Найти в Дзене
@kraeva_psycholog

Мне трудно с подростком: что происходит в период сепарации

Как трудно любить подростка Об этом редко говорят вслух. Пишу на своей боли и переживании. Мы любим своего ребёнка с самого начала — ещё до его слов, до самостоятельности, до «я сам». А потом наступает подростковый возраст. И вдруг становится трудно. Трудно разговаривать. Трудно выдерживать резкость, отстранённость, протест. Трудно не принимать многое на свой счёт. Ты смотришь на него — и это всё тот же любимый человек. Но близость меняется. И иногда общение становится почти невыносимым. В психоаналитическом понимании подростковый возраст — это период глубокой сепарации. Ребёнок психически отделяется от родителя. Ему необходимо перестать быть «маминым» и стать отдельным. И это отделение редко проходит без боли. Подросток словно вынужден отталкиваться от родителя, чтобы почувствовать собственные границы. Иногда — через грубость. Иногда — через обесценивание. Иногда — через холодную дистанцию. И родителю в этот момент приходится выдерживать очень непростые чувства. Любить — и не вторгать

Как трудно любить подростка

Об этом редко говорят вслух. Пишу на своей боли и переживании.

Мы любим своего ребёнка с самого начала — ещё до его слов, до самостоятельности, до «я сам». А потом наступает подростковый возраст. И вдруг становится трудно.

Трудно разговаривать.

Трудно выдерживать резкость, отстранённость, протест.

Трудно не принимать многое на свой счёт.

Ты смотришь на него — и это всё тот же любимый человек. Но близость меняется. И иногда общение становится почти невыносимым.

В психоаналитическом понимании подростковый возраст — это период глубокой сепарации. Ребёнок психически отделяется от родителя. Ему необходимо перестать быть «маминым» и стать отдельным. И это отделение редко проходит без боли.

Подросток словно вынужден отталкиваться от родителя, чтобы почувствовать собственные границы. Иногда — через грубость. Иногда — через обесценивание. Иногда — через холодную дистанцию.

И родителю в этот момент приходится выдерживать очень непростые чувства.

Любить — и не вторгаться.

Любить — и сдерживать контроль.

Любить — и постепенно отпускать.

Это тяжёлый внутренний процесс. Потому что сепарация — это маленькая утрата. Мы прощаемся с образом прежнего ребёнка: зависимого, нуждающегося, тянущегося к нам.

Но сепарация — это не только потеря.Это и приобретение. Это хорошая новость!

Если родителю удаётся сохранять устойчивость и выдерживать дистанцию, постепенно формируется новое качество отношений. Подросток становится не «продолжением» родителя, а отдельной личностью — и именно в этой отдельности со временем появляется опора.

В будущем вырастает другая близость — взрослая. Не через слияние, а через уважение границ. Не через контроль, а через доверие.

Важно помнить: подростку тоже трудно.

Ему непросто одновременно отделяться и продолжать любить.

Непросто выдерживать амбивалентность — «я хочу свободы» и «мне всё ещё нужна мама».

Непросто справляться с собственной эмоциональной неустойчивостью.

Иногда родителям становится легче в тот момент, когда они позволяют себе признать:

«Мне сейчас тяжело».

Быть бережной к себе — не значит быть плохой матерью. Это значит признавать свои чувства и не требовать от себя невозможного.

Отпускать — не значит переставать любить.

Это значит менять форму любви.

И ещё одна важная мысль: когда-то и мама была подростком. Её тоже было непросто любить. И она тоже отделялась — как умела.

Подростковый возраст — это кризис роста для обеих сторон.

И, возможно, в этом процессе важно не только поддерживать ребёнка, но и поддерживать себя.

А что для вас сейчас сложнее — выдерживать дистанцию или отпускать контроль?

Скажи "Спасибо" и подпишись на автора статьи!

Чтобы оставить комментарии, можно бесплатно зарегистрироваться на сайте  регистрация