Глава 21 (1 часть). Победа
Утро выдалось пасмурным — небо затянули тяжёлые серые тучи, будто предвещая непростой день. Ольга, Глеб и Ульяна собрались в небольшой квартире, где они последние недели вели подготовку к судебному процессу. На столе лежали папки с документами, распечатки электронных писем, аудиозаписи — всё то, что должно было стать основой обвинения.
— Ещё раз пройдёмся по ключевым пунктам, — Глеб провёл рукой по волосам, раскладывая бумаги. В груди неприятно ныло: он чувствовал, что где‑то может быть ошибка, которую они упустили. — У нас есть: переписка с жёсткого диска Виктора Семёновича, платёжные поручения от Светланы Викторовны, показания медсестёр, аудиозаписи разговоров…
— И всё равно мне неспокойно, — призналась Ульяна, поправляя очки. Её пальцы слегка дрожали, а в глазах читалась тревога. «А если они найдут способ всё опровергнуть? — думала она. — Столько сил, столько ночей без сна…»
Ольга вздохнула, сжала кулаки под столом, стараясь унять внутреннюю дрожь:
— Знаю. Но мы сделали всё, что могли. Теперь остаётся только верить в справедливость. В глубине души она всё ещё боялась, что система окажется сильнее их правды.
В этот момент раздался стук в дверь. Все трое переглянулись.
— Мы никого не ждали, — настороженно произнесла Ульяна. Её сердце забилось чаще, ладони стали влажными.
Глеб поднялся и направился к двери. Через глазок он увидел Жанну и Андрея.
— Это Жанна и Андрей, — он открыл дверь.
Жанна вошла первой, слегка смущённая. Её щёки порозовели, а пальцы нервно теребили ремешок сумки. «Надеюсь, мы не помешали», — пронеслось у неё в голове. Андрей последовал за ней.
— Простите, что без предупреждения, — начала Жанна. — Но мы решили, что должны быть рядом сегодня. Мы тоже часть этой истории.
— Да, — поддержал Андрей. Он старался выглядеть уверенно, но внутри его грызло чувство вины: он понимал, что они с Жанной действительно пропустили самый тяжёлый этап подготовки. — Мы хотим помочь. Чем можем.
Глеб скрестил руки на груди и окинул их взглядом. Его охватила волна раздражения: «Они веселились, пока мы рисковали всем».
— Помочь? Пока вы там гуляли, пили кофе и ходили на концерты, мы собирали доказательства, договаривались со свидетелями, рисковали… Вы хоть понимаете, сколько всего произошло за это время?
— Глеб, — строго перебила его Ольга. Она почувствовала, как нарастает напряжение, и решила вмешаться. В её голосе звучала твёрдость, но в глазах читалось сочувствие к Андрею и Жанне. — Они имеют право быть здесь. И они действительно могут помочь.
Ульяна подошла ближе, стараясь разрядить обстановку. Она видела, как потемнели глаза Глеба, и интуитивно положила руку ему на плечо:
— Глеб, остынь. Они заслужили пару дней отдыха. Молодцы, что пришли.
Глеб помолчал, затем выдохнул, пытаясь унять бурю эмоций внутри:
— Ладно. Но давайте сразу договоримся: никаких самовольных действий. Всё только по плану.
Андрей кивнул:
— Согласен. Мы будем делать то, что скажете.
Он подошёл к Жанне и слегка приобнял её за плечи, улыбнувшись:
— Сегодня всё закончится, и время будет принадлежать только нам.
Глеб сжал челюсти. Его взгляд стал жёстким. Внутри всё закипело от смеси ревности и злости — он не мог понять, почему именно сейчас Андрей решил демонстрировать свои чувства.
— Убери руку от Жанны, — резко бросил он. — Мы здесь не для романтических жестов.
Жанна слегка вздрогнула и отошла на шаг в сторону, чувствуя, как нарастает напряжение в комнате. «Почему Глеб так реагирует? — подумала она. — Мы же просто пытаемся помочь…» Её охватило смущение и лёгкая обида.
Андрей, вместо того чтобы успокоиться, усмехнулся и небрежно произнёс:
— А что, Глеб, ревнуешь? Жанна — взрослый человек, она сама решит, с кем ей стоять рядом.
Эти слова ударили Глеба, как пощёчина. Кровь прилила к лицу, в груди закипела ярость. Он сделал резкий шаг вперёд, замахнулся, но в последний момент Ольга схватила его за руку.
— Глеб! — воскликнула она. В её голосе прозвучала тревога и упрёк. — Остановись!
Глеб замер, тяжело дыша. Мышцы дрожали от напряжения, кулаки были сжаты. Он почувствовал, как Ольга крепко держит его, и это немного отрезвило его.
