Вам кажется, что если человек не может без вас дышать, если он пишет сотни сообщений, если он готов на всё ради одного вашего взгляда — это любовь? Ошибаетесь. Это аддикция. А аддикция и любовь так же далеки друг от друга, как здоровый аппетит и каннибализм. Первый даёт жизнь. Второй её пожирает. Сегодня я поставлю диагноз. Чётко. Психологически обоснованно. И без права на апелляцию.
Давайте наконец-то назовём вещи своими именами. Мир путает два фундаментально разных состояния, вкладывая в них одно слово — «любовь». Это преступление против психической гигиены. Пора его остановить.
Что такое любовь с точки зрения психологии?
Любовь — это состояние зрелой психики, при котором человек способен давать. Не торгуясь. Не ожидая гарантированной отдачи. Не требуя выкупа. Любовь выражается в действии: я даю тебе заботу, внимание, тепло, ресурсы — просто потому что я полон этим. Я переполнен, и мое переполнение изливается на тебя. Мне не нужно, чтобы ты немедленно вернул. Мне достаточно видеть, что тебе хорошо от того, что я даю.
Любящий человек не контролирует. Не следит. Не требует отчётов. Он просто присутствует в своей полноте и делится ею.
Что такое аддикция?
Аддикция (зависимость) — это патологическое состояние психики, при котором человек употребляет другого как источник своего внутреннего благополучия. Он не даёт — он берёт. Он не насыщает — он поглощает.
Аддикция — это навязчивая потребность в повторении опыта, связанного с объектом зависимости, с потерей контроля над своим поведением и игнорированием последствий.
Аддикция бывает разной:
· Химическая (алкоголь, наркотики, никотин)
· Процессная (игровая, шопоголизм, интернет-зависимость)
· Эмоциональная (любовная аддикция, созависимость)
· Пищевая
И везде один механизм: мне плохо без дозы, мне хорошо только с дозой, я сделаю всё, чтобы дозу получить.
Аддикт = маньяк
Здесь нет преувеличения. Это клиническая реальность.
Вспомните Карла Денке. Милый немецкий чудак, которого все считали безобидным. А он убивал людей и вёл гроссбух: мертвый вес — 122, голый — 107, выпотрошенный — 83. Зубы сортировал по банкам. Мясо продавал соседям. И при этом оставался «мечтательным, спокойным».
Аддикт устроен так же. Только вместо мяса он консервирует души. У него такой же гроссбух, куда он заносит ваши реакции. Он взвешивает ваше внимание. Сортирует ваши эмоции по банкам. Из ваших слёз делает переплёты для книг своих оправданий. Ему без разницы, какая именно эмоция выйдет из вас, потому что ему важно другое: «Это она из-за меня» Злится, ненавидит, убегает… он кайфует, как кайфует маньяк, видя страх в глазах жертвы. Игорь выходил посреди диалога в переписке на неделю, предвкушая, как сильно я буду ждать ответа. Ждала ли я его на самом деле? Конечно, нет. Я утверждалась в его неадекватности, потому что уважающие себя люди диалоги тактично доводят до конца, а не убегают, чтобы жрать эмоции. Уважающих себя людей интересуют коммуникации здоровые в своем проявлении, а не бегство ради пожрать.
Аддикт всегда кажется безобидным. «Он просто влюблён», — говорят недалекие. «Он просто переживает», — утешают подруги. А он уже планирует, как выпотрошить вас эмоционально.
Почему аддикт опасен?
Ради источника своего кайфа аддикт готов на всё. Алкоголики убивают членов семьи за бутылку. Наркоманы идут на преступления ради дозы. Игроманы проигрывают квартиры и чужие жизни.
Любовный аддикт — точно такой же. Он готов преследовать, сталкерить, шантажировать, угрожать, уничтожать репутацию, лишь бы получить доступ к объекту своей зависимости. Он не видит в обьекте своей аддикции человека. Он видит в нем наркотик.
Его «любовь» — это любовь маньяка к своей жертве. Фанатичная. Преданная. Смертельная.
Аддикты — это маньяки.
Вы думаете, что я просто так провозгласила себя Госпожой? Вы ошибаетесь. Я та — кто умеет взять аддикта в руки, поставить на спине его каблук и всегда маячить перед его глазами плеткой. Я могу аддикта приручить и использовать. А могу и выбросить.
Есть у меня один аддикт, живущий со мной по соседству. Из-за него я не хожу по улицам одна. На протяжении лет 5 он время от времени пишет мне признания в чувствах, иногда пишет что-то неадекватное. Встречая меня на улице, он ходит за мной по пятам. А потом желает мне счастья. Сегодня ночью он мне звонил, чтобы подрочить на меня. А так как я спала, я не слышала звонка, то утром я обнаружила дрочку у себя в личке. Знаете, зачем он прислал мне свой дроч? Чтобы жрануть эмоцию, которую он мне припишет: она, наверное, возбудилась, я же сексуален! Или: представляю, как она обалдела, когда увидела мой дроч! Этому ничтожеству кажется, будто он смог меня удивить.
А я поржала над этим с мужем. Что я, член никогда не видела? Муж предложил отправить ему в ответ его дроч.
