Нейропсихологическая байка с эстетикой внутренней улыбки
Про любовь часто говорят так, будто она обязана звучать красиво. Как минимум с музыкой, как максимум с закатом, кольцом и правильно выстроенной паузой. А у моей семьи любовь была из другой породы. Земная. Тёплая. Практичная. Такая, которая не боится ни грязных сапог, ни усталых рук, ни «надо успеть до морозов».
Свадьбу дедушка Михаил Иванович и бабушка Людмила Алексеевна сыграли в октябре 1940 года. И прожили вместе до октября 1998-го. Полных пятьдесят восемь лет. Октябрь оказался их общим месяцем, началом и тихой точкой в конце.
А предложение у дедушки было из тех, которые запоминаются навсегда именно потому, что оно не «как в кино».
Иркутская область, Киренский район. Конец сентября или начало октября. Время, когда копают картошку, и от этого зависит вся зима. Земля холодит ладони, воздух пахнет сыростью и первыми ночными заморозками. В такие дни романтика не отменяется, но она ходит в кирзовых сапогах.
Дедушка всё время бегал к бабушке. Бегал так часто, что его мать ругала. Не потому что она была против Люси. Просто у неё был железный, сибирский аргумент: картошку надо выкопать, пока не прихватило морозом.
И вот дедушка, видимо, понял, что пора оформлять жизнь по-взрослому, чтобы не жить в режиме вечных пробежек. Подошёл к бабушке и сказал просто, без кружев, зато с той ясностью, в которой уже слышится будущая прочность:
— Люся, давай уже поженимся. Я к тебе всё бегаю, а мать ругает, картошку копать надо.
И всё.
В этой фразе для меня вся их любовь. Не громкая, не демонстративная, а такая, которая умеет вписываться в реальность. Любовь в кирзовых сапогах. Любовь, которая не требует красивой сцены, потому что ей достаточно правды.
Мне в этой сцене особенно тепло от одного ощущения. Дедушка не пытается впечатлить. Он выбирает. Он говорит: ты моя, и я хочу, чтобы это было не набегами, а полной жизнью. И в этом есть спокойная сила, которая потом держится десятилетиями.
Мы часто думаем, что любовь это что-то воздушное. А она иногда очень земная. Её видно не по громким словам, а по тому, что человек снова и снова возвращается. Бегает. Рядом. Потому что тянет.
И, наверное, в этом есть какой-то тихий секрет долгой жизни вдвоём. Не усложнять. Не делать из чувств спектакль. Не ждать идеальных условий. А сказать вовремя и просто. И жить дальше. Вместе. В своём районе. В своём сезоне. Со своей картошкой.
И вот тут улыбается поговорка: «Любовь не картошка, не выкинешь в окошко». Картошка, конечно, важна. Но любовь, если она настоящая, остаётся. Не выбрасывается. Не отменяется. Не растворяется от сезонной усталости. Она просто живёт. В своих заботах. В своих «надо успеть». В своих «давай уже».
И если бы любовь умела говорить, она бы, пожалуй, тоже сказала:
— Давай уже поженимся.
А потом улыбнулась, вытерла руки о фартук и пошла помогать.
© Ольга Кобелева, 2026