В онлайн эфире российскому экономисту был задан вопрос:
Может сейчас этот хаос подводится специально для того, чтоб привести слом нашей воли, чтоб мы дали согласие на цифровизацию лица, денег и религий? И теперь предлагают некую когнитивно-научную культурную структу упорядочивания этого мира через вот эту архитектуру валютных зон. Финансовая мера. А я вижу, что между финансовых вот этих валютных зон не может быть конкуренции. Значит, что будет какая-то одна финансовая штучка. А как мы её будем оценивать?
Ответ: концепция совершенно банальная. Имеются валютные зоны, в которых на уровне международной конференции, а-ля там Бреттон Вудс №2. И вот, значит, на этой самой конференции будет принято решение.
Значит, утверждение первое: в каждой зоне есть своя зональная валюта, ну, вот как доллар был, привязанная к золоту. Но обязательства менять эту валюту на золото внутри зоны нет. То есть мы получаем Бреттон Вудс в варианте после 15 августа 1971 года. Дальше.
Внутри валютной зоны в каждой стране может быть своя валюта, может быть единая валюта, как это с евро в Евросоюзе. В Польше золото, в Праге, значит, крона, а, соответственно, в Болгарии евро, в Прибалтике евро, ну и так далее.
Между зонами происходит обмен товарами по фиксированному обменному курсу. Есть клиринговый фонд, который это обеспечивает. По итогам определённого периода, например, три месяца или шесть месяцев, происходит два события.
Первое: собирается конференция, типовая, на которой стороны подбивают в баланс и говорят: «Ага, совокупный оборот между нами там составляет 2 трлн в золоте, но при этом он несимметричный. То есть мы вам должны чуть-чуть больше. Значит, мы вам в золоте это возвращаем».
Именно в золоте. Вот это принципиально важная вещь. Вот. То есть, иными словами, между зонами клиринг, в баланс добивается золото. И эта конференция на следующий срок, 3 месяца или 6 месяцев, устанавливает новый обменный курс. То есть, грубо говоря, один рубль равен одному доллару.