Второй час читаю на Reddit про Сайю. Сабфорум, посвящённый этому персонажу реально раскололся на два лагеря. Но это главное доказательство того, что не нас одних Саечка триггерит.
Один лагерь видит в Сайе трагедию. Человека, которого с детства растили не как сына, а как орудие. Его не учили любить, его учили просчитывать и контролировать. Он не выбирает тьму, говорят защитнки Сайи, он просто не знает, как выглядит свет.
Второй лагерь раздражён и считает Сайю осознанным стратегом и манипулятором. Он не жертва, он понимает, что делает. Ему дают шанс, но он снова и снова выбирает неправильную сторону. Ему протягивают руку, а он уворачивается . Он видит альтернативу, но не идёт к ней. Его проблема не в травме, а в амбиции. Он боится быть вторым - вторым сыном, вторым лидером и вторым выбором рядом с Ынсомом.
Но что объединяет оба лагеря, так это неравнодушие. Сайя - не тот персонаж, которого можно просто понять и отпустить. Он застревает в голове. В нём нет чистоты идеалиста Ынсома и нет прямолинейной амбиции Тагона. Сайя - и есть внутренний конфликт в чистом виде.
А Ли Джун Ги добавляет этому уже собраному образу внезапно все переворачивающий штрих. Именно в его игре видно то, что Сайя сам не проговаривает словами - напряжение в ушках, боль во взгляде, короткие вспышки в фиолетовых зрачках, которые он тут же гасит. Зритель часто видит его эмоцию раньше, чем он сам позволяет себе её осознать.
Сейчас я поделюсь текстом, который запустил на Rеddit эту волну многодневных обсуждений образа Сайи. Делаю я это для того, чтобы поместить нас всех в общемировой контекст "Хроник Асдаля". Ведь всегда круто осознавать, что мы не одни в этом мире.
"Я, кажется, окончательно потеряла голову из-за Сайи. Это, наверное, самый морально спорный персонаж, которого я так сильно полюбила. Он делает ужасные вещи, но каждый раз, когда его показывают, у меня ощущение, что на экране стоит не злодей, а ребёнок, которого поставили в чудовищно жестокие условия и заставили выживать любой ценой.
С самого начала видно, что у него не было ни настоящего детства, ни нормальной привязанности. Он рос в клетке, где любая, самая мало-мальская, забота была завязана на контроле и страхе. Сайя не учился дружить и доверять. Зато он мастерски освоил науку наблюдений, анализа и предугадывания угроз. Мне кажется, его ключевая эмоция не ненависть, а страх. Страх быть ненужным, слабым и заменимым.
Появление Ынсома, становится живым опровержение всей его жизни. И это эмоционально и морально обрушивает Сайю. Брат, который получил всё, чего он сам был лишён - тепло, общину, друзей и даже героически миф вокруг его имени. Ынсом выгляди идеальной версией Сайи, тем, кем он мог бы стать, если бы его не заперли и не сломали.
Поэтому отношение к нему такое противоречивое. Он и тянется и отталкивает, жертвует собой и хочет уничтожить. В каждом столкновении близнецов я вижу не просто конфликт героев, а мучительный вопрос Сайи - "Кем бы я был, если бы мне дали шанс?"
Отдельная боль - его любовь к Тане. Да, она выглядит нездоровой. Он одержим, ревнив, готов манипулировать и подстраивать события, лишь бы она осталась рядом. Но если вспомнить, что в его жизни вообще не было опыта безопасной любви, становится почти физически больно за него. Таня - первый человек, который стал для него окном в мир, где можно не только бояться и контролировать. Поэтому она так ценна для него. Сайя не умеет любить мягко. Его