К вопросу о подготовке рабочей силы

Крупская Надежда Константиновна

Этот вопрос всех волнует. Иначе и быть не может. В наш переходный период, период строительства социа­лизма, вопрос о подготовке рабочей силы имеет совер­шенно исключительное значение. Об этом со свойствен­ной ему силой предвидения, вытекающего из умения брать явления в их развитии, говорил К. Маркс в пер­вом томе своего «Капитала». Дав чрезвычайно яркую картину того, как при капитализме всякий экономиче­ский прогресс превращается в общественное бедствие, «уничтожает всякий покой, устойчивость, обеспеченность жизненного положения рабочего, постоянно угрожает вместе с средствами труда выбить у него из рук и жиз­ненные средства и вместе с его частичной функцией сде­лать излишним и его самого», К. Маркс указывает на то, что выход из этого положения — в изменении харак­тера подготовки рабочей силы:

«Современная промышленность никогда не рассмат­ривает и не трактует существующую форму известного производственного процесса как окончательную. Поэто­му её технический базис революционен, между тем как у всех прежних способов производства базис был по су­ществу консервативен. Посредством машин, химических процессов и других методов она постоянно производит перевороты в техническом базисе производства, а вместе с тем и в функциях рабочих и в общественных сочета­ниях процесса труда. Таким образом она столь же постоянно революционизирует разделение труда внутри общества и непрерывно бросает массы капитала и мас­сы рабочих из одной отрасли производства в другую. Поэтому природа крупной промышленности обусловли­вает перемену труда, движение функций, всестороннюю подвижность рабочего».

Далее: «... сама крупная промышленность своими катастрофами делает вопросом жизни и смерти признание перемены труда, а потому и возможно большей много­сторонности рабочих, всеобщим законом общественного производства, к нормальному осуществлению которого должны быть приспособлены отношения. Она, как во­прос жизни и смерти, ставит задачу: чудовищность не­счастного резервного рабочего населения, которое дер­жится про запас для изменяющихся потребностей ка­питала в эксплуатации, заменить абсолютной пригодно­стью человека для изменяющихся потребностей в труде; частичного рабочего, простого носителя известной ча­стичной общественной функции, заменить всесторонне развитым индивидуумом, для которого различные об­щественные функции представляют сменяющие друг друга способы жизнедеятельности».

Маркс считал, что хотя стихийно в школы и вводят­ся уже некоторые элементы политехнизма, но широкое политехническое образование рабочих настолько про­тиворечит по своим целям и характеру всему укладу капиталистической формы производства, положению рабочего в производстве, что осуществление политехни­ческого образования возможно будет только после завоевания рабочим классом власти.

«Если фабричное законодательство, как первая скуд­ная уступка, вырванная у капитала, соединяет с фабрич­ным трудом только элементарное обучение, то не под­лежит никакому сомнению, что неизбежное завоевание политической власти рабочим классом завоюет надле­жащее место в школах рабочих и для технологического обучения, как теоретического, так и практического»,

Технология — основа политехнизма.

«Принцип крупной промышленности: всякий процесс производства, взятый сам по себе и прежде всего безот­носительно к руке человека, разлагать на его составные элементы, создал всю современную науку технологии. Пёстрые, по-видимому, лишенные внутренней связности и застывшие виды общественного процесса производст­ва разложились на сознательно планомерные, система­тически расчленённые, в зависимости от желательного полезного эффекта, области применения естествознания. Технология открыла также те немногие великие основ­ные формы движения, в которых неизменно движется вся производительная деятельность человеческого тела, как бы разнообразны ни были применяемые инструмен­ты, — подобно тому, как механика, несмотря на величай­шую сложность машин, не обманывается на тот счёт, что все они представляют постоянное повторение элемен­тарных механических сил».

Ленин был горячим сторонником политехнического образования как для детей, так и для взрослых. В своих тезисах о производственной пропаганде Владимир Ильич говорит о том, какими путями распространять в мас­сах политехническое образование. В распространении среди взрослых рабочих и крестьян политехнического образования Владимир Ильич видел необходимую предпосылку рационализации промышленности и зем­леделия.

В своих заметках на мои тезисы, писанные к партсовещанию, Владимир Ильич писал:

«... 1) добавить 1 или 2 тезиса о принципиальном зна­чении политехнического образования

I по Марксу; I

1 по нашей программе РКПб

2) Сказать ясно, что никоим образом мы не можем отказаться от принципа и от осуществления тотчас в мере возможного образования именно политехнического...

... 3) безусловным заданием поставить немедлен­ный переход к политехническому образованию или, вернее, немедленное осуществление ряда доступных сейчас же шагов к политехническому образованию ...

