В секцию самбо я попал… нет, не то чтобы по велению судьбы, скорее, по прихоти советской системы. Шестидесятые годы, время, когда каждый студент должен был, как пионер, быть готов к труду и обороне. Нормы ГТО – это был целый ритуал, священнодействие, где каждое упражнение оценивалось баллами. И вот, чтобы получить заветный значок, нужно было набрать определенную сумму этих самых баллов. Подтягивание на турнике – один из пунктов программы.
А какой из меня был атлет? Вес – чуть больше полцентнера. В то время – пятьдесят килограммов живого веса, кости обтянутые кожей. Никакой тебе внушительной мускулатуры, никаких бицепсов, способных вызвать зависть у античных статуй. Так, подросток-переросток. Конечно, годы спустя, когда живот предательски выкатился вперед, а лицо, словно тесто на дрожжах, расплылось вширь, все встало на свои места. Появилась солидность, представительность. Но тогда… Тогда на «мощного мужчину» я явно не тянул.
Помню, как сейчас, первое занятие по физкультуре. Душный зал, запах пота и мастики. И турник. Этот зловещий снаряд, казавшийся мне тогда неприступной вершиной. Но, к моему собственному изумлению, я не просто подтянулся, а выполнил норматив ГТО с лихвой – сто раз! Тренер, пожилой мужчина с усталым взглядом и неизменной папиросой в уголке рта, посмотрел на меня с нескрываемым удивлением. «Парень, – сказал он, выпуская клубы дыма, – да тебе в секцию самбо надо, а не штаны на физкультуре протирать. Там от тебя хоть какая-то польза будет».
Самбо… Что я знал о самбо? Да практически ничего. Какое-то новомодное единоборство, придуманное советскими энтузиастами. Но идея освобождения от ненавистной физкультуры показалась мне весьма привлекательной. И я решился. Пришел на тренировку, робко переступил порог зала. И… прижился.
Зал был огромный, пропахший потом и каким-то странным лекарством. Борцовские маты, канаты, шведская стенка – все говорило о том, что здесь куют настоящих богатырей. Тренер, молодой энергичный мужчина с горящими глазами, сразу же обратил на меня внимание. «Новенький? – спросил он, пожимая мне руку. – Отлично! Будем делать из тебя чемпиона!»
Тренировки были изнурительными. Бег, отжимания, кувырки, броски… Все это давалось мне с огромным трудом. Но я старался, не хотел подвести тренера. И постепенно начал втягиваться. Тело становилось крепче, мышцы – сильнее, движения – увереннее. Самбо оказалось не просто набором приемов, а целой философией, системой, требующей не только физической силы, но и гибкости ума, умения анализировать ситуацию и принимать мгновенные решения.
В конце первого курса в институте проводились соревнования по самбо среди первокурсников. Я вышел на ковер в наилегчайшем весе. Волновался страшно. Сердце колотилось, как бешеный. Но стоило прозвучать свистку, и все страхи улетучились. В голове осталась только одна мысль – победить. И я победил. Занял первое место.
После этой победы меня пригласили в сборную института по самбо. Там уже был свой «хозяин» наилегчайшего веса – мастер спорта. Здоровенный детина, с накачанными мышцами и самоуверенным взглядом. Я был для него – никто. Просто мальчик для битья.
Мастер спорта – он и в Африке мастер спорта. Это как аксиома, не требующая доказательств. Первое время он меня просто избивал на тренировках. Бросал, душил, выкручивал руки… Я терпел, стиснув зубы. Знал, что должен пройти через это, чтобы стать сильнее.
Через год я научился кое-как противостоять ему. Уклоняться от бросков, вырываться из захватов… Но все равно всегда проигрывал. Он был сильнее, опытнее, увереннее в себе. Целый год я был его «грушей» для битья, его спарринг-партнером, на котором он оттачивал свое мастерство.
А потом ситуация резко переменилась. Мастер спорта заболел полиомиелитом. Страшная болезнь, от которой никто не застрахован. И он выбыл из строя. Навсегда. И я, бывший мальчик для битья, превратился в единственного бойца в наилегчайшем весе. В просторечии – мухача.
Меня, новичка, стали выставлять на соревнования. И я начал побеждать. Одна победа, другая, третья… Я думаю, что дело было не только в том, что я «подержался за мастера», как говорили у нас в секции. Дело было еще и в том, что мои противники меня не уважали. Когда рефери объявлял: «Борется первый разряд и новичок», то, кроме зрителей, эти слова слышал и сам первый разряд. И выходил на ковер с мыслью, что победа у него уже в кармане. А я выходил с мыслью, что мне нечего терять. И боролся, как лев.
Довольно быстро я набрал побед на третий разряд, затем на второй. А вот на первый не получалось. Количество побед на первый разряд было гораздо больше, чем на второй, и все они должны были быть набраны за определенное время. А я не успевал. Сессии, экзамены, зачеты… Во время сессии я вообще забрасывал самбо. И набранные победы сгорали.
Самбо я воспринимал скорее не как борьбу, а как некоторую игру, которая требует определенной стратегии и тактики. Как шахматы, только на ковре. Нужно было просчитывать ходы противника, находить слабые места, умело использовать свои сильные стороны. И, конечно, нужна была смелость. Безрассудная храбрость.