Ульяна почувствовала, как дрожит рука Глеба. Она тихо сказала, стараясь говорить мягко и успокаивающе:
— Глеб, он не со зла. Давай не будем ссориться сейчас. В её голосе звучало искреннее беспокойство за друга.
Андрей, осознав, что перегнул палку, покраснел и пробормотал:
— Извини, Глеб. Я не хотел тебя задеть. В его словах была неподдельная искренность, а в глазах — раскаяние.
Жанна, смущённая накалившейся атмосферой, тихо сказала:
— Давайте просто продолжим работу. Мы так близки к цели… Её голос дрогнул, но она постаралась взять себя в руки.
На мгновение в комнате повисла тяжёлая тишина. Глеб глубоко вдохнул, пытаясь взять себя в руки. Он посмотрел на Жанну — та избегала его взгляда, нервно теребя край рукава.
— Хорошо, — глухо произнёс Глеб. — Давайте работать. Но сначала кое‑что проясним.
Он повернулся к Андрею, в голосе зазвучали стальные нотки:
— Ты прав: Жанна — взрослый человек. И я уважаю её выбор. Но здесь и сейчас мы должны забыть о личных отношениях. Если ты хочешь помочь — докажи это делом, а не пустыми словами и жестами.
Андрей слегка побледнел, но кивнул:
— Понял. Извини ещё раз.
— Отлично, — Глеб взял себя в руки и вернулся к столу. — Тогда давайте распределим задачи. Ульяна, проверь ещё раз хронологию событий по показаниям медсестёр. Ольга, подготовь сводную таблицу по платёжным поручениям. Жанна, займись расшифровкой аудиозаписей — у тебя хороший слух. Андрей… — Глеб на секунду замялся, но продолжил ровным тоном: — Ты поможешь Жанне. Сверяйтесь с общей схемой — все файлы на общем диске.
Андрей хотел было возразить, но, встретив твёрдый взгляд Глеба, сдержался.
— Как скажешь, — коротко ответил он.
Жанна впервые за это время подняла глаза на Глеба и едва заметно улыбнулась ему — без слов, но так, что тот почувствовал: она ценит его самообладание. В её улыбке читалась благодарность и что‑то ещё, что Глеб не решился назвать.
— Спасибо, — тихо произнесла она.
Глеб кивнул в ответ и, развернув папку с документами, погрузился в работу. Напряжение в комнате постепенно спадало, уступая место сосредоточенности. В его груди всё ещё бушевали эмоции, но он заставил себя сосредоточиться на деле. Впереди был долгий день, но теперь все четверо действовали сообща — каждый понимал: только так у них есть шанс добиться справедливости.
Ольга, наблюдая за ситуацией, ощутила укол тревоги, но, увидев, что конфликт погас, мысленно выдохнула. «Главное, чтобы это не повторилось в суде», — подумала она, чувствуя, как усталость отступает перед решимостью довести дело до конца.
Следующие несколько часов комната наполнилась шорохом бумаг, стуком клавиш ноутбука, тихими обсуждениями. Жанна и Андрей быстро включились в процесс: проверяли даты, сверяли подписи, составляли таблицы.
Ближе к полудню все собрались за столом, чтобы подвести итоги.
— Итак, — Глеб положил перед собой итоговый список. В его голосе звучала уверенность, а плечи расправились — он наконец почувствовал, что всё идёт по плану. — У нас: 12 аудиозаписей разговоров с участием Маркова, Львова и Максима; 47 платёжных поручений с поддельными подписями; таблица сопоставления реальных и фиктивных закупок — 40 % липовых сделок; показания 8 свидетелей, включая медсестёр, бухгалтера и водителя; электронная переписка — более 200 писем с прямыми указаниями на махинации.
— Достаточно для обвинительного приговора? — тихо спросила Жанна. В её глазах читалась надежда, смешанная с тревогой.
— Более чем, — уверенно ответила Ольга. Она чувствовала, как в груди разливается тепло: они действительно сделали это.
— Примут, — твёрдо сказала Ульяна. — Дело получило федеральный резонанс. Отступать уже нельзя. В её голосе звучала непоколебимая уверенность.
В этот момент зазвонил телефон Андрея. Он взглянул на экран и поднял палец, прося тишины.
— Да, папа… Да, мы как раз заканчиваем подготовку… Что? Правда? — его глаза расширились, а лицо озарилось радостью. — Спасибо! Огромное спасибо!
Он положил трубку и обернулся к остальным:
— Отец помог. Он задействовал свои связи — теперь все свидетели под государственной защитой. Светлане Викторовне, медсёстрам и водителю уже предоставили охрану. А ещё он договорился, чтобы дело взяли под особый контроль в Верховном суде.
— Вот это да, — выдохнула Ульяна. В её глазах заблестели слёзы радости. — Это меняет всё. Теперь мы можем быть уверены, что никто не попытается запугать свидетелей.
Следующая часть