Движения не получались. Я рядом с другими как корова на льду.
Инна поймала меня у выхода:
— Уходишь?
— Это не моё.
— Дай себе тридцать дней. Месяц. Если через месяц ничего не поменяется — уходи.
Я осталась.
Через два месяца я скинула восемь кило.
Не специально. Танцевала три раза в неделю, тело само подтянулось.
Катя приехала в гости:
— Мам, ты какая-то другая! Причёску сменила?
— Ага. Инна своего мастера посоветовала.
— И похудела!
— Танцы, дочь.
— Папа знает?
Я скривилась:
— Он полгода вообще не звонил.
Катя замолчала. По лицу вижу — что-то она в курсе.
Через три месяца Инна предложила мне самой группу вести.
— Я?! Да я сама толком не умею!
— Ты схватываешь быстро. Музыку чувствуешь. И объяснять умеешь. У тебя талант педагога.
— Но я же не профессионал…
— Ольга, послушай. Ты двадцать восемь лет чужие деньги считала. Чужие отчёты делала. Чужую жизнь проживала. Может, хватит уже?
Прямо в сердце попало.
Я согласилась.
Через месяц у меня было десять учениц. Танцевали, смеялись, болтали. Половина тоже после развода.
— Ольга, вы такая вдохновляющая, — сказала одна, Лена. — От вас прямо свет идёт.
Я посмотрела на себя в зеркало. Незнакомая женщина. Живая.
Через полгода я запустила онлайн-курс.
Катя помогла видео снять, всё настроить. Назвали «Танго для жизни. Женщинам 45+».
Первую неделю купили три человека.
Я сидела на кухне и ревела:
— Я столько сил вложила… Всё зря.
Катя обняла:
— Мам, Рим не сразу строился. Дай время.
Через неделю видео попало в Дзен.
За день — двести человек купили.
За месяц — пятьсот.
Я офигела. Курс стоил пять тысяч. За первый месяц я заработала сто пятьдесят тысяч. Это моя зарплата за полгода на старой работе.
А потом начались комментарии.
«Бабка учит танцевать, сама как слон».
«В её годы внуков нянчить надо, а не трястись».
«Жалко смотреть, как пытается молодость вернуть».
Я сидела, читала, плакала. Инна вырвала у меня телефон:
— Завидуют. Значит, правильно всё делаешь.
Через восемь месяцев позвонил Андрей.
— Оля, слышал, ты танцами занялась. Это серьёзно?
— Серьёзно.
— Слушай, может не стоит? Деньги на ветер, да и в твоём возрасте…
— Пока, Андрей.
— Погоди! Я переживаю за тебя…
— Не надо переживать.
Сбросила.
Через год мой курс купили полторы тысячи человек.
Я уволилась из бухгалтерии. Сняла студию. Взяла ассистентку.
Жизнь стала совсем другой.
Где-то через год после развода сидела я с Инной в кафе.
Она прищурилась:
— К тебе мужик идёт. Знаешь его?
Обернулась.
Андрей.
Идёт между столиками. На лице растерянность полная.
Я посмотрела на него спокойно. Без боли, без злости.
Он подошёл. Встал рядом со столом.
— Оля? Это ты?
— Привет, Андрей.
— Ты… Ты так изменилась. Ты выглядишь…
— Спасибо.
Он смотрел на меня и не узнавал.Той Оли, серой, уставшей, сломанной, больше не было.
— Можно сесть?
— Нет. Мы заняты.
Он растерялся:
— Мне надо поговорить с тобой.
— Говори стоя. Слушаю.
Он оглянулся. Люди смотрят. Сел на чужой стул:
— Я облажался, Оль. Кристина… Это была ошибка. Мы расстались.
— Ясно.
— Она не та оказалась, за кого себя выдавала. Только тратить умеет и скандалы закатывать. А я вспоминал тебя. Как ты всё делала. Дом, уют, заботу.
— Андрей, ты вспоминал не меня. Ты вспоминал бесплатную домработницу.
Он покраснел:
— Не надо так. Я правда понял всё.
— Что понял?
Помолчал:
— Мне нужен твой совет. Ты всегда умела выход находить. Бизнес идёт плохо, Кристина успела долгов наделать, я…
Я посмотрела на него.
Дошло.
Он пришёл не извиняться. Не прощения просить.
Он за помощью пришёл. По старой памяти.
— Андрей, я твои проблемы больше не решаю. Удачи тебе.
Встала. Инна тоже.
— Оля, стой!
Я обернулась:
— Знаешь, что смешно? Пять лет назад я ревела, когда ты на 8 марта цветы не подарил. А сегодня мне насрать, что ты тут сидишь и о помощи просишь. Вообще насрать.
Вышли из кафе.
Инна обняла меня:
— Круто ты его послала.
— Да я его не посылала. Правду сказала.
Вечером Катя позвонила:
— Мам, папа звонил. Сказал, что видел тебя. Что ты его послала.
— Не послала. Просто отказала в помощи.
— Он плакал. Я папу никогда плачущим не видела.
Мне стало его даже жалко. Немного.
— Катюш, твой отец выбрал лёгкий путь. Бросил семью, побежал за молодой. А потом понял, что облажался, и решил вернуться к старой жизни. Но старой жизни уже нет.
— Я так тобой горжусь, мам.
— Спасибо, солнышко. Это ты меня на танцы записала тогда.
— Ты сама себя спасла. Я просто пинка дала.
Прошло ещё полгода.
Курс купили две с половиной тысячи человек. Я открыла вторую студию.
После одного из занятий ко мне подошёл мужик лет пятидесяти пяти — высокий, подтянутый, симпатичный:
— Ольга?
— Да.
— Виктор. Я из соседней студии, тоже танго преподаю. Инна про вас рассказывала. Хотел предложить совместный мастер-класс провести.
Разговорились. Оказалось, он танцует лет пятнадцать уже. Разведён, двое взрослых детей.
Мастер-класс сделали через месяц. Пришло сорок пар.
После Виктор спросил:
— Вы сегодня свободны?
— Вроде да.
— Хочу на ужин пригласить. Обсудим следующий проект.
Я посмотрела на него. В глазах уважение, интерес, тепло.
— Хорошо. Приду.
Года через два после развода я случайно встретила Андрея в ТЦ.
Он был с Кристиной. Она коляску толкала и на него орала за что-то. Он выглядел измученным.
Увидел меня. Остановился.
Я шла с Виктором. Мы смеялись над чем-то.
Андрей смотрел нам вслед.
Я обернулась на секунду. Увидела у него в глазах то, что искала два года назад.
Сожаление.
Мне было пофиг.
Вечером сидела я на балконе с вином.
Виктор позвонил:
— Как день прошёл?
— Отлично. Бывшего встретила.
— И как?
— Никак. Равнодушно.
— Значит, отпустила.
— Давно уже. Ещё тогда, когда на первое занятие пришла.
Он помолчал:
— Знаешь, что я понял, когда с тобой танцую? В танго важно, чтобы оба партнёра друг друга уважали. Тогда рождается магия.
— Красиво говоришь.
— Правду говорю. Завтра приезжай. Потанцуем.
— Приеду.
Положила трубку. Посмотрела на звёзды.
Включила музыку. Танго. Закрыла глаза и танцевала одна, прямо на кухне.
Когда Андрей ушёл, я думала — всё, жизнь кончилась. В пятьдесят два года.
А она только начиналась.
Я просто этого не знала.
