— «Зачем это показывать – это позор на всю страну!» — эти слова Яны Поплавской разлетелись по сети быстрее любого вирусного ролика. Актриса, которую поколение старших помнит по роли Красной Шапочки, а молодые знают как жесткого и бескомпромиссного публициста, вдруг сказала то, что многие из нас носили в себе месяцами, но боялись произнести вслух. А сказала она про юбилей Анастасии Волочковой.
Про то, как федеральные каналы синхронно, словно по команде, начали чествовать пятидесятилетие женщины, давно превратившейся в ходячий мем, в символ эпатажа, в человека, чье имя уже лет десять не ассоциируется ни с балетом, ни с искусством вообще.
И знаете, что самое страшное? Пока это шло по телевизору, за окном гибли люди. Реальные, живые. Наши с вами современники. И этот контраст между экранным карнавалом и настоящей жизнью оказался настолько чудовищным, что молчать дальше стало просто невозможно.
Хватит навязывать нам Волочкову!
Яна Поплавская сформулировала главное: она не против Волочковой как человека. У каждого своя судьба, свои тараканы в голове, свой способ проживать возраст и одиночество. Вопрос в другом - почему нам это навязывают? Почему в прайм-тайм, когда страна замирает у экранов в ожидании хоть какой-то правды, нам подсовывают очередной скандальный сюжет про шпагат, про «подарок на 10 миллионов» от таинственного незнакомца, про баню и ледяную купель?
— «Герои сегодня не там, где вы их ищете, господа продюсеры, — пишет Поплавская. — Хватит навязывать нам Волочкову! Оглянитесь вокруг: сколько реальных людей совершают каждодневный подвиг, пока вы крутите в эфире балаган».
И ведь это чистая правда. В стране тысячи врачей, которые сутками не выходят из операционных. Волонтеры, вытаскивающие людей из-под обстрелов. Обычные мужики в окопах, о которых мы не знаем поимённо, но которым обязаны жизнью. А что мы видим? Полупустой зал в театре на Цветном бульваре, где билеты продавали за полторы тысячи, и то не смогли заполнить кресла.
От Кремля до Марчела
Тут ведь еще какой контраст получился. Сама Волочкова в интервью Малахову перед юбилеем вспоминала, как отмечала 35 лет - в Кремле, с Димой Биланом, с Иосифом Кобзоном, с десятками настоящих звезд. А прошло пятнадцать лет и что мы видим?
В гостях - Анна Калашникова (вы хоть помните, чем она знаменита, кроме романа с Прохором Шаляпиным?), Таня Тузова, которую величают «живой Барби», Алена Кравец из ток-шоу. И отдельный персонаж - Марчел из Молдавии, который теперь окопался в окружении балерины и активно пиарится на каждом шагу. Никиту Джигурду, кстати, анонсировали, но он не приехал. Говорят, супруга Марина Анисина запретила категорически - после последних скандалов с видео решила, что хватит.
Семья тоже не пришла. Хотя цветы передали и поздравили - это Волочкова потом признала. Но сидеть в одном зале с этой компанией близкие люди не захотели. И их можно понять.
А сам концерт... Я посмотрела записи. Честно слово, неловко стало. Движения скованные, партнер еле ноги переставляет, легкости никакой. Вокал - чистый плюс, под фонограмму. Где искусство, господа? Где тот самый балет, которым когда-то Волочкова действительно умела брать за живое?
«Генералы эфира» и их выбор
Поплавская в своем посте прошлась и по тем, кого она называет «генералитетом центральных каналов». По людям, которые принимают решения - что показывать, а что оставлять за кадром. И здесь она безжалостна.
«Они застряли в прошлом, - говорит актриса. - Им проще достать старый, замызганный образ, проверенный годами скандалов, чем рискнуть и показать настоящих героев. Это удобно: скандал всегда дает рейтинг. А на то, что происходит с душами людей, на то, какую боль они испытывают, глядя на этот цирк, - наплевать».
И знаете, это же чистая правда. Телевидение давно перестало быть тем самым «общим столом», за которым семья собиралась обсудить важное. Оно превратилось в витрину с пыльными манекенами. И продавцы удивляются: почему покупатели не заходят?
Майя Плисецкая, на которую Волочкова любит ссылаться и называть себя чуть ли не наследницей, однажды очень осторожно обронила: «Настя неплохая артистка. Но не выдающаяся». И это, пожалуй, самое точное определение всей карьеры. Была солисткой Большого - да. Но примой, вопреки мифам, не была никогда. Взлетела во многом благодаря покровительству Сулеймана Керимова. Как только отношения закончились - закончилась и карьера.
Извинение перед теми, кто не у экрана
Самый сильный момент в выступлении Поплавской - это не критика Волочковой и даже не разнос телевизионного начальства. Это извинение.
— «Я хочу извиниться перед матерями, вдовами, детьми, — написала актриса. — Перед всеми, кто смотрит на этот балаган и чувствует себя униженным. Это не мы, артисты, создаём этот контент. Это выбор конкретных людей в кабинетах. И мне стыдно, что я работаю в профессии, которую так используют».
Представляете, каково это - извиняться за то, что ты не сделал? За то, что транслируют коллеги по цеху, с которыми ты даже не пересекаешься? Но Поплавская права: молчание в такой ситуации - тоже выбор. И она свой выбор сделала.
Многие зрители сегодня чувствуют себя именно так - униженными. Будто их мнение ничего не значит. Будто их боль никому не интересна. Будто страна существует отдельно, а телевизор — отдельно, в своем глянцевом мирке, где главные трагедии - это чьи-то разводы, скандалы и юбилеи персон с сомнительной репутацией.
Волочкова, кстати, на критику отреагировала болезненно. Появились какие-то странные посты, оправдания, попытки доказать, что она все еще звезда. Но звезда ли? Звезда - это когда зал полон без принудительной раздачи билетов. Звезда - это когда имя звучит в контексте искусства, а не скандалов. Звезда - это когда на юбилей приходят не марчелы и калашниковы, а коллеги по цеху, зрители, люди, которым есть что сказать кроме дежурных комплиментов.
Я часто думаю: а что будет дальше? Изменится ли что-то после таких громких заявлений? Или телевизионные генералы и дальше будут гнуть свою линию, потому что это просто, дешево и предсказуемо?
Пока, честно скажу, оптимизма мало. Но одно радует: таких, как Поплавская, кто готов говорить правду в лицо, становится больше. Люди перестают бояться. Люди начинают требовать уважения.