Я снимаю квартиры уже десять лет. Я видела разное: алкоголиков, которые ломились в дверь по ночам; бабушек, запрещающих дышать на лак паркета; молодых инвесторов, повышающих цену каждый месяц. Но с Ларисой Ивановной у нас, казалось, сложился идеальный тандем.
Ей было около шестидесяти. Интеллигентная дама, бывший преподаватель музыки, аккуратная прическа, тихий голос. Квартира - чистая "двушка" в сталинском доме, высокие потолки, никакой "бабушкиной" мебели. Мы подписали договор, я внесла залог, и началась моя спокойная жизнь. Лариса Ивановна приходила раз в месяц за деньгами, пила чай, спрашивала про работу и уходила. Идиллия длилась полгода.
Пока не наступила та самая суббота.
Заявилась без стука
У меня был тяжелый проект на работе, и я планировала проспать до обеда. Телефон стоял на беззвучном. В 9:30 утра я проснулась не от будильника, а от скрежета ключа в замке.
Спросонья я не сразу поняла, что происходит. Первая мысль - воры. Я вскочила с кровати, накинула халат, сердце колотилось где-то в горле.
Дверь открылась, и в коридор по-хозяйски вошла Лариса Ивановна. Не одна. С ней была какая-то женщина примерно ее возраста. Обе были в уличной обуви.
-Ой, а ты дома? - искренне удивилась хозяйка, увидев меня, лохматую и бледную. - А я звонила, ты не брала. Я подумала, ты уехала на выходные.
-Лариса Ивановна, я сплю! - голос у меня дрожал. - У нас же договоренность: визиты только по предварительному согласованию! И почему вы открываете своим ключом, когда я внутри?
-Ну не сердись, деточка, - отмахнулась она, проходя в комнату прямо в сапогах. - Это моя подруга, Нина. Она ремонт хочет делать, я решила показать ей, как у нас обои поклеены и как шкаф встроенный организован. Мы на минуточку.
Я стояла в дверях спальни и чувствовала, как шок сменяется яростью. Мой дом (пусть и временный), моя крепость, мое интимное пространство были нарушены. Но самое страшное началось через минуту.
Лариса Ивановна подошла к встроенному шкафу-купе в коридоре. Это был тот самый шкаф, где хранилась моя верхняя одежда, обувь и коробки с личными вещами.
-Вот, смотри, Нин, какая система хранения удобная, - сказала она и рывком открыла дверцу.
Она начала отодвигать мои пальто. Потом потянулась к выдвижным ящикам.
-А вот здесь ящики глубокие, очень вместительные, - комментировала она, выдвигая ящик с моим нижним бельем.
Я увидела, как ее рука тянется, чтобы поправить стопку моих бюстгальтеров, которые "неаккуратно" лежали. И в этот момент меня перекрыло. Это было уже не просто нарушение границ. Это было осквернение. Взрослая посторонняя женщина своими руками лезла в мое белье, демонстрируя его подруге, как музейный экспонат.
Мое терпение лопнуло
-Закройте ящик! - рявкнула я так, что подруга Нина вздрогнула. Я подлетела к шкафу и с силой захлопнула его прямо перед носом хозяйки.
-Немедленно отойдите от моих вещей!
Лариса Ивановна поджала губы. Маска интеллигентной учительницы слетела мгновенно.
-Ты чего кричишь? Это мой шкаф! Моя квартира! Я имею право проверять состояние своего имущества. Может, ты там тараканов разводишь или наркотики хранишь. И вообще, ты здесь никто, ты просто живешь. А я хозяйка. Захочу - хоть каждый день буду приходить и проверять.
Вот оно. "Я хозяйка, ты никто". Классическая песня собственника, который путает аренду с благотворительностью.
Я поняла, что взывать к совести бесполезно. Нужно бить по самому больному месту любого рантье - по кошельку и страху перед законом. Я глубоко вдохнула, взяла с тумбочки телефон и включила видеозапись.
-Лариса Ивановна, - сказала я ледяным тоном, направляя камеру на нее. - Повторите, пожалуйста, на камеру, что вы сейчас делали в моем шкафу с личными вещами без моего разрешения.
Она попыталась закрыть камеру рукой.
-Убери телефон! Ты не имеешь права меня снимать!
-Имею. Я нахожусь в своем жилище. Согласно статье 25 Конституции РФ, жилище неприкосновенно. А вы только что совершили незаконное проникновение, воспользовавшись своим ключом без экстренной необходимости.
-Какое жилище? Это моя собственность! - визжала она.
