Любовь — это не вздохи на скамейке. Любовь — это когда у него грыжа, а у тебя легкая походка и свободные руки. В пятнадцать лет я поняла это быстрее, чем формулу дискриминанта. В девятом классе я не просто научилась флиртовать. Я научилась дрессировать. И моим первым «подопытным» стал Димка — парень с предпоследней парты, который смотрел на меня так, будто я — сошедшая с небес икона, а не обычная девчонка в застиранном школьном фартуке.
Всё началось с того, что нас посадили вместе. Учительница биологии, святая женщина, решила, что отличница (я) подтянет двоечника (Димку). Она думала, что спасает его успеваемость. На самом деле она подписывала приговор его позвоночнику.
Димка был влюблен. Без шансов, без надежды, до кончиков ушей. Стоило мне просто повернуть голову в его сторону, как он начинал заикаться и краснеть пятнами, как перезрелый помидор. Я это видела. Я это чувствовала кожей. И, признаюсь честно, это опьяняло. Сила, которую дает чужая слабость, — самый опасный наркотик для подростка.
В те времена наши рюкзаки весили столько, будто мы каждый день планировали переезд на ПМЖ в другой город. Физика, алгебра, история, талмуд по литературе... Плюс сменка, тетради, перекусы. Моя спина начинала ныть уже на втором уроке. И тут мой взгляд упал на Димку. Он был выше меня на голову, нескладный, длиннорукий — идеальный грузовик.
— Дим, — я вздохнула так тяжело, словно на моих плечах держался весь небесный свод. — Спина просто раскалывается. Эти учебники... они меня когда-нибудь убьют.
Я посмотрела на него снизу вверх. Глаза в глаза. Слегка прикусила губу. Это был мой первый осознанный «кастинг» на роль слуги. Димка сглотнул. Я видела, как задергался его кадык.
— Давай... давай я понесу? — его голос сорвался на петушиный фальцет.
Бинго. Рыбка заглотила крючок.
С того дня началась моя эра «свободных рук». Мы договорились: носим один комплект учебников на двоих. Звучит справедливо? Как бы не так. В моей сумке оставались тоненькая тетрадка и дневник. Всё остальное — кирпичи по химии, тяжеленные атласы по географии, сборники задач — перекочевало в его огромный, потрепанный ранец.
Я была стратегом. Каждый вечер, собирая сумку, я проводила инспекцию. «Так, завтра литература и физика — это самые тяжелые книги. Димка, твой выход». Я оставляла себе самое легкое, а ему отдавала максимум. Причем обставляла это так, будто делаю ему одолжение.
— Дима, я возьму на себя английский, он тоненький, мне его удобнее листать. А ты возьми историю, хорошо? Ты же сильный, тебе не сложно.
Слово «сильный» действовало на него как гипноз. Он выпрямлял свою сутулую спину, закидывал этот баул на плечо и шел за мной по коридору, едва не заваливаясь набок от тяжести. А я шла рядом. Легкая, воздушная, с маленькой сумочкой через плечо, ловя на себе завистливые взгляды подруг.
Я видела, как ему тяжело. Видела, как лямки рюкзака врезаются в его плечи, как выступает пот на лбу после лестницы на четвертый этаж. Но жалела ли я его? В глубине души — может быть. Но азарт манипулятора был сильнее. Мне нравилось смотреть, как он добровольно идет на эти муки ради моей мимолетной улыбки или случайного касания плечом на уроке.
Один раз он пришел в школу с простудой. Глаза красные, нос заложен, вид — краше в гроб кладут. Я на секунду засомневалась. Может, сегодня самой понести? Но потом представила этот вес... и мой эгоизм победил.
— Ой, Дима, ты заболел? Бедненький... Слушай, мне сегодня еще на танцы после школы, я совсем не могу тяжелое таскать. Донесешь наши книги?
И он донес. Хлюпая носом, кашляя, но с какой-то мученической гордостью в глазах. В тот момент я поняла главную истину, которая потом не раз помогала мне в жизни: влюбленным мужчиной можно крутить как угодно. Он сам будет искать оправдания твоей жестокости. Он сам будет подставлять шею под ярмо и благодарить за это.
Иногда мне становилось стыдно. Особенно когда я видела его мать — уставшую женщину, которая вечно ворчала, что сын «совсем сгорбился под этой школой». Она-то не знала, что горбится он под моим «хочу».
Помню случай перед экзаменами. Мы сидели в библиотеке. Горы книг, духота. Димка уже полчаса искал для меня нужные цитаты, пока я просто разглядывала свои ногти.
— Слушай, — вдруг сказал он, не поднимая глаз. — А почему ты никогда не берешь тяжелые учебники?
Мое сердце пропустило удар. Неужели проснулся? Неужели осознал? Я не растерялась. Я включила режим «невинная жертва» на полную мощность.
— Ты считаешь граммы, Дим? — я сделала голос дрожащим. — Я думала, мы друзья. Я думала, тебе нравится мне помогать... Если тебе в тягость, я сама всё заберу. Мне не привыкать справляться одной.
Я потянулась к стопке книг, делая вид, что сейчас всё это взвалю на себя. Димка перехватил мою руку. Его ладонь была горячей и влажной.
— Нет-нет! Ты что! Я просто спросил... Прости. Я всё донесу.
Победа. Полная и безоговорочная. Его сопротивление было подавлено в зародыше. С того дня он больше не задавал вопросов. Он стал моей тенью, моим носильщиком, моим личным сервисом доставки знаний.
Девятый класс закончился. Мы разъехались по разным колледжам и городам. Димка писал мне длинные, путаные письма о любви, на которые я отвечала коротко и сухо. У него остались боли в спине и воспоминания о «той самой королеве», а у меня — осознание своей силы.
С тех пор прошло много лет. Я уже давно не та школьница с бантами. Теперь я жена, мать, хозяйка большого дома. Но знаете что? Те уроки манипуляции в девятом классе не прошли даром. Мой муж свято уверен, что передвинуть шкаф в одиночку — это его святой долг, а я «слишком хрупкая», чтобы донести пакет с молоком из машины. И он делает это с улыбкой!
Стыдно ли мне сейчас? Немного. Когда я вижу, как современные мальчишки таскают рюкзаки за девчонками, я улыбаюсь. Я знаю, что в этих рюкзаках лежит не просто физика или алгебра. Там лежит будущее этих женщин. Там куется характер.
Манипуляция — это искусство. Главное — делать это так, чтобы твой «грузовик» чувствовал себя героем, спасающим мир.
Ну что, подруга, скажи честно, как бы ты поступила? Я вот тут сижу, борщ мешаю и думаю — ну не стерва ли я была? А с другой стороны, разве не так мы, женщины, выживаем в этом мире? Мужчины любят чувствовать себя сильными, а нам-то что — жалко им это чувство подарить ценой пары лишних учебников?
Пиши свое мнение в комментариях, обсудим! Было у тебя такое в школе или ты сама за всеми таскала? Обязательно подпишись на канал и сделай репост, чтобы другие тоже почитали эту дичь и вспомнили свои грешки юности. Давайте соберем под этой историей хотя бы 10 лайков — вам не сложно, а мне приятно знать, что я не одна такая хитрая! Жду тебя в комментариях, напиши своё мнение!
