Ну что, черти, присаживайтесь поближе к костру, пока полтергейст опять светом не начал моргать. Я вам сейчас про одну тему расскажу, от которой до сих пор волосы дыбом встают, даже у таких бывалых, как я. Это про тех, кто в Зоне, как они думали, "творцами" себя возомнили.
Все началось, по слухам, на старой подстанции, еще до того, как "Ветераны" во всей красе тут начали хозяйничать. Была там одна бригада, не то ученые, не то просто шизанутые сталкеры-энтузиасты. Назвались они "Механики", или как-то так, точно уже и не упомню. Главный у них был, этот… Тихий. Фамилия вроде как Громов, но его все так звали, потому что он шепотом говорил, но так, что каждый его шепот в уши западал.
Эти "Механики" не за хабаром гонялись, им, понимаешь, Зона сама по себе была как… как открытая книга, которую они пытались переписать. Особенно их старые, заброшенные заводы притягивали. Заводы эти, знаешь, как скелеты великанов стоят – ржавые, пустые, а внутри – целые города механизмов. Помнишь, как на "Автодроме" трактор сам по себе заводится? Вот они что-то похожее, но в промышленных масштабах, хотели замутить.
С собой у них были какие-то особые артефакты. Не те, что барыг манят, а такие, диковинные. Говорили, что эти "электрики", как их прозвали, могут энергию не просто накапливать, а… направлять. Подавать ее в старые провода, которые несколько десятков лет как обесточены, и заставлять технику работать. Представляешь? Цех, который сто лет считался мертвым, и вдруг – поехали станки, загудели трансформаторы, лампы дневного света замигали.
Сначала, вроде, все путем шло. Нашли они один такой заводик, где-то в районе "Забытого Леса", не помню уже точно. Местные сталкеры, братья-проводники, только плечами пожимали, мол, "эти умники опять чудят". Навезли они туда своих артефактов, раскидали по старым разъемам, по генераторам, которые давно стояли, как памятники, и… давай Тихий шепотом командовать.
И, прикинь, заработало! Сначала тихонько, как будто кто-то по старым проводам шаркает. Потом – гул. Не тот гул, что от работающих машин, а такой… низкий, вибрирующий, будто сама земля под ногами стонет. Лампы на потолке, покрытые пылью веков, замигали тусклым, желтоватым светом. Поехали конвейеры, скрипя и ржавея, но движимые какой-то неведомой силой.
"Механики" в восторге были, ржали, кричали друг другу, размахивали руками. Тихий, как всегда, стоял в сторонке, едва заметно улыбаясь. Он, вроде как, главный "дирижер" был. А потом, когда все механизмы уже вовсю молотили, они стали замечать… странности.
Сначала это был просто шум. Не рабочих механизмов, а такой… электронный треск, будто короткое замыкание, но оно не прекращалось. Потом сталкеры стали видеть… движения. Не рабочих, конечно, у них там и рабочих-то давно не было, а какие-то светящиеся полоски, мелькающие между станками. Как будто искры, но они двигались осмысленно.
Шло время. "Механики" там жили, копались, своих артефактов новых искали, чтобы "жизнь" в металл вливать. А "электрические призраки", как их сами сталкеры потом прозвали, становились все отчетливее. Они уже не просто мелькали, а приобретали какие-то очертания. Больше всего напоминали сгустки голубоватого света, с размытыми краями, будто дрожащее марево. Но это марево явно двигалось, обходило препятствия, иногда даже "тормозило" у оборудования, будто изучая его.
Самое жуткое стало происходить, когда эти "призраки" начали вступать в контакт с механизмами. Один из "Механиков", такой, знаешь, вечно суетливый, по кличке Скрипач, полез чинить старый станок, который совсем разваливался. И в этот момент к нему подлетел такой… голубой сгусток. И, прикинь, он как бы "влился" в станок! И станок, который до этого еле дышал, вдруг заработал с новыми силами! Молотил, стучал, как будто он новый, только что с завода. А Скрипач… Скрипач стоял с выпученными глазами, а потом упал. Не упал, а будто… обмяк. Начал тихонько говорить, а потом и вовсе затих. Его пытались откачать, но он уже никакую информацию не воспринимал, только повторял "они… они управляют…".
После этого случая, многие из "Механиков" стали побаиваться. Только Тихий как-то успокаивал, говорил, что это "симбиоз", что они просто адаптируются. Но он все чаще шепотом говорил, почти неслышно, и взгляд у него стал какой-то… стеклянный.
Самое страшное, что эти "электрические призраки" стали проникать и в других сталкеров, которые попадали на этот завод. Не напрямую, а через технику. Если ты брал какой-нибудь, знаешь, "улучшенный" артефактом фонарь, или какой-нибудь инструмент, который "Механики" "подшаманили", то мог почувствовать странное. Легкое покалывание в руках, ощущение, будто кто-то стоит за спиной. И в голове начинали звучать… не мысли, а скорее электрические импульсы. Какие-то команды, сигналы.
Самый последний раз, когда я там был, около пары лет назад, этот завод уже не просто работал. Там стояла какая-то… симфония. Не музыка, а скрежет, гул, треск, шипение, и все это синхронно, будто единый организм. И в темноте, между конвейерами, я видел их – сотни этих голубых сгустков. Они парили, двигались, и некоторые из них напоминали… фигуры. Фигуры людей, но лишь очертания, сотканные из электричества. И один из них, самый яркий, медленно повернулся в мою сторону. Я увидел в нем… это был Тихий. Только не он сам, а его… оболочка, его электрический двойник, который теперь жил в этой машине, в этой Зоне.
Я, как идиот, сначала хотел его окликнуть, но тут меня осенила трезвая мысль. Эти "призраки" – это не просто энергия. Это, видимо, частички сознания тех, кто пытался их создать. Они теперь живут в железе. И, по всей вероятности, эти "Механики" с Тихим во главе, стали первыми, кого Зона "ассимилировала" таким образом. Они хотели оживить машины, а в итоге сами стали их… детали.
Так что, если когда-нибудь наткнетесь на заброшенный завод, где даже мертвые механизмы, кажется, дышат, и где в воздухе витает странный электрический треск, а в темноте мелькают голубые огоньки – бегите! Бегите, пока Зона не решила, что вы тоже отличный материал для создания нового "симбиоза". А то так и останетесь навечно частью этого адского, ржавого оркестра. И будете там, как Тихий, шепотом управлять своим собственным железным кошмаром.