Представьте себе тихий вечер 1868 года. Где-то в глубинах Тихого океана скользит стальная сигара, сверкающая огнями сквозь толщу воды. Внутри, в салоне, отделанном редчайшими картинами и мраморными статуями, человек в капитанском мундире листает чертежи. Он только что потопил очередной военный корабль ненавистной ему Британской империи. Его зовут Немо. В переводе с латыни — Никто.
Но задавались ли вы вопросом: откуда у «Никого» взялся корабль, обогнавший по техническим характеристикам всё, что человечество сможет построить только через сто лет?
Ответ хранят архивы семи стран. И, как ни удивительно, большая часть следов ведёт... в Российскую империю.
Часть первая: Легенда о заказчике, которого не существовало
Жюль Верн, великий фантаст, был человеком дотошным. Он не выдумывал технологии из головы — он изучал отчёты инженерных обществ, переписывался с конструкторами и следил за патентами. Описывая «Наутилус», он вложил в уста капитана Немо фразу, которая для современного читателя звучит как детектив:
«Киль отлили на заводах Крезо во Франции, гребной вал изготовили у Пена и компании в Лондоне, листовую обшивку корпуса — у Лэрда в Ливерпуле, винт — у Скотта в Глазго, резервуары — у Кайля и компании в Париже, машины — у Круппа в Пруссии, таран — в мастерских Мотала в Швеции, измерительные приборы — у братьев Гарт в Нью-Йорке».
Немо заказал каждую деталь под вымышленным именем, с фальшивыми чертежами, где значилось, что это якобы для парового буксира или портового крана. А потом на пустынном острове посреди океана его команда собрала конструктор. После сборки остров сгорел дотла .
Но Жюль Верн, сам того не желая, оставил лазейку. Он перечислил только те заводы, о которых знала европейская публика. А что, если часть заказов была сделана там, куда французские журналисты не заглядывали?
Часть вторая: Русский след. Заводы, которых нет на картах Верна
Давайте включим логику. «Наутилус» имел двойной стальной корпус. Сталь в 1860-х годах умели варить хорошо только в трёх местах: в Англии (Бессемер), в Германии (Крупп) и... в России на Урале.
Пермские пушечные заводы ещё с наполеоновских войн славились своей броней. Именно там отливали орудия, которые выдерживали стрельбу ядрами, тогда как английские пушки трескались. Немо нужна была сталь высочайшей вязкости — чтобы корпус выдерживал давление на глубине в несколько километров. Английская сталь была хороша, но уральская — легендарна.
Можно с уверенностью предположить: тайный агент Немо посетил Нижний Тагил и Демидовские заводы. Под видом закупки рельсов для строящейся Транссибирской магистрали (которая тогда ещё только проектировалась) он заказал партию особо прочных листов. Демидовы, любившие деньги, не задавали лишних вопросов .
Далее — электричество. Немо использовал сверхмощные натриевые батареи. Натрий он добывал из морской воды, но сами элементы питания требовали точнейшей керамики и редкоземельных металлов. Где в 1860-х годах добывали редкоземельные металлы? Правильно — в России. Кыштымский горный округ на Урале поставлял циркон и корунд для абразивов. Легко представить, что партия таких минералов ушла по подложным документам во Францию, а оттуда — на остров Немо.
Но самое интересное — движитель. Гребной винт «Наутилуса» имел диаметр 6 метров и вращался со скоростью 120 оборотов в минуту . Такие винты в Европе делать умели, но балансировка требовала ювелирной точности. В Петербурге на заводе Берда (тому самому, где строили первые русские пароходы) работали уникальные токари. Именно они могли выточить втулку винта с допуском в сотые доли миллиметра. Заказ, вероятно, прошёл через подставную фирму в Гамбурге.
Часть третья: Оптика и хитрость братьев Гарт
Из романа мы знаем, что измерительные приборы поставили братья Гарт из Нью-Йорка . Но давайте посмотрим на карту: в 1860-е годы Нью-Йорк бурно рос, но лучшая оптика в мире делалась в... Петербурге, в мастерских при Императорской Академии наук. Линзы для хрустальных иллюминаторов «Наутилуса» толщиной 21 сантиметр — это не просто стёкла. Это произведение инженерного искусства. Такие линзы варили только на Императорском стекольном заводе.
Вероятно, Немо действовал через подставных лиц: заказал в России оптическое стекло для «маяков Черноморского флота», а отправил его через Одессу в Марсель, где уже американские посредники переклеили бирки.
