— Катя, сбегай в магазин! Купи торт! У нас радость! — мама сияла, протягивая мне мятые купюры.
Я замерла с конспектом по истории. Радость? В нашей однушке на пятерых? Сердце забилось — может, наконец-то переезжаем?
— Какая радость?
— Вечером узнаешь! Только купи «Медовый», папа любит.
Вылетела из дома, сжимая деньги. Может, родители взяли ипотеку на двушку? Или наконец обменяли на что-то нормальное?
В магазине долго смотрела на витрину. Нашла нужный.
Вернулась. В комнате Максим разбросал конструктор по всему полу. Лена, младшая, орала в зале — опять что-то не поделили.
— Макс, убери! Сколько можно!
— Сама убери! — буркнул десятилетний брат.
Перешагнула через детали, поставила торт в холодильник. Села за стол — завтра экзамен. Но какая учёба, когда Лена влетела с рёвом:
— Катя! Макс меня ударил!
— Она первая начала! — отозвался брат.
— Замолчите оба!
Успокоила сестру, пытаясь решать задачи. В голове одна мысль — скоро переедем. Обязательно переедем.
1. «Новость»
Вечером собрались за столом. Папа торжественно резал торт. Мама загадочно улыбалась.
— Дети, готовы к сюрпризу?
Я сжала под столом кулаки. Сейчас. Сейчас скажут.
— У вас будет братик или сестричка!
Тишина. Макс радостно завопил. Лена захлопала — она ещё маленькая, не понимает.
А я сидела и не могла пошевелиться. В ушах звенело.
— Катя, ты чего? — мама наклонилась ко мне. — Не рада?
— Где он будет спать? — мой голос звучал глухо.
— Как где? С нами сначала, потом что-нибудь придумаем!
— Что придумаем? Что?! У нас однокомнатная квартира! Мы с Максом и Леной спим в зале на раскладушках! Где вы собрались ещё одного пихать?
— Катя! — папа нахмурился. — Прекрати!
Я вскочила. Стул грохнулся на пол.
— А что прекратить? Вы вообще о чём думали? Нас четверо в этой конуре! Будет пятеро!
— Не конура, а наш дом! — мама покраснела. — Мы семья!
— Семья? Я экзамены готовить не могу — вечно кто-то орёт! Спать не могу — Макс храпит! Переодеться негде — зал проходной!
— Ты эгоистка! — мама встала.
— А вы? Зачем рожать, если жить негде?
— Дети — это счастье!
— Счастье? Это счастье — драться за туалет по утрам? Слушать детский ор с утра до ночи? Не иметь своего угла?
Папа молчал. Он всегда молчал в таких ситуациях.
— У нас есть деньги! — кричала я. — На машину есть! На дачу есть! А на нормальную квартиру нет!
— Машина нужна! И дача тоже!
— Кому? Кому нужна дача, если дома негде повернуться?
Выбежала в подъезд. Схватила куртку, сумку.
— Ты куда? — донеслось от Макса.
— Погуляю.
— Катя...
— Всё нормально.
2. «Улица»
На улице было холодно. Октябрь выдался промозглым. Я шла куда глаза глядят, сжимая в кармане телефон, который разрывался от маминых звонков.
Села на лавку в сквере. Достала телефон — восемь пропущенных. Не ответила.
Вспомнила, как в пятом классе просила хотя бы ширму поставить. Мама смеялась: «Зачем? Мы же семья!» Как в восьмом умоляла дать мне угол для занятий. «Не выдумывай, в школе занимайся».
Подруга Настя однажды пришла в гости. Посидела полчаса. Потом спросила: «Как ты там вообще живёшь?» И я не знала, что ответить. Потому что не жила. Существовала.
Телефон зазвонил. Папа.
— Катя, иди домой. Мама плачет.
— Пусть плачет.
— Катя!
— Пап, ты сам рад?
Молчание.
— Иди домой. Поговорим.
— О чём? О том, что вы решили завести четвёртого, не подумав, где мы поместимся?
— Не всё измеряется метрами.
— Да? А чем? Любовью? Любовь не заменит место, где можно побыть одной!
Сбросила. Сидела дотемна. Потом пошла домой — больше некуда.
3. «Год после»
В тот вечер я не спала. Лежала на своей раскладушке, слушала, как Макс сопит, как Лена во сне бормочет, как родители шепчутся на кухне. И понимала — надо уходить.
После школы работать. Копить. Снять угол. Любой, лишь бы свой.
Месяцы тянулись медленно. Мама округлялась, в доме становилось ещё теснее — детские вещи, коляска в прихожей, вечные сборы. Я считала дни до выпускного.
— Катя, куда поступать думаешь? — спросил как-то папа.
— Никуда.
— То есть?
— Работать пойду.
Скандал. Мама плакала, папа уговаривал. Но я уже всё решила.
В июне получила аттестат. В июле устроилась в магазин техники продавцом-консультантом. Копейки, но начало.
— Катя, зачем тебе это? — мама присела на край моей раскладушки. — Живи дома, учись заочно.
— Мам, мне нужно своё пространство.
— Опять ты за своё! Семья важнее!
— Для тебя — да. Для меня — нет.
Она ушла, хлопнув дверью. А я продолжала листать объявления о съёме комнат.
4. «Ваня»
В августе родился Ваня. Крошечный, красный, с тоненьким голоском. Ночами он плакал. Макс злился, Лена просыпалась, я не высыпалась. Ходила на работу как на праздник — там было тихо.
К ноябрю накопила на два месяца аренды. Нашла комнату в старом фонде — шесть метров, кровать, стол, шкаф. Идеально.
— Ты серьёзно? — мама стояла в дверях, пока я собирала вещи.
— Серьёзно.
— Из-за Вани уходишь?
— Не из-за него. Из-за всего.
— Мы же семья!
— Мам, я люблю вас. Но жить так больше не могу.
Она плакала. Папа молчал. Макс помог донести сумки — единственный, кто, кажется, понимал.
— Я тоже уеду, — шепнул он. — Как подрасту.
— Учись. И уедешь.
5. «Моя комната»
Первая ночь в общаге. Четыре на три метра, скрипучая кровать, обои в цветочек. И тишина. Такая тишина, что уши закладывало.
Я лежала и улыбалась в потолок. Моё. Всё моё. Никто не ворвётся, не включит свет, не начнёт орать.
Мама звонила каждый день. Сначала уговаривала вернуться. Потом обижалась. Потом просто рассказывала новости.
— Ваня улыбнулся! Макс пятёрку получил! Лена в садике стих рассказала!
Я слушала, кивала. Но не тянуло обратно. Ни капли.
6. «Гости»
Через месяц пришла в гости. Квартира казалась ещё меньше. Ваня спал в родительской комнате, коляска занимала полкоридора, на кухне было не повернуться.
— Как ты там? — мама суетилась, накрывая стол.
— Хорошо.
Макс показывал контрольную. Лена висела на шее.
— Катя, вернись, — шепнула сестра. — Мне без тебя скучно.
— Я буду приходить. Часто.
Но не вернулась. И не вернусь.
7. «План»
Вечером, сидя в своей комнате, я открыла блокнот. Написала план. Работать, учиться заочно, копить. Через пять лет — своя квартира. Пусть студия, пусть на окраине. Но своя.
И если когда-нибудь у меня будут дети — только когда смогу дать каждому отдельную комнату. Только так.
Мама не понимает. Говорит, я эгоистка. Может, и так.
Но я больше никогда не буду жить в комнате, где негде развернуться. Где каждый сантиметр на счету. Где приватность — недостижимая роскошь.
Никогда.