Весна 1988 года. Страна жила в странном ожидании чего-то нового, непонятного, но манящего. Горбачев у власти третий год, и воздух наполнен словами, которые еще вчера казались крамольными - гласность, перестройка, демократия.
Мы смотрели "Терминатора" с открытыми ртами, слушали Цоя, который кричал про перемены, а в кинотеатрах выстраивались очереди на "Маленькую Веру" - только ради одной постельной сцены, первой в истории советского кино. И вот на этой волне случилось нечто невероятное.
Когда женское тело перестало быть позором
ВЛКСМ объявил конкурс "Московская красавица-88". Cтрана, где десятилетиями с плакатов кричали, что любоваться женским телом - это разложение Запада, где не было места интимности, вдруг решается оценивать красоту.
До этого существовал только конкурс "А ну-ка, девушки!", где комсомолки варили борщ на скорость, перетягивали канат и отвечали на вопросы викторины. Никакого намека на женственность? только идейность и сила.
Организаторы хватались за головы, когда увидели, сколько девушек хотят участвовать. Четыре тысячи красавиц со всего Союза! Немецкий журнал "Burda Moden" согласился стать спонсором, назначили день показа по центральному телевидению.
Когда мораль столкнулась с мечтой
ВЛКСМ, КПСС, КГБ получали тысячи гневных посланий от матерей, пионеров, ветеранов:
"Прекратите это унижение советской женщины!"
А "униженные" женщины в это время слетались в Москву - гордые, сияющие, решительные. Они заполняли анкеты, отворачиваясь от камер, стесняясь, но не отступая. Странные мужчины в костюмах измеряли их талии, не зная, как себя вести, изображая хмурых профессионалов.
Между участницами ходила буфетчица с компотом. Владимир Ильич Ленин на портрете внимательно наблюдал за девушками в окружении дамских сумочек. Советское причудливо переплелось с западным в этом сюрреализме перемен.
Четыре тысячи против системы
Организаторы сделали смелый шаг и отказались от жестких фильтров по параметрам. Но в финал все равно вышли самые яркие. Четыре отборочных этапа, где каждая боролась за право показать себя.
Для девушки того времени выйти на сцену в купальнике значило пойти наперекор всему: морали, школе, семье, обществу. Это был бунт. Это была смелость, которую сложно представить сейчас.
Билеты во дворец "Лужники" распродали за два месяца до финала. В зал слетелись генералы, режиссеры, богатые партийцы, фарцовщики, фотографы. Кто-то хотел просто увидеть, кто-то присматривал себе богиню, чтобы потом осыпать деньгами и вниманием.
Вечер, который смотрела вся страна
Двести девяносто миллионов граждан СССР замерли у телевизоров. Начинающий ведущий Михаил Задорнов, прибалт, который через десять лет станет известным юмористом, вел программу.
Организаторы постарались смягчить удар и большую часть времени девушки ходили в платьях и спортивных костюмах, был длинный интеллектуальный конкурс, викторина по географии. Но вся страна ждала только одного момента.
И вот они выходят. В купальниках. Никто не знал, как правильно ходить по подиуму, что делать с руками. Но наши девушки шли так, будто всю жизнь выступали на парижских показах. С ослепительными улыбками, с гордо поднятыми головами.
Участницы надели все, что смогли купить на рынках Советского Союза. Иногда вещи забавно совпадали - розовые купальники у нескольких девушек сразу. Но красоту невозможно спрятать, даже если очень хотеть.
Маша Калинина: корона и проклятие
Победила семнадцатилетняя школьница Маша Калинина. Рост 176 сантиметров, талия 62, грудь 88 - эти параметры стали новым советским стандартом женской красоты.
Рядом с ней на сцене стояла Оксана Фандера - бедная одесситка без прописки. Для нее главное было еще впереди, она станет известной актрисой.
А вот для Маши победа обернулась испытанием. Ей кричали гадости вслед на улицах, ругали в партийных газетах. Институт иностранных языков отказал ей в поступлении. Через год она уедет в США и останется там навсегда, попробует себя в американском кино, встретит мужа - тоже советского эмигранта.
Пять корон и три билета на Запад
Не седой еще Леонид Якубович тоже вел тот конкурс. Из пяти корон "Московской красавицы-88" две останутся в России, а три уедут на Запад. Несколько финалисток эмигрируют в США.
Этот конкурс стал высшей точкой горбачевской свободы. Последним событием спокойного времени перед тем, как все начнет рушиться. Мы тогда не знали, что это прощание с эпохой.
Маша Калинина сегодня живет в Америке, расцвела, стала гражданкой США. А в памяти миллионов она навсегда осталась той семнадцатилетней московской красавицей, которая первой осмелилась.