Кусты малины и шиповника, разросшиеся яблони и вишни – непролазные дебри. Все это много лет росло само милостью природы, дед совсем запустил свой сад. Мне повезло, что была осень и эта растительность рвала мои джинсы, а не голые ноги. Дед оставил мне дом летом. Позвонил сообщить, что уходит, и я могу делать с домом все, что захочу, документы он оформил. В семье он был белой вороной, всегда делал то, что в голову взбредет. Двадцать лет назад он решил, что хочет уединенной жизни, подальше от бестолковых людей, которые вечно путаются под ногами. Купил участок рядом с лесом, построил дом и никогда не приглашал нас в гости. И вот перемена - он устал быть отшельником, пойдет мир смотреть. Почему оставил дом мне, непонятно, мы двадцать лет не виделись, удивительно, что он про меня вспомнил.
И вот я здесь, приехал оценить свое внезапное наследство. В часе ходьбы отсюда находилась типичная карельская деревня, хорошо, что оттуда меня подвез местный житель. Иначе, не найти бы мне этот участок. Все заброшено, сад сливался с лесом, если не знать, что за этими дикими кустами дом, точно пройдешь мимо. А сам дом хорош - небольшой, бревенчатый, с мансардой, будто сказочная избушка. Обойти его кругом не получилось, все было во власти шиповника, малины и других растений, распознать которые мне не удалось. Добрался до крыльца и на том спасибо.
Ключ лежал там, где указал дед. Одна доска на лестнице сдвигалась, и под ней стоял цветочный горшок, в котором был спрятан ключ от дома. Дверь открылась удивительно легко. Будто замком часто пользовались. В прихожей царил полумрак, слишком мало света пробивалось в круглое окошко возле двери. Но все равно удалось рассмотреть на стене вешалку с двумя куртками, обувную полку и маленький табурет. И три пары домашних тапок. Странно, зачем деду понадобилось столько? Бывали гости у него? Или очередное чудачество? По рассказам матери, он вполне мог до обеда ходить по дому в одних тапках, после в других, и ночь встречать в третьих. Мне понравились мягкие синие тапочки, и дальше я пошел в них.
Из прихожей я сразу попал в небольшую гостиную. Два кресла, столик, книжный шкаф, на полу и стенах ковры. Два окна выходили на задний двор и ветки разросшегося шиповника скреблись в стекла. Узкая деревянная лесенка вела в мансарду. Но сперва я прошел на кухню. Она была больше гостиной. Напротив двери стояли стол, один стул и печка. Слева был красивый и явно старинный буфет. Кухня была просторной и немного пустоватой. На столе стояла грязная чашка. Дед так спешил, что даже посуду за собой не помыл? Выложив на стол привезенную с собой еду, я с бутербродом вернулся в гостиную и пошел наверх.
Лестница скрипела под ногами так, что казалось, она сейчас развалится подо мной. Перила тоже не внушали доверия. Мансарда, как и гостиная, была вся в коврах, на скошенных стенах их держали рейки. Видимо, зимой холодно в доме. Два окна, напротив друг друга. Вдоль одной стены стояли два комода и кровать в середине комнаты. Кровать манила, усталость навалилась разом. Еще бы! Из Москвы поезд в Петрозаводск, оттуда до деревни, от деревни сюда и все без остановки. Я решил прилечь минут на десять.
Меня разбудили какие-то звуки. Что это? Где я? Я ничего не понимал, кругом темнота. Что за звуки? Что за место? Точно, я же у деда! Видимо, десятью минутами не обошлось, уже ночь. Но что так отвратительной скрипит?
Лестница! Сердце бешено застучало, в ушах зашумело и сразу бросило в пот. Запер ли я входную дверь? Кто-то влез в дом? Проход в полу был едва различим в свете луны. Я в ужасе смотрел в ту сторону в ожидании грабителя. Минута. Две. Вечность. Я не знал, сколько прошло времени, но никто не появлялся. А скрип продолжался. Надо было включить везде свет перед сном, теперь в потемках неизвестно где искать выключатели. А есть ли здесь вообще электричество, у самой кромки леса?