Кроме того, самбо привило мне довольно полезные навыки. Например, наш тренер учил нас спать ровно одну минуту. Казалось бы, что тут особенного? Но в условиях жесткого графика тренировок и соревнований это было очень ценно. После разминки, перед схваткой я мог проспать ровно минуту и выйти на ковер с совершенно свежими силами и разогретыми мышцами. Это давало мне огромное преимущество. Сейчас я, конечно, разучился это делать. Жаль.
А вот практическое применение самбо в быту у меня было всегда неудачным. Почему-то все мои попытки использовать полученные навыки в реальной жизни заканчивались плачевно.
Представьте себе. Иду я с последнего сеанса кино, после того, как проводил свою пассию, к ней домой. Время позднее, на улицах ни души. Естественно, срезаю путь и иду через темный двор. А во дворе – картина маслом. Ровно посредине стоит единственный фонарь и освещает круг порядка пяти метров в диаметре. И в этом световом круге стоит пара. Пьяный мужчина, ухватив женщину за косу, свободной рукой бьет ее наотмашь по лицу. В свете фонаря во все стороны летят брызги крови из разбитого носа. Жуть!
Что должен сделать нормальный человек в такой ситуации? Вызвать милицию, позвать на помощь, в крайнем случае – попытаться уговорить хулигана прекратить безобразие. Но я же не нормальный человек. Я – самбист.
Всех делов-то – на минуту. Подскакиваю к мужику, привлекаю его внимание ударом по носу. Затем делаю заднюю подножку, и вот он уже лежит на спине, стукнувшись затылком об асфальт. Все, как учили. Но в этот момент я упускаю из виду женщину. И буквально секунду спустя слышу над ухом истошный вопль:
– Ааа…. Убили!!!
Оказывается, разъяренная женщина с разбитой мордой теперь жаждет моей крови. Я, конечно, понимаю, что она находится в состоянии аффекта, что ей больно и обидно. Но логика подсказывает, что виноват в ее бедах не я, а тот пьяный мужлан, который ее избил. Но попробуй это ей объяснить!
К счастью, в беге на короткие дистанции ей со мной не тягаться. Но все равно я чувствовал себя оплеванным и униженным. Хотел помочь, а в итоге сам оказался виноватым. Вот тебе и практическое применение самбо в быту.
Другой раз… Шел я днем домой, провожал свою будущую жену. Дело было летом, жара стояла неимоверная, поэтому все кругом ходили в белых рубашках и темных брюках. Классика советского летнего гардероба. Выходим мы из метро «Автозаводская», и вдруг на мое плечо ложится чья-то ладонь.
– Мужик, закурить не найдется? – раздается хриплый голос.
Я, не оборачиваясь, бормочу:
– Нет! – и спешу дальше.
Однако ладонь разворачивает меня к себе лицом. Я вижу здорового верзилу с красной харей в кругу таких же друзей. И руку, заведенную для удара. Ситуация, прямо скажем, не из приятных. Но я не растерялся. Резко, как учили, захватил его за рукав и воротник. Затем – резкий рывок. Но верзила остался стоять на месте. А в одной моей руке оказался его рукав, а в другой – воротничок рубашки.
От такого хамства вся компания верзил на мгновение оторопела.
Они явно не ожидали такой наглости с моей стороны. Я воспользовался этим и перешел на бег рысцой по Автозаводской улице.
Буквально через несколько секунд за нами гнался весь выводок верзил. А этот, который без рукава, был первым. Он, видимо, очень обиделся из-за порванной рубашки. А я на дальние дистанции тоже бегал неплохо. Так что, пробежав приблизительно километр, я обнаружил, что все еще держу в руках обрывки рубашки. И это продолжало стимулировать преследователей к продолжению погони.
Я остановился, подождал, когда обиженный верзила подбежит поближе, бросил обрывки рубашки и продолжил свой бег. А он, видимо, решил, что я сдаюсь, и побежал еще быстрее.
Все это время рядом со мной бежала моя будущая жена. Она, кстати, была первым разрядом по лыжам. Так что, темп задавала приличный.
После этой пробежки она сказала с усмешкой:
– Ну что ты занимаешься своим самбо? Бег – вот решение всех проблем!
Мы еще долго спорили на эту тему. Она утверждала, что бег – это универсальное средство от всех бед. А я доказывал, что самбо – это не только борьба, но и состязание интеллектов. Что это игра, требующая стратегии и тактики.
Но для себя я четко решил, что самбо – это не столько борьба, сколько состязание интеллектов. Правда, это невозможно объяснить всем верзилам, которых ты встречаешь на своем пути. Им подавай простое и понятное – кулаком в нос. А что ты им противопоставишь? Обрывки рубашки?
Может быть, самбо и помогает в каких-то ситуациях. Но в быту оно оказалось для меня совершенно бесполезным. Скорее, даже вредным. Потому что вместо того, чтобы решать проблемы мирным путем, я все время пытался применить свои борцовские навыки. И каждый раз оказывался в дураках.
Так что, если хотите научиться решать проблемы – бегайте. Бег – это действительно отличное решение. И для здоровья полезно, и от верзил можно убежать. А самбо… Самбо – это просто игра. Интересная, увлекательная, но не более того.