Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
Манагуа встретила полуденной удушающей жарой. Солдаты в выгоревшей форме цвета хаки, прячась в тени козырька аэропорта, внимательно вглядывались в лица спускающихся по трапу пассажиров. Приезжие, игнорируя пристальные взгляды, торопились укрыться в кондиционированной прохладе здания. Пройдя паспортный контроль и ответив на дежурные вопросы, журналисты вышли в зал прилета.
На улице Андрей закурил и сообщил, что ему нужно заскочить на Восточный рынок, повидать Красавчика. На вопросительный взгляд Грегори он лишь коротко бросил, что расскажет вечером. Американцы и Мари уехали на такси в отель, а Андрей, докурив, поймал старенький, тронутый ржавчиной «Chrysler Valiant».
Устроившись на заднем сиденье, он назвал цель — Восточный рынок. Водитель, обернувшись, с сожалением сообщил, что рынка больше нет: на его месте строятся жилые кварталы, а куда делись торговцы, никто не знает. Андрей, потер подбородок, раздумывая, и велел ехать в отель «Camino Real». Через несколько минут машина въехала на территорию отеля. Расплачиваясь, Андрей протянул водителю десять долларов, заметив на его удивление, что информация тоже стоит денег.
За главным корпусом, в бассейне, с визгом резвились смуглые девушки в бикини, а в шезлонгах под соломенными зонтами, попивая коктейли, полулежали несколько сеньоров, лениво наблюдая за ними. Андрей вошел в ресторан. Взгляд его скользнул по посетителям, наслаждающимся едой и беседой. В дальнем углу двое молодых европейцев пили кофе; один из них чуть заметно кивнул Андрею. Тот пересек зал и сел за свободный столик. Тут же подошел официант в безукоризненной форме. Андрей заказал кофе, свежие газеты и «Carne asada» — мясо на гриле.
Минуту спустя перед ним стояла ароматная чашка и лежала стопка прессы. Отхлебнув горьковатого напитка и закурив, Андрей углубился в чтение «The New York Times». На двадцать девятой странице его внимание привлек заголовок «Позор в Никарагуа». В статье говорилось о том, как никарагуанские группы в изгнании признают, что администрация Рейгана через ЦРУ объединила их в единую силу — FDN, и что американское оружие открыто демонстрируется в лагерях на границе с Гондурасом. Автор статьи отмечал, что на дебатах в ООН усомнились в версии Вашингтона о внутреннем характере восстания, и лишь клиенты США — Гондурас и Сальвадор — поддержали эту интерпретацию. В отсутствие внятных опровержений из Вашингтона становилось ясно, что США пытаются дестабилизировать Никарагуа. Особенно Андрея задела фраза о том, что операция ЦРУ, по-видимому, нарушает поправку Боланда, а попытки её оправдать похожи на утверждение, что «вы бьете человека молотком, но не пытаетесь его убить». «Хорошее сравнение!» — мысленно одобрил Андрей, затягиваясь сигаретой.
Дочитав статью до конца, где автор сокрушался о том, что администрация не учится на прошлых катастрофах, что среди повстанцев видное место занимают бывшие сомосисты, и задавался риторическими вопросами о том, как народ США может мириться с этой позорной операцией, Андрей удовлетворенно улыбнулся. «Что ж, поддержим автора и подольем масла в огонь, пусть костер вспыхнет», — подумал он, откладывая газету в сторону.
В этот момент официант поставил перед ним дымящееся блюдо с мясом и салатом. Андрей потер руки, взял приборы, завернутые в белоснежную салфетку, и с аппетитом принялся за еду, обдумывая услышанное и прочитанное.
*****
Официант бесшумно убрал со стола опустевшую посуду и поставил перед Андреем кофейную пару. Напиток в чашке был почти черным, густым и, судя по аромату, крепким. Андрей закурил, выпуская к потолку тонкую струйку дыма, как вдруг к его столику подошел молодой светловолосый мужчина в легкой одежде песочного цвета — рубашке и брюках. Это был Шон.
Обменявшись рукопожатием и беглыми любезностями о том, что давно не виделись, Андрей пояснил, что последнее время они с друзьями путешествовали. Открыв свой кофр, он извлек из него и положил на скатерть черный конверт.