... Мы нищие. Нам нужны столяры, слесаря, тотчас. Безусловно. Все должны стать столярами, слеса­рями и проч., « с таким-то добавлением общеобразо­вательного и политехнического минимума».

Нужно, чтобы «этот «ремесленник» имел... политехнический кругозор и основы (начатки) политехнического образования...»

При обсуждении вопроса о подготовке массовой ра­бочей силы мы должны отдавать себе отчёт, хотим ли мы воспроизводить старое разделение труда — готовить из рабочих узких специалистов, только хорошо знающих свою специальность, обладающих в ней чёткими навы­ками, но только её одну и знающих и потому навеки к ней прикованных; или мы хотим готовить специалиста в духе Маркса и Ленина.

Вопрос этот сейчас встал во весь рост.

Мы имеем крупного специалиста, отстаивающего именно точку зрения ограничения подготовки рабочей силы узкой специальностью, подготовки, сводимой к од­ной лишь тренировке.

Этот крупный специалист, создатель Центрального института труда, — т. Гастев. Его очень крупная за­слуга заключается в том, что он использовал достиже­ния, с одной стороны, технологии, с другой — рефлексо­логии для выработки метода вооружения рабочих тру­довыми навыками в возможно короткий срок.

Требование чёткости в работе, борьба с расхлябан­ностью принадлежит к крупным заслугам т. Гастева. Его метод — не журавль в небе, и потому метод т. Га­стева имеет шумный успех. «Нам нужны столяры, сле­саря, тотчас. Безусловно».

Однако т. Гастев выкинул знамя, с которым надо бороться.

Он стал тренировку по своему методу противопостав­лять политехническому образованию рабочих. Это уже никуда не годится. Несколько лет назад т. Гастев со­вершенно не интересовался вопросами общего образования, вопросами трудовой политехнической школы. Те­перь он изменил свою точку зрения. Признаёт полезным введение в школу обучения труду — в I ступени это обучение должно давать, по его мнению, политехниче­ские навыки, во II ступени — «частно политехнические» навыки. В школе нужна тренировка, муштра, «суровая дисциплина». Насчёт теории, насчёт политехнического кругозора Гастев молчит.

Эта теория Гастева стала сейчас угрозой. В комиссии т. Догадова обсуждается вопрос о передаче школ фабзавуча в ВСНХ с целью их «рационализации», при­чём тут же и расшифровывается, что эта «рационализа­ция» должна заключаться в вытравливании из них вся­кого духа политехнизма. Как ни много в школах ФЗУ недостатков, как часто ни влачат они жалкое существо­вание благодаря невниманию к ним предприятий, бла­годаря низкому уровню подготовки поступающих туда учеников и пр., все же мы имеем в лице ФЗУ школу, построенную на базе политехнизма и имеющую в общем и целом крупные достижения. Молодёжь, у которой вся жизнь впереди, само собой, не может спокойно отне­стись к такой «рационализации». Не может отнестись спокойно к этому делу и Наркомпрос, который годы и годы, по прямому заданию Ленина, в меру своего уме­ния в тяжелейших условиях старался проводить прин­ципы политехнизма.

Откуда же выплыла у нас гастевшина?

В нашей промышленности ремесло играет еще круп­нейшую роль. Гастев много вносит в дело более быстрой подготовки ремесленника. Все школы ФЗУ должны при­менять достижения ЦИТа. Но, кроме «навыков», ФЗУ должно давать ученикам ещё политехнический круго­зор — знание технологии, механики, химии, без которого рабочий никогда не будет сознательным участником промышленного строительства.

Сейчас с созданием нового ряда фабрик и заводов значительно расширились кадры рабочих, обслуживаю­щих машину, являющихся как бы придатками этой ма­шины. Их можно обучить в пару недель и месяцев... по Гастеву.

Но мы не можем этим удовлетвориться, рабочий у нас не простой исполнитель. Сегодня исполнитель, завтра он может стать изобретателем, послезавтра — круп­нейшим организатором в своём производстве. Этого последнего не хочет видеть Гастев.

Он не смотрит вперед, не берёт промышленность в её развитии. Динамика реконструктивного периода его мало интересует. Он всерьёз думает, что современная промышленность может с точностью установить, сколь­ко единиц рабочей силы, какой квалификации ей нужно. Точно промышленность стоит на месте, а не развивается. Гастев думает, что всё дело в том, чтобы получить точ­ный заказ от промышленности и машинным образом его выполнить. Заказ нужен, выполнение заказа также, но ни на минуту мы не можем забывать о том, что строительство у нас должно идти по социалистическому пути, а оно не может идти по нему без рабочего с ши­рокой общеобразовательной, политической и политех­нической подготовкой.

1928 г.

#Крупская Надежда Константиновна, ПСС, т. 4.