-С момента подписания договора аренды и акта приема-передачи, право пользования этим помещением перешло ко мне. Вы остаетесь собственником, но вы утратили право неприкосновенности жилища в отношении этой квартиры на срок аренды. Вы не имеете права входить сюда без меня. И тем более - рыться в моих вещах. Это уже статья 137 УК РФ "Нарушение неприкосновенности частной жизни".
Подруга Нина начала пятиться к выходу. Ей явно не хотелось становиться соучастницей уголовного дела.
Шах и мат
Лариса Ивановна поняла, что юридическими терминами меня не запугать, и решила зайти с козырей.
-Ах ты, юристка выискалась! Тогда так. Собирай манатки. Даю тебе 24 часа. Чтобы завтра духу твоего тут не было. Залог я не верну - он пойдет на клининг после твоего пребывания. И за испорченные нервы.
Она была уверена в своей победе. Выгнать девочку на улицу, присвоить 40 тысяч залога - отличный план. Но она забыла одну деталь.
-Хорошо, - спокойно ответила я. - Я съеду. Но не завтра, а через месяц, как прописано в договоре. У нас есть пункт о расторжении: уведомление за 30 дней. Если вы выгоните меня раньше, я вызываю полицию и фиксирую факт самоуправства и препятствования пользованию жильем.
-Плевала я на договор! - кричала она. - Я его порву!
-Рвите свой экземпляр. Мой лежит в надежном месте. Кстати, Лариса Ивановна, а вы налоги платите?
Тишина. Мертвая тишина повисла в коридоре.
Мы платили наличными. Каждый месяц она приходила, забирала конверт. Никаких расписок (моя ошибка, но у меня были доказательства иного рода).
-Какие налоги? - просипела она.
-НДФЛ. 13% с дохода от сдачи квартиры. Мы с вами сотрудничаем полгода. Это приличная сумма. Я знаю, что вы не зарегистрированы как самозанятая. Я продолжила добивать:
-У меня сохранилась вся наша переписка в WhatsApp, где вы подтверждаете получение денег. У меня есть видеозаписи с камеры в подъезде, где видно, как вы приходите каждого 5-го числа. И, самое главное, у меня есть аудиозапись нашего разговора при заселении, где вы говорите: "Только налоговой ни слова, я пенсионерка, мне льготы снимут".
Лицо Ларисы Ивановны приобрело землистый оттенок. Она прекрасно знала, что штрафы за незаконную предпринимательскую деятельность и неуплату налогов могут быть весьма болезненными. Плюс пени. Плюс внимание органов, которое никому не нужно.
-Ты... ты шантажистка! - выдохнула она.
-Нет. Я добросовестный арендатор, чьи права были грубо нарушены. Вы ворвались ко мне, рылись в моем белье, оскорбили меня и пытаетесь украсть мой залог. Я просто предупреждаю о последствиях.
Мои условия
Подруга Нина уже сбежала на лестничную клетку. Лариса Ивановна стояла, прислонившись к стене. Вся ее спесь исчезла. Перед перепуганной пенсионеркой замаячила перспектива разбирательств с ФНС и полицией.
-Чего ты хочешь? - спросила она глухо.
-Я хочу, чтобы вы сейчас же покинули квартиру. Я буду жить здесь ровно 30 дней, чтобы спокойно найти новое жилье. За этот месяц я не заплачу вам ни копейки - это будет компенсация за моральный ущерб и нарушение условий договора. Залог в размере 40 тысяч рублей вы вернете мне прямо сейчас переводом на карту. Это будет гарантией того, что мы расстанемся мирно.
-Ты с ума сошла? Месяц бесплатно?!
-Или налоговая проверка, штраф, декларации за последние три года (я ведь могу сказать, что живу тут давно) и заявление в полицию о краже. Вы же рылись в вещах? У меня как раз пропало золотое кольцо. Докажите, что не брали. Ваши отпечатки на ящиках есть.
Это был блеф насчет кольца, но в состоянии стресса критическое мышление отключается. Она сломалась.
Дрожащими руками она достала телефон и перевела мне залог.
-Живи, - бросила она. - Но чтобы через месяц духу твоего не было. Змея.
Она ушла. Я закрыла дверь на все замки, сползла по стене и разрыдалась. Меня трясло полчаса. Потом я встала, вытерла слезы и первым делом вызвала мастера по замкам. Я сменила личинку замка через час. Да, это стоило денег, но спать спокойно в этот месяц мне было важнее.
Через две недели я нашла новую квартиру. Съехала я раньше срока, оставив ключи в почтовом ящике. Квартиру я вымыла до блеска, чтобы не дать ей ни единого повода для сплетен. Но этот урок я усвоила навсегда.