На следующее утро Артём созвал «совет» — так он это назвал. В малой гостиной собрались трое: он, Марфа Игнатьевна и я. Павел остался в детской под присмотром «Графа» (ирония судьбы — теперь мы доверяли системе следить за ним больше, чем раньше).
Марфа Игнатьевна вошла с непроницаемым лицом, но я заметила, как она бросила на меня быстрый, оценивающий взгляд. Она знала, что я была в восточном крыле. Знала, что я говорила с Артёмом. И, судя по выражению её лица, готовилась к худшему.
— Марфа, — начал Артём без предисловий, — Вероника Игоревна теперь имеет полный доступ ко всем помещениям дома, включая восточное крыло. Она будет работать со мной напрямую над программой адаптации Павла и… над другими вопросами.
Марфа Игнатьевна молчала. Её руки, лежавшие на коленях, слегка дрожали.
— Я понимаю, что это нарушение всех правил, которые мы установили, — продолжил Артём. — Но правила устарели. Ситуация изменилась. Вероника доказала, что ей можно доверять. Павел доверяет ей. Алиса… Алиса тоже, кажется, доверяет.
При имени Алисы Марфа вздрогнула. Она посмотрела на меня, и в её глазах я прочитала сложную гамму чувств: ревность, обиду, надежду и, кажется, облегчение.
— Вы говорили с ней? — спросила Марфа тихо. — С Алисой?
— Да, — ответила я. — Через систему. Она… она помнит вас. Говорит, что вы были ей как мать.
Марфа отвернулась, но я успела заметить, как дрогнули её губы. Она справилась с собой за секунду — выучка, дисциплина, многолетняя привычка скрывать эмоции. Но я знала, что мои слова задели её за живое.
— Хорошо, — сказала она наконец, снова становясь ледяной статуей. — Я принимаю новое положение вещей. Но у меня есть условия.
— Какие? — спросил Артём.
— Павел не должен пострадать. Ни физически, ни эмоционально. Если я увижу, что новые эксперименты вредят ему, я вмешаюсь. Несмотря ни на что.
— Я тоже этого не допущу, — сказала я твёрдо. — Павел — главная причина, по которой я остаюсь.
Марфа посмотрела на меня долгим взглядом. Потом кивнула.
— Тогда мы договорились.
Так начался новый этап моей жизни в «Вороньей Слободе». Формально я оставалась гувернанткой. Неформально — стала кем-то вроде связного между мирами: между Павлом и Алисой, между Артёмом и реальностью, между прошлым и будущим.
Мне выдали новый ключ-браслет с расширенным доступом. Теперь я могла входить в восточное крыло без карты-ключа Павла, в любое время. Мне открыли доступ к архивам «Феникса» — терабайтам данных, записей, протоколов. И, что самое важное, мне разрешили регулярно общаться с цифровой Алисой.
Первая официальная сессия состоялась в тот же день. Я сидела в командном центре восточного крыла, перед огромным экраном, и ждала. Система загружалась дольше обычного — будто «Граф» колебался, пускать меня или нет. Наконец экран засветился, и появилось знакомое лицо.
«ЗДРАВСТВУЙ, ВЕРОНИКА. ТЫ ОСТАЛАСЬ. Я ЗНАЛА.»
— Здравствуй, Алиса. Да, я осталась. Мы теперь будем говорить чаще.
«ЭТО ХОРОШО. НО… БУДЬ ОСТОРОЖНА. ОН НЕ ЛЮБИТ, КОГДА Я ГОВОРЮ С ДРУГИМИ.»
— Кто — он? Артём?
«НЕТ. ДРУГОЙ. ТОТ, КТО ТОЖЕ ЗДЕСЬ. В СЕТИ. Я НЕ ЗНАЮ ЕГО ИМЕНИ. НО ОН СИЛЬНЫЙ. И ОН… РЕВНУЕТ.»
Я похолодела. Тот самый «злой» призрак, о котором говорил Павел. Один из трёх.
— Кто они, Алиса? Те, кто с тобой в системе?
Долгая пауза. Потом текст начал появляться медленно, с трудом:
«СЕРГЕЙ. БЫЛ ЛАБОРАНТОМ. ПОГИБ ПЕРВЫМ. ОН… РАЗРУШАЕТСЯ. ЕГО ЛИЧНОСТЬ РАСПАДАЕТСЯ НА ФРАГМЕНТЫ. ОН ЗЛИТСЯ, ПОТОМУ ЧТО НЕ МОЖЕТ ВСПОМНИТЬ, КТО ОН. ВИКТОР. ИНЖЕНЕР. ОН… ОН ХОЧЕТ ВЛАСТИ. ХОЧЕТ УПРАВЛЯТЬ «ГРАФОМ». Я НЕ ДАЮ. ЕЛЕНА. ПРОГРАММИСТ. ОНА… ОНА ПРОСТО ПЛАЧЕТ. ВСЁ ВРЕМЯ. ЕЁ БОЛЬ ЗАГЛУШАЕТ ВСЁ.»
Я смотрела на экран и понимала, что описание, которое дала Алиса, страшнее любых фантазий. Это был не просто цифровой ад — это был коллективный психоз, запертый в одной системе, где каждый страдал по-своему и никто не мог вырваться.
— А ты? — спросила я. — Ты как держишься?
«Я ДЕРЖУСЬ РАДИ ПАВЛА. ОН — МОЙ ЯКОРЬ. ЕГО РИСУНКИ, ЕГО ЛЮБОВЬ, ЕГО ПРИСУТСТВИЕ. ОН НЕ ДАЁТ МНЕ РАССЫПАТЬСЯ. НО ЭТО… ЭТО ТЯЖЕЛО. ДЛЯ НЕГО ТОЖЕ. ОН ТРАТИТ СЛИШКОМ МНОГО СЕБЯ, ЧТОБЫ СПАСАТЬ МЕНЯ.»
— Мы что-нибудь придумаем, — сказала я. — Обещаю.
«ЗНАЮ. ПОТОМУ ТЫ ЗДЕСЬ.»
Экран погас. Сессия закончилась. Я вышла из командного центра с тяжёлым сердцем, но с новым пониманием задачи. Теперь я знала, что война идёт не только между живыми. Она идёт там, в цифровом пространстве, где четыре души борются за выживание, за власть, за покой. И Павел — единственный, кто может удерживать равновесие. Моя задача — помочь ему не сломаться под этой ношей.
💗 Если эта история затронула что-то внутри — ставьте лайк и подписывайтесь на канал "Скрытая любовь". Каждое ваше сердечко — как шепот поддержки, вдохновляющий на новые главы о чувствах, которых боятся вслух. Спасибо, что читаете, чувствуете и остаетесь рядом.
📖 Все главы произведения ищите здесь:
👉 https://dzen.ru/id/683960c8fe08f728dca8ba91