Шон взял его и, достав фотографии, принялся внимательно их изучать, время от времени потирая подбородок и бросая короткие взгляды на своего собеседника. Андрей сообщил, что снимки сделаны в Гондурасе, на новой базе контрас под названием «Лас-Вегас». База располагалась на спорной территории, и на данный момент там, в трех лагерях, находилось около трех тысяч коммандос. В планах было разместить там в общей сложности семь подразделений «Командо-Региональ». С этими словами он положил на стол второй конверт.
Поясняя, он добавил, что следующие снимки были сделаны в долине Халапа, куда они попали, сопровождая патруль контрас. Там, на многих хуторах, отряды и группы повстанцев совершенно беспрепятственно пересекают границу, получая от местных жителей не только продовольствие, но и важные сведения о передвижениях сандинистских патрулей.
Шон, убрав первые снимки обратно в конверт, вскрыл второй и углубился в новые фотографии. Он заметил, что о сложной обстановке на границе им, безусловно, известно, и что сандинисты пытаются принимать меры, однако аресты крестьян лишь подливают масла в огонь, заставляя все больше людей браться за оружие и уходить к контрас.
Андрей согласился, но предложил взглянуть на ситуацию глубже. По его словам, большинство крестьян в северных департаментах действительно благодарны новой власти за бесплатные школы и медицинскую помощь. Проблема в другом: они не понимают общей идеологии, того, куда именно их ведут сандинисты. Им никто доходчиво не объяснил, как должны строиться отношения между государством и простым человеком. В их сознании народная власть — это возможность построить свой собственный маленький рай, независимый ни от кого. И когда они сталкиваются с суровой реальностью и жесткостью отдельных представителей власти, у них возникает чувство, что их обманули. Это чувство толкает их снова браться за оружие, чтобы бороться за призрачную свободу, которую они сами себе выдумали. Ирония же, продолжил Андрей, заключается в том, что, придя к контрас, они опять ничего не слышат о реальном устройстве мира и продолжают воевать за то, чего не может существовать в принципе. Пока эта ситуация будет сохраняться, войне не будет конца, и крестьянин навсегда останется в положении обманутого. Единственный выход, который он видел, — это срочная разработка и внедрение сандинистами программы политического и экономического просвещения. Причем программа эта должна быть изложена не сухим бюрократическим языком, а просто и понятно, для людей, в большинстве своем не имеющих образования.
Шон, покачав головой, заметил, что задачу Андрей поставил непростую. Андрей, извинившись с легким смехом, уточнил свою мысль: по-другому войну не остановить, необходимо завоевывать сердца и умы. При этом он отметил, что в ЦРУ прекрасно осознают бесперспективность попыток победить сандинистов исключительно силами контрас. Однако останавливаться там никто не собирается. Планы по экономическому удушению Никарагуа постоянно дополняются. Один из новых пунктов — тайное минирование основных портов страны. Пока это лишь проект, но, по мнению Андрея, секретная директива не заставит себя долго ждать. Как только она вступит в силу, контрас предпримут попытку рассечь Никарагуа с севера на юг. Задача ARDE — взять под контроль южную часть Селая, между реками Сан-Хуан и Эскондидо, чтобы перерезать транспортное сообщение. Соответственно, FDN должна будет войти в северную Селая и установить контроль над всеми дорогами, включая самые труднопроходимые грунтовки. Цель этого плана, как заметил Андрей, очевидна.
Шон, вновь потирая подбородок, заметил, что с южной частью региона все ясно — там мало населения и дорог, нужно лишь контролировать реки, для чего не требуется крупных сил. А вот северная часть вызывала у него вопросы. Андрей не советовал ему обольщаться. Он напомнил, что у Эдена Пасторы весьма серьезная армия численностью до четырех-пяти тысяч коммандос. Пастора пока воздерживается от масштабных операций, но на территории Никарагуа уже создано пять баз, куда завозится дополнительное вооружение. В распоряжении его сил есть даже самолеты «Сеssna», приспособленные для бомбометания, и вертолеты.
На вопрос Шона об источнике этих данных Андрей ответил, что команданте Серо — человек довольно разговорчивый и любит демонстрировать свою значимость. При правильной постановке вопросов от него можно узнать много интересного. А его американские друзья и французская подруга как раз умеют правильно общаться с подобными людьми. Когда Шон с улыбкой заметил, что Андрей скромно умолчал о себе, тот парировал, что у них сложилась сплоченная интернациональная команда, но это тема для отдельного разговора.
Полную версию и другие произведения читайте на Boosty, подписка платная всего 100 рублей месяц.