Я выбежала из общаги, решив, что всё кончено. Что так будет лучше. Но он догнал меня, схватил за руки и сказал то, от чего у меня рухнули все стены. И в этот момент я поняла: мы прошли точку невозврата. Назад дороги нет.
Запретный плод - Глава 22. Точка невозврата
Я вылетела из общежития как ошпаренная.
В голове крутилось одно: уйти. Уйти сейчас, пока не стало еще больнее. Пока я снова не поверила, не растаяла, не потеряла себя.
Зачем я вообще туда пришла? Хотела объясниться? Попросить прощения? Услышать, что он меня любит?
Услышала.
И теперь бежала от этого, как от огня.
— Валя! — голос за спиной.
Я не обернулась. Прибавила шаг.
— Валя, стой!
Он догонял. Я слышала его шаги, тяжелое дыхание. Но не останавливалась.
— Валя, твою мать, стой! — он схватил меня за руку, развернул к себе.
Мы стояли посреди темной улицы, под желтым фонарем. Вокруг ни души. Только ветер и падающий снег.
— Отпусти, — выдохнула я.
— Нет, — сказал он. — Не отпущу.
— Коля, хватит. Я не могу больше.
— А я могу? — крикнул он. — Я, по-твоему, могу? Я каждую ночь не сплю, думаю о тебе. Я с ума схожу от того, что не знаю, как тебя защитить. Я готов на всё, лишь бы ты была счастлива. А ты бежишь. Снова бежишь!
— Потому что так надо! — закричала я в ответ. — Потому что я разрушаю твою жизнь! Из-за меня у тебя проблемы в универе, из-за меня Макар угрожает, из-за меня ты мучаешься!
— А без тебя я, по-твоему, не мучаюсь? — он схватил меня за плечи. — Ты думаешь, мне легче без тебя? Ты думаешь, я смогу жить спокойно, зная, что ты где-то одна, плачешь, винишь себя?
Я молчала. Слезы текли по щекам, смешиваясь со снегом.
— Валя, — голос его вдруг стал тихим, почти умоляющим. — Я люблю тебя. Слышишь? Люблю. И мне плевать на Макара, на универ, на всех. Пусть отчисляют, пусть увольняют, пусть весь мир против. Мне плевать.
— Коля...
— Я не отпущу тебя, — сказал он твердо. — Хочешь уйти — уходи. Но я буду всегда рядом. Буду ждать, буду искать, буду верить. Потому что ты — моя жизнь. Моя единственная настоящая жизнь.
Снег
Снег падал крупными хлопьями, оседал на волосах, на плечах, на ресницах.
Я смотрела на него и видела в его глазах то, что не могла больше отрицать. Любовь. Настоящую, безумную, всепоглощающую любовь.
— Коля, — прошептала я. — Я боюсь.
— Знаю, — он провел рукой по моей мокрой щеке. — Я тоже боюсь. Каждый день. Каждую минуту. Но если мы будем бояться поодиночке — нас сломают. А если вместе...
— Если вместе?
— Если вместе — мы выстоим. Я верю.
Я смотрела на него и чувствовала, как тают последние стены. Те, что я строила годами. Те, что должны были защитить меня от боли. Они рушились под его взглядом, под его словами, под этим снегом.
— Я люблю тебя, — сказала я. — Так сильно, что это больно. Так сильно, что я готова на всё. Даже на то, чтобы отпустить, если тебе будет лучше.
— Мне лучше только с тобой, — ответил он. — Запомни это раз и навсегда. Только с тобой.
— Коля...
— Валя, — он взял мое лицо в ладони. — Послушай. Мы прошли через столько дерьма. Через Макара, через его угрозы, через анонимки, через Риту, через наши собственные страхи. И мы все еще здесь. Все еще вместе. Это о чем-то говорит, правда?
— Говорит, — я улыбнулась сквозь слезы.
— Это говорит о том, что мы не можем друг без друга, — он поцеловал мой лоб. — Что мы — одно целое. И никакой Макар, никакой универ, никто не сможет нас разорвать, если мы сами не захотим.
— Я не хочу, — прошептала я. — Я больше никогда не захочу.
— Тогда не убегай, — попросил он. — Пожалуйста. Что бы ни случилось — не убегай. Давай решать всё вместе.
Я кивнула.
— Вместе. Обещаю.
Поцелуй
Он поцеловал меня под снегом.
Долго, нежно, так, будто это первый и последний раз в жизни. Я отвечала, чувствуя, как внутри разливается тепло. То самое, которое было только с ним.
Вокруг падал снег, город спал, и во всем мире существовали только мы.
— Валя, — прошептал он, отрываясь от моих губ. — Выходи за меня.
Я замерла.
— Что?
— Выходи за меня, — повторил он. — Я знаю, что молодой, что у меня ни кола ни двора. Но я люблю тебя. И обещаю, что сделаю всё, чтобы ты была счастлива.
— Коля... ты серьезно?
— Серьезнее некуда. Я не могу без тебя. И не хочу. Давай поженимся. Пусть все видят, что мы вместе. Что нам плевать на сплетни.
Я смотрела на него и не верила.
— Ты правда этого хочешь?
— Правда. А ты?
— Я... — я запнулась. — Я хочу. Очень. Но...
— Никаких "но", — перебил он. — Только "да" или "нет".
Я улыбнулась. Сквозь слезы, сквозь снег, сквозь все страхи мира.
— Да, — сказала я. — Да, я выйду за тебя.
Он подхватил меня на руки и закружил под снегопадом.
— Согласилась! — крикнул он в темноту. — Она согласилась!
Я смеялась и плакала одновременно.
Новый отсчет
Мы стояли посреди заснеженной улицы, обнявшись, и не могли отпустить друг друга.
— Что теперь? — спросила я.
— Теперь — жить, — ответил он. — Просто жить. Вместе.
— А Макар?
— А что Макар? Пусть делает что хочет. Мы не сдадимся.
— А универ?
— Разберемся. Я защищу диплом, ты будешь меня пинать. А потом...
— Что потом?
— Потом — море, — улыбнулся он. — Ты же хотела к морю.
Я рассмеялась.
— Ты помнишь?
— Я всё помню, Валя. Каждое твое слово. Каждую улыбку. Каждый взгляд.
— Я тебя люблю, — сказала я. — Безумно.
— И я тебя, — ответил он. — Навсегда.
Мы пошли по заснеженной улице, держась за руки. Фонари освещали путь, снег скрипел под ногами.
— Коля, — сказала я вдруг. — А кольца? У нас же нет колец.
Он остановился. Полез в карман. Достал маленькую коробочку.
— Я купил неделю назад, — признался он. — Когда понял, что не могу без тебя. Ждал момента.
Он открыл коробочку. Там лежало тонкое серебряное колечко с маленьким камешком.
— Это не бриллиант, — сказал он извиняющимся тоном. — Я пока не могу позволить...
— Оно прекрасно, — перебила я. — Лучше любого бриллианта.
Он надел кольцо мне на палец. Оно подошло идеально.
— Теперь ты моя, — сказал он. — Официально.
— Теперь мы вместе, — поправила я. — Навсегда.
Мы поцеловались под фонарем, и снег падал на нас, и это было самое счастливое мгновение в моей жизни.
А впереди были еще испытания. Макар, университет, сплетни.
Но теперь нам было не страшно.
Потому что мы были вместе.
Продолжение следует...