Наталья ненавидела пятничные вечера. В городе люди ждут их как спасения, а для неё это был старт изматывающего марафона. Каждую неделю сценарий не менялся: короткая вибрация телефона в кармане фартука, и на экране всплывает бодрое: «Натусик, готовь тазик! Выезжаем! Вези нас в лето!»
«Лето» в понимании сестры Марины и её мужа Костика — это когда ты лежишь в шезлонге, а вокруг тебя самозарождаются холодная окрошка, хрустящие малосольные огурцы и запотевший графин с чем-то крепким.
Они влетали во двор как шумный десант.
— Боже, Наташка, завидую тебе чёрной завистью! — Марина уже скидывала босоножки, вонзая пятки в идеальный газон, который муж Натальи косил три часа накануне. — Воздух-то какой! Не то что в нашем человейнике. Живёте в раю и не цените!
«Рай» пах навозом, соляркой и бесконечной усталостью. Пока гости «медитировали» на закат, Наталья наматывала километры между грядками и плитой. Она чувствовала себя не хозяйкой дома, а обслуживающим персоналом в отеле «всё включено», где вместо оплаты — дежурные комплименты её гостеприимству.
В этот раз всё пошло не по сценарию.
Когда Марина, привычно закинув ноги на садовый столик, спросила: «А когда у нас по плану банька?», Наталья даже не подняла глаз от книги.
— Когда истопите, тогда и будет, — ровно ответила она. — Колун в сарае, дрова за дровником. Костик, ты же мужчина, покажи класс.
В воздухе повисла звенящая тишина. Даже кузнечики, казалось, замолчали.
— В смысле? — Костик растерянно моргнул. — Мы же... мы же отдыхать приехали. У нас неделя была — ад.
— У нас тоже, — Наталья перевернула страницу. — Поэтому баня сегодня по системе самообслуживания. И ужин тоже. В холодильнике — пусто, на грядках — густо. Кто хочет салат — тот идёт и рвёт. Кто хочет мясо — магазин на трассе работает до полуночи.
Марина вскочила, её лицо из «расслабленно-дачного» мгновенно превратилось в боевое.
— Наташ, ты чего? Мы же к тебе со всей душой... Соскучились...
— И я соскучилась, Марин. По тишине. И по выходным, когда мне не нужно после работы стоять у плиты в три смены. Вы же любите «всё своё, натуральное»? Вот и отлично. Натуральнее некуда: лопата, лейка, мангал.
Муж Натальи, Андрей, по привычке дёрнулся было к дровнику, но жена прижала его взглядом к гамаку.
— Лежи, — шепнула она. — Мы сегодня тоже в отпуске.
Вечер был странным. Сначала обиженное сопение, потом — робкое звяканье вёдер. Костик, ворча под нос про «странное гостеприимство», всё-таки взялся за топор. Марина, брезгливо обходя кусты смородины, кромсала помидоры в тазик.
К десяти вечера во дворе пахло настоящим костром и подгоревшим, но чертовски вкусным мясом. Марина притащила тарелки, расставила их на столе и вдруг, неожиданно для себя, сказала:
— Слушай, Наташка... А я ведь и не думала, что это так... долго. Пока всё это соберёшь, помоешь, разожжёшь...
— Добро пожаловать в реальность, — улыбнулась Наталья, принимая из рук сестры кусок шашлыка.
Они сидели до полуночи. Без привычных жалоб на душный офис и тяжелую городскую долю. Оказалось, что если разделить работу на четверых, то на закат смотреть гораздо приятнее. А на посуду, оставшуюся в раковине, Наталья просто закрыла глаза. В конце концов, завтра суббота, и мыть её будут гости.