Часть четвёртая: Индия — Россия — подводный флот. Неожиданная геополитика
Теперь — самое важное. Капитан Немо был индийцем. Принц Даккар, организатор восстания сипаев, потерявший семью из-за британских палачей. Он ненавидел Англию и искал союзников .
Кто в 1860-х годах был главным геополитическим противником Англии? Российская империя. Шла Большая Игра — противостояние за влияние в Средней Азии и Индии. Русские эмиссары регулярно появлялись при дворах индийских князей, обещая поддержку в борьбе с британцами.
А что, если строительство «Наутилуса» было не просто личной местью, а совместным проектом? Русский Генеральный штаб теоретически мог финансировать принца Даккара, чтобы получить инструмент для ударов по британскому судоходству. Подводная лодка, которая незаметно топит вражеские транспорты, — мечта любой разведки XIX века.
Конечно, прямых документов нет. Но косвенные улики есть. Названия русских заводов отсутствуют в списке Верна именно потому, что они были секретными. Французский писатель, даже если и знал о них, вряд ли стал бы публиковать эти данные в журнальном романе — цензура Николая I (а потом Александра II) такого бы не пропустила.
Часть пятая: Сборка на острове. Где он?
Жюль Верн пишет: «Необитаемый остров в Тихом океане». Но какой именно? Исследователи до сих пор спорят. По одной из версий, это остров среди архипелага Туамоту. Но оттуда до ближайших верфей — тысячи миль.
Если предположить, что значительная часть металла шла из России, то логичнее собирать лодку где-то поближе к «хозяевам». Например, на Камчатке или на Курильских островах. В 1860-е годы эти территории были мало освоены, и там вполне могла существовать тайная база. А после сборки — взрыв вулкана, уничтоживший все следы (как это описано в «Таинственном острове») .
Часть шестая: Технологии, обогнавшие время
Давайте просто перечислим, что умел «Наутилус»:
· Глубина погружения — 16 километров (реальные подлодки XIX века — максимум 30 метров) .
· Скорость — 50 узлов (торпеды XIX века — 25 узлов, корабли — 14) .
· Электрическое освещение и двигатели — в эпоху, когда электричество было лабораторной диковинкой.
· Автономность — месяцы без всплытия.
Откуда такие цифры? Только представьте: двигатели, работающие от натриевых батарей. Натрий — металл, который бурно реагирует с водой. Технология безопасного использования натрия в батареях была отработана только в конце XX века. Откуда Немо знал секрет?
Ответ может крыться в том самом «русском следе». Именно в России в 1860-х годах работал гениальный электротехник Павел Яблочков (позже прославившийся «свечой Яблочкова»). Если допустить, что молодой Яблочков, ещё до отъезда в Париж, консультировал неких загадочных заказчиков по вопросам гальванических элементов... Цепочка сходится.
Часть седьмая: Индийский князь и русский царь
Самая красивая легенда гласит, что перед своим последним погружением капитан Немо передал часть чертежей русскому консулу в Шанхае. Якобы, понимая, что его дело проиграно, он хотел, чтобы технологии не достались англичанам. И эти чертежи осели в архивах Морского министерства в Петербурге.
Позже, в начале XX века, когда Россия строила свои первые подлодки типа «Дельфин» и «Касатка», инженеры удивлялись: некоторые решения словно скопированы с фантастического романа. Но роман был переведён на русский ещё в 1870 году. Так кто у кого заимствовал? Верн — у русских инженеров или русские инженеры — у Верна?
Вопрос остаётся открытым.
Эпилог: Что мы имеем в сухом остатке
Мы никогда не узнаем всей правды. Жюль Верн унёс её в могилу. Капитан Немо ушёл на дно вместе с «Наутилусом» в жерле вулкана на острове Линкольна .
Но если собрать воедино все косвенные улики:
· сталь с Урала,
· оптику из Петербурга,
· редкоземельные металлы с Кыштыма,
· электротехнические решения от русских изобретателей,
· геополитическую заинтересованность Российской империи в ослаблении Англии...
То перед нами вырисовывается картина грандиозного международного заговора. Индийский принц, русские деньги, европейские станки и американские приборы — всё это сплавилось воедино, чтобы создать корабль-призрак, который до сих пор бороздит океаны в нашем воображении.
И кто знает? Может быть, где-то в глубинах Марианской впадины до сих пор лежат обломки, покрытые титаном, и ждут, когда их найдут русские исследовательские аппараты «Мир». А на обшивке — клеймо: «Заводы Демидова, Нижний Тагил, 1865 год».
Вот тогда и выяснится, что вековая дружба индийского и русского народов скреплена не только политикой, но и сталью, сваренной в уральских печах для человека, который не признавал над собой власти ни одной империи.