Я бесконечно люблю Миядзаки. И после просмотра его картины «Ветер крепчает» снова убедилась в отличии понятия любви в восточной и европейской культуре.
Здесь будут спойлеры.
Думаю, мы, девушки плюс-минус моего возраста, (мне 27 лет) выросли на таких фильмах, как «Спеши любить», «Дневник памяти», «Приведение» и многих других европейских мелодрамах. И для нас любовь – это что-то такое, к чему мы готовимся так долго, ждем, что она вот-вот придет и спасет нас, и всё определенно станет хорошо (будем жить долго и счастливо). По крайней мере, у меня так было примерно всегда раньше из-за опыта в детстве и впитанной модели любви из масс-медиа. После просмотра «Ветер крепчает» я, конечно же, сделала множество переносов на главную героиню. «Почему она позволяла так с собой обращаться?», «Он должен был оставить своё занятие и проводить с ней всё свое время, ведь ей мало осталось жить, но он продолжил заниматься своим делом, значит ему всё равно» и всё в таком духе. Хочу это разобрать.
Европейская модель любви:
· «Мы одно целое», «ты – моя половинка» (Любовь = слияние)
· «Без тебя я умру», «любовь надо заслужить» (Любовь = страдание)
· «Ты мой/моя», ревность (Любовь = обладание)
· «Построить отношения», «работать над собой» (Любовь = проект)
· «Он меня исцелит», «я его изменю» (Любовь = спасение)
У каждого есть те или иные проявления в разной степени. У меня любовь = боль + терпение + жертва
Восточная модель любви:
· Пространство между (Любовь — это не слияние, это уважение к пространству друг друга)
· Гармония (Не борьба, а баланс)
· Недеяние (Моё любимое. Не насилие над собой и другим. Любовь не требует жертв)
· Чувствование (Способность слышать другого без слов)
Здесь еще важно вспомнить про икигай, который, кстати, в том числе с европейской точки зрения может восприниматься как какой-то конечный пункт, к которому надо прийти, и тогда будет счастье. Но икигай – это процесс=жизнь, как раз та самая опора, о которой так любят говорить психологи. То есть партнер здесь – это не спаситель, от которого зависит твоё счастье, а часть ежедневного процесса твоей жизни. Он не заполняет пустоту, потому что ты в принципе целый сам по себе. И он тоже.
Икигай (=опора) состоит из:
· То, что любишь делать
· То, что хорошо получается
· То, за что платят
· То, что нужно миру
Нет этого – есть большая вероятность сломаться и получить всяких травм в ходе построения/разрыва отношений.
Теперь посмотрим на мои вопросы с точки зрения обеих моделей. С точки зрения европейской модели, действительно, ты – моя половинка, страдай со мной, пожертвуй (то есть оставь свою мечту, я же умираю тут). А с точки зрения восточной модели – всё идеально. Главный герой взял ответственность? Взял – женился, не оставил её наедине с бедой. Он бросил своё дело? Нет. Она страдала? Может быть, но не от того, что её не превозносили или бросали ради неё дело жизни. Если она и страдала, то только от того, что скоро придется уйти из жизни. Наоко говорит: «Иди, работай. Не бросай свою мечту». Это принятие того, что он – это он, а она – это она. И кстати надо учитывать тот факт, что они жили не только в другом культурном пространстве, но и в другое время.
В наших соц. сетях сейчас транслируется апогей европейской модели (компенсируем детские дефициты). Девушки, которые росли в условиях дефицита и впитывали модель из массовой культуры, сейчас жаждут того, чтобы мужчины ими восхищались и жертвовали всем ради них, давали то, чего не получили в детстве. Поэтому мужчина – тот, кто должен отдавать всего себя, чтобы девушка чувствовала свою значимость. Важно разделять потребности от дефицита. Хроническая недолюбленность с детства – это дефицит, не потребность и важно понять, что партнер не закроет это. Он может создать пространство, где можно будет закрыть этот дефицит (не подарками, вниманием и деньгами с его стороны, а её внутренней работой, непрерывным процессом работы над сменой автоматических реакций). Как – уже другой вопрос.
И теперь можно ответить на мои изначально возникшие в подсознании вопросы: «Почему она позволяла так с собой обращаться?» – он её любил и с точки зрения культуры и того времени он обращался достойно.
«Он должен был оставить своё занятие и проводить с ней всё свое время» – он поступил правильно и уважительно и к ней, и к себе.
Конечно, дело его жизни использовалось в итоге как оружие и повлекло за собой смерти, но самолеты были его мечтой не из-за того, что люди в итоге использовали их именно таким образом. Но это уже другая тема.
Согласны ли вы, что страдание и жертва собой в любви – это не доказательство ее силы, а симптом дефицита? И сколько времени работы с собой у нас займет научиться выстраивать здоровую любовь не из дефицитов? (Что для этого необходимо - разбирала в предыдущей статье: https://dzen.ru/a/aZoY24S-bHD99HiT)