Хочу ли я себе такого раба? Нет.
Такое я выбрасываю. Но выбросить аддикта невозможно. Его можно лишь время от времени жестко прогонять. Но так как я — доза, то за мной он приходит и сколько еще будет приходить, я не знаю. Это существо уже много лет преследует меня. Но он знает, кто мой муж. И, вероятно, боится его. Потому для меня он безопасен.
Как отличить любовь от аддикции?
Любящий человек даёт. Он спрашивает: «Что тебе нужно? Чем я могу помочь? Как сделать твою жизнь лучше?». И ему не нужно, чтобы вы немедленно вернули долг. Его радость — в самом акте дарения. Посмотрите на эту иллюстрацию здоровых проявлений любви. И сравните со всеми остальными в этой статье. Что скажете? Видна теперь разница?
Аддикт берёт. Он требует: «Ты должна мне свои чувства, своё время, свою жизнь. Я без тебя умру. Ты обязана меня спасти». И если вы не даёте — он злится, обижается, мстит. Не так давно Игорь требовал от меня спасти его. Ведь я — психолог. Ведь я — Госпожа. Ведь я все прекрасно понимаю. Он плакал, адресуя свои слезки не мне, а мамочке:
Ведь я не мамочка. Я — Госпожа. Я не спасаю. Я уничтожаю все то, что не соответствует моим правилам. Я выбрасываю больное. Без сожаления. Больное — это то, что совершенно не может вести себя адекватно. И больше за Игорем я не наблюдаю. Я лишь утвердилась в том, что эта обезьяна больна. И ребенок у меня есть, который за мной с протянутой рукой не бегает, а создает вокруг себя команду. Моя дочь — лидер. Сопливых плачущих детей я не люблю, как и большинство из вас. Они раздражают всех.
Любящий человек уважает ваши границы. Аддикт их ломает.
Любящий человек видит в вас личность. Аддикт видит функцию.
Любящий человек готов отпустить, если вы будете счастливы в другом месте. Аддикт будет преследовать до гроба.
Аддикта нельзя жалеть
Это важнейший пункт. Общество привыкло жалеть зависимых. «Он просто так любит», «Он же страдает», «Ему же плохо», «Он не виноват, у него травма».
Да, у него травма. Да, ему плохо. Но его способ справляться с этой болью — уничтожать других. И жалость здесь не работает. Жалость только разжигает его чувство собственной важности и укрепляет убеждение, что мир ему должен.
Аддикту нужны не жалость, а границы. Жёсткие. Непробиваемые. Такие, о которые он расшибается в кровь.
Я разделяю аддиктов на две категории:
На сильно больных — тех, чья патология зашла так далеко, что взаимодействие с ними невозможно без риска для жизни и психического здоровья. Их путь — к психиатру, в изоляцию, вникуда. Я их отпускаю без сожалений.
И на потерявшихся — тех, в ком ещё осталась способность к контакту. Тех, кто готов признать свою зависимость и принять правила. С ними можно работать. Но работать — не значит любить.
Они не заслуживают любви. Потому что любовь — это дар, а не награда за страдания. Они заслуживают только одного: шанса служить, если они докажут, что способны на это без разрушения. Бобик не справился. Бобик был очень жестко отшит.
Я даю им этот шанс. Но только я. Потому что только я знаю цену их болезни и только я умею превращать её в топливо, а не в разрушение. А вам я советую их отправлять к психиатрам.
Если вы жалеете аддиктов — вы сами аддикты. И вам тоже необходимо разобраться в себе.
Итог
Любовь — это когда ты даёшь.
Аддикция — это когда ты жрёшь.
Любовь — это когда ты видишь другого.
Аддикция — это когда ты видишь только свою дозу.
Любовь — это свобода.
Аддикция — это тюрьма.
Не путайте эти вещи. Иначе однажды вы проснётесь в подвале у милого чудака, который уже завёл на вас гроссбух и прикидывает, в какую банку сложить ваши зубы.
Вспомните истории убийств на почве ревности. Именно эти чувства вы называете «любовью» — он же так сильно ее любил, поэтому убил.
Вы не в себе. Очнитесь.
Посмотрите на тех, кто говорит вам о своей «любви». Что вы видите? Желание давать — или голод получать? Готовность уважать ваши границы — или настойчивое требование их открыть? Спокойствие в вашем счастье — или ярость, когда вы счастливы без него?
Ответьте себе честно. И если вы узнали в этом описании аддикта — бегите. Или ставьте такие границы, о которые он расшибится в кровь. Но только если у вас есть сила.
Жалеть нельзя. Терпеть нельзя. Надеяться, что «перерастёт», — нельзя.
Аддикция не лечится любовью. Она лечится только железобетонными стенами и полным отсутствием доступа к источнику.
Я это знаю. Я это применяю. Я это вам говорю.
Дальше — ваш выбор.
🍩 Ваша поддержка помогает мне продолжать этот важнейший ликбез: https://dzen.ru/madams_memoirs?donate=true
#ГоспожаГештальт #АддикцияЭтоНеЛюбовь #КарлДенке #ПсихологияЗависимости #ЛюбовьVsЗависимость #МаньякиДуш #Границы #ЖалостьУбивает #Диагноз