Мы пережили скандалы, угрозы, увольнение и даже бывшего мужа. Но самое трудное испытание ждало впереди — его прошлое. Тот маленький мальчик из детдома, который рисовал море и мечтал о доме, стал моим мужчиной. И я должна была встретиться с ним лицом к лицу.
Запретный плод - Глава 33. Прошлое
После встречи с Макаром прошла неделя.
Мы решили не откладывать — Коля хотел познакомить меня со своим прошлым. С тем, о чем рассказывал мало и с болью. С местом, где вырос.
— Ты уверен? — спросила я перед отъездом. — Может, не стоит ворошить?
— Стоит, — твердо сказал он. — Ты должна знать. Всё. Чтобы понимать, кто я.
Мы сели в машину и поехали. За окном мелькали поля, перелески, маленькие деревни. Коля молчал, глядя в окно.
— Расскажи, — попросила я.
— Что именно?
— Всё. Что помнишь.
Он помолчал, потом начал:
— Я мало что помню. Мать пила, приводила мужиков. Меня запирала в комнате, чтобы не мешал. Иногда забывала покормить. А потом пришли органы опеки.
— Сколько тебе было?
— Пять. Я сидел в квартире один три дня. Она ушла и не вернулась. Соседи вызвали милицию.
У меня сжалось сердце.
— Коля...
— Потом детдом, — продолжал он. — Первое время я молчал. Вообще не разговаривал. Воспитатели думали, я немой. А я просто не видел смысла. Кому нужны мои слова?
— А бабушка?
— Бабушка нашлась, когда мне было семь. Материна мать. Приходила по выходным, забирала к себе. Она единственная, кто меня любил по-настоящему. Умерла, когда я учился на первом курсе.
Я сжала его руку.
— Ты не один. Теперь у тебя есть я.
— Знаю, — он улыбнулся. — Поэтому и едем.
Город
Город оказался маленьким, провинциальным, с обшарпанными домами и пустынными улицами.
— Вот здесь был детдом, — Коля показал на трехэтажное здание за забором. — Сейчас его закрыли. А здесь мы гуляли с бабушкой.
Мы остановились у старого парка. Деревья стояли голые, ветер гнал по дорожкам прошлогодние листья.
— Она водила меня на карусели, — сказал Коля. — У нее денег было мало, но на билет всегда находила. Я любил лошадок.
Я представила маленького мальчика, который кружится на деревянной лошадке, и у меня защипало в глазах.
— Поехали дальше, — сказал Коля.
Мы подъехали к старому частному дому. Деревянному, с резными наличниками, покосившимся забором.
— Здесь жила бабушка, — Коля вышел из машины. — После ее смерти дом стоит пустой. Я не смог его продать.
Мы вошли во двор. Снег лежал сугробами, дорожки не чищены. Коля достал ключи, открыл дверь.
Внутри пахло сыростью и заброшенностью. Старая мебель, выцветшие обои, на стенах — фотографии в рамках.
— Проходи, — пригласил Коля. — Не бойся.
Я вошла.
Прошлое
Мы ходили по комнатам, и Коля показывал мне свою жизнь.
— Вот моя комната, — он открыл дверь в маленькую каморку. — Я приезжал сюда на каникулы. Бабушка отдала мне свою спальню, а сама спала на кухне.
На стенах висели рисунки. Детские, наивные, трогательные.
— Это я рисовал, — Коля снял один. — Смотри.
Я взяла рисунок в руки. На нем было море. Синее, с волнами, чайками и парусником вдалеке. И подпись корявыми буквами: "Когда я вырасту, увижу море".
У меня перехватило дыхание.
— Ты мечтал о море?
— Все детдомовские мечтают о море, — усмехнулся он. — О свободе. О том, что там, за горизонтом.
Я рассматривала рисунки. Корабли, самолеты, дома с садами, солнце. И везде — море.
— Вот этот, — Коля показал на другой рисунок. — Я нарисовал, когда мне было десять. После того как друг повесился.
На рисунке был мальчик, который летит. Высоко-высоко, над облаками, к солнцу.
— Я думал, он улетел, — тихо сказал Коля. — Что ему там лучше, чем здесь. Глупо, да?
— Не глупо, — я обняла его. — Очень по-человечески.
— Бабушка меня тогда отругала, — вспомнил он. — Сказала, что летать можно и на земле. Если есть кого любить.
— Она мудрая была.
— Очень. Она меня и вытащила. Своей любовью.
Мы стояли обнявшись в маленькой комнате, среди детских рисунков, и я чувствовала, как близок мне этот человек. Весь, целиком, со всей его болью.
— Спасибо, что показал, — прошептала я. — Спасибо, что пустил.
— Ты имеешь право знать, — ответил он. — Потому что ты — моя семья теперь.
Кладбище
Потом мы поехали на кладбище.
Маленькое, деревенское, с покосившимися крестами. Могила бабушки была ухожена — видно, Коля приезжал сюда и раньше.
— Здравствуй, ба, — сказал он, глядя на памятник. — Я не один. Это Валя. Моя невеста. Мы поженимся весной.
Я присела, положила цветы.
— Спасибо вам, — сказала я. — За то, что вырастили такого сына. За то, что спасли его. Я обещаю, что буду беречь. Всегда.
Коля стоял рядом, сжимая мою руку.
— Она бы тебя полюбила, — сказал он тихо. — Ты похожа на нее — такая же добрая и сильная.
— Я буду стараться, — ответила я.
Мы постояли еще немного, потом поехали обратно.
Возвращение
В машине Коля молчал, глядя в окно. Я не мешала.
— Валя, — сказал он вдруг. — Спасибо.
— За что?
— За то, что не побрезговала. За то, что приняла. За то, что теперь я не один.
— Коля, — я взяла его за руку. — Ты никогда больше не будешь один. Обещаю.
Он улыбнулся. Светло, открыто, как ребенок.
— Я верю.
Мы ехали домой, и за окнами зажигались огни.
— Знаешь, о чем я думаю? — спросила я.
— О чем?
— О том, что все мы родом из детства. И что так важно, чтобы в этом детстве был кто-то, кто любит. У тебя была бабушка. А у меня — ты. Теперь.
— А у нас, — сказал он, — будут дети. И у них будет всё. И любовь, и дом, и море.
— Море обязательно, — улыбнулась я.
— Тогда договорились.
Мы въехали в город. Впереди была ночь, дом, уют.
Наша жизнь.
Вечер
Дома мы долго сидели на кухне, пили чай и говорили. Обо всем сразу.
— Я хочу, чтобы ты знала, — сказал Коля. — Ты — лучшее, что случилось со мной. После бабушки.
— Она была бы рада, — ответила я. — Что ты нашел свое счастье.
— Нашел, — он поцеловал мои пальцы. — И больше не отпущу.
Я смотрела на него и думала о том, как много может изменить любовь. Сломанного мальчишку — в мужчину. Одинокую женщину — в счастливую невесту.
— Коля, — сказала я. — А давай заведем собаку?
Он удивился.
— Собаку?
— Ну да. Чтобы по дому бегала, встречала нас с работы. Ты же любишь собак?
— Я никогда не имел собаку, — признался он. — В детдоме нельзя.
— Значит, будет первая.
— Валя, — он обнял меня. — Ты удивительная.
— Знаю, — засмеялась я. — Так заведем?
— Заведем. И собаку, и кошку, и детей. Всё, что захочешь.
Я прижалась к нему.
— Я хочу только тебя.
— А я — тебя, — ответил он. — Навсегда.
За окном падал снег. Последний снег этой зимы.
Продолжение следует...