Почти десять лет назад, в августе 2016-го, в семейном блоге «про украденные пирожные» было опубликовано воззвание к китайским СМИ.
Судя по всему, Тепляков уже тогда пребывал в твердой уверенности, что его эпистолярное творчество в социальных сетях - это событие планетарного масштаба, на которое журналисты просто обязаны отреагировать с почтением и трепетом.
Особый комизм ситуации придавал тот факт, что Евгений Валерьевич взывал к аудитории через платформу LiveJournal.
👉 Для справки: в начале 2000-х «живой журнал» в Китае действительно пользовался небольшим спросом, насчитывая около восьми тысяч пользователей, в основном из числа продвинутой молодежи. Однако в 2007-м, во время очередного съезда народных представителей, доступ к американской площадке был окончательно и бесповоротно закрыт.
Но подобные «мелочи» - вроде отсутствия адресата в зоне доступа - Теплякова не смущали. Спустя девять лет после блокировки ресурса в Китае, он решился на «отчаянный шаг», надеясь, видимо, на чудо или на то, что китайские цензоры сделают для него персональное исключение.
А поводы для беспокойства у будущего «отца-реформатора» были приземленные.
Прибыв в Китай в сентябре 2013-го, он смог закрепиться лишь на скромной позиции учетчика данных в институте биомедицины и здоровья в Гуанчжоу в команде профессора Александра Струнникова, занимавшейся разработкой лекарства от рака.
К 2016-му осознание того, что «блестящая карьера» в Поднебесной буксует, а легальные способы остаться тают, натолкнуло Теплякова на мысль использовать проверенный инструмент - давление на жалость, густо замешанное на идеологической лести.
В этом «крике о помощи» прекрасно всё.
Почтительно склонив голову, Евгений Валерьевич просил перевести его излияния на «литературный китайский», уверяя:
«Мы бы очень хотели „присоединиться к китайской мечте“ и строить социализм вместе с вами».
Однако за здравицами социализму следовал длинный список претензий к принимающей стороне. Оказывается, суровые китайские будни в отдаленных районах напоминали семье жизнь в вольере. Согласно тексту, за десять минут прогулки их успевали сфотографировать двадцать человек, а еще пятьдесят - выкрикнуть «халлоу», что в системе координат автора приравнивалось к национализму.
Особое негодование вызывало отношение к детям.
«В детском саду воспитатели держат их как маленький зоопарк... Их только кормят и укладывают спать», - жаловался 32-летний мужчина, сокрушаясь, что иностранцев в Китае якобы не считают за людей, способных к обучению, и заставляют полгода писать всего два иероглифа.
Картина рисовалась поистине печальная: дети боятся людей с телефонами и выходят гулять только под покровом ночи или на рассвете.
Примечательно, что уже тогда в воззвании проскальзывала та самая «гибкость в обращении с фактами», которая позже станет визитной карточкой Теплякова.
В письме утверждалось: «Наши маленькие дети родились и выросли в Китае, они говорят по-китайски, они думают, что столица их Родины - Пекин», хотя на тот момент из троих наследников лишь один действительно родился в Поднебесной.
👉 Для справки: в Китай они отправились, имея на руках лишь Алису. Хеймдалль действительно появился на свет в Поднебесной в январе 2014-го. А вот Лейя родилась в Москве, куда в сентябре 2015-го семейство наведалось в разгар отпуска. Что до четвёртой наследницы, то Терру приняли в китайском роддоме 24 февраля 2017-го, за два месяца до отъезда из «рая».
Эта склонность к художественному преувеличению (корректно говоря) позже расцветет в России. Самый наглядный пример блефа - утверждение во всех интервью о том, что гениальная семья ютиться в Москве в однушке. А в действительности Тепляковы с 2019-го жили в съемной квартире общей площадью 140 м².
Китайские СМИ, разумеется, не оценили возможности обрести таких строителей социализма, и весной 2017-го семье пришлось вернуться в Россию.
Тогда же у Теплякова и созрел «гениальный» план: если государство не хочет принимать его как ученого, нужно стать для этого государства «профессиональным родителем». Дескать, зачем работать «на дядю», если можно оформить семейный детский сад, назначить себя воспитателем и получать зарплату за присмотр за собственным потомством?!
С тех пор стратегия не менялась: пока супруга обеспечивала демографический прирост «Журавушки», Евгений Валерьевич превращает жизнь семьи в ускоренно-образовательный эксперимент, призванный заставить китайцев локти кусать от упущенной выгоды.
Примечательно, что Поднебесная в представлении главы семейства до сих пор остается эталоном. Тепляков продолжает сочинять оды китайскому социализму, который якобы на голову выше российской действительности.
Ирония лишь в том, что Китай десятилетиями жестко ограничивал деторождение: с 1979-го городским парам разрешали только одного ребенка, и лишь в 2021-м планку подняли до трёх.
И пока китайские власти только начинают думать о стимулах, Тепляков без лишних сантиментов пользуется российской демографической политикой, превращая плодовитость в стабильный доход и 28-миллионную субсидию на квартиру.