Внезапно скрип прекратился. Тишина. Только мое прерывистое дыхание. Идти смотреть или нет? И на что смотреть? Хотя бы просто свет включить, если он здесь есть. Где мой телефон? В карманах не было. Черт! Я оставил его в куртке? Или на столе в кухне? Может, это просто дедова шутка? Пригласил сюда, чтобы напугать. Может, крыша у старика поехала. А если поехала, вдруг он и убить меня может? Идти ли искать телефон или не ходить? Вроде, тишина, можно сходить. А зачем идти, если тишина? Просто сидеть тут до утра? Можно поискать выключатель здесь. Да.
По логике, выключатель должен быть у входа в помещение. А идти к этому входу не очень хотелось. Если там кто-то был, то мог затаиться и ждать когда я спущусь. Нет, если так сидеть, то к утру можно сойти с ума, надо идти.
Я взял обе подушки и пошел к проходу. Взгляд прикован к черному проему в полу. Шевелится что-то там или мне мерещится? Я кинул подушку в проем, она исчезла и гулко плюхнулась внизу. Я подошел ближе и пошарил руками по стене в поисках выключателя. Сразу вспомнились все известные боги. И только одна молитва: Прошу, пусть здесь будет электричество! Аминь.
В доме ни звука, почему-то это тоже пугало. Была надежда, что это естественные звуки дающего усадку дома. А раз теперь дом молчал, значит, и звук был не естественный. Есть! Щелчок. Свет! Лампочка загорелась под потолком. Тусклый желтый свет. Теперь проем на лестницу стал еще чернее. Но со светом стало спокойнее, казалось, что все почудилось. Сейчас зажгу везде свет и разгоню привидений. Что страшнее, люди или призраки? Грабитель, сумасшедший дед или потустороннее нечто? Или галлюцинации? А вот то, что лестница под ногами издавала тот же скрип, который меня разбудил, на самом деле страшно. Какого черта она скрипела?! Нога увязла в ступеньке, как в песке, шаг сбился, я чуть не упал, удержавшись за перила. Подушка! Я отшвырнул ее ногой. Вторую подушку я все еще прижимал к себе.
Бам-бам-бам!
Кто-то колотил во входную дверь. Дверь заперта?
Бам-бам-бам!
Я сидел на лестнице, спрятавшись за перила. Сверху лился тусклый свет, но теперь он не помогал.
Бам-бам-бам!
Сердце колотилось, ноги как будто не мои, в ушах шумело. Грабитель стучать не станет. Да и ведь сначала лестница скрипела. Зашел, вышел и постучал? Бред. Просто чей-то розыгрыш.
Стучать в дверь можно с любой стороны.
Плохая мысль, очень плохая, зачем она пришла мне в голову? Мой взгляд был прикован к двери в прихожую, из-за которой доносился стук. Что делать? Снова тишина. Полная луна опустилась и бледным светом осветила гостиную. Я осмотрел комнату. Пустые кресла, лунная дорожка на ковре, белая собачья морда в окне. Нет, даже не собачья. Что-то непонятное, между мордой и человеческим лицом.
Снаружи! Спокойно. Оно снаружи. Что бы это ни было, оно там, снаружи. Наверняка, это оно ломилось в дверь. А сейчас лбом упирается в стекло. Мы смотрели друг на друга. Нет, это я смотрел на него, а это существо смотрело мимо меня, туда, где кухня. Оно там что-то увидело? Может быть того, кто стучал?
Нет-нет-нет! Стучала эта морда, и сейчас она снаружи, в доме никого, кроме меня.
Кухонная дверь распахнулась и с громким стуком ударилась о стену. Я вздрогнул от неожиданности и ухватился за перила. Я боялся повернуть голову, чтобы посмотреть на дверь.
Какая-то тень метнулась в угол комнаты! И я, и морда за окном стали вглядываться в угол. Тишина. Давящая тишина. И без того темный, неосвещенный угол, стал еще темнее. Тьма будто росла там, поглощая все.
Вот уже половина гостиной в кромешной темноте. Она надвигалась на меня. Я бросил подушку во мрак. Через один вдох подушка прилетела в меня обратно. Ты живое? Я хотел крикнуть: Ты живое? Но голос пропал, язык не слушался.
Я попытался подняться по лестнице, но что-то ледяное схватило меня за ногу и потянуло назад.
***
- Алё. Участковый? Да я ж ничего… Какого Кирилла? А. Да. Отвозил его неделю назад. Не, он не возвращался. Может, своим ходом. Не, я не полезу туда. Там с весны, как дед пропал, чертовщина какая-то происходит. В смысле, зачем повез? Попросили, заплатили, я повез. Я в чужие дела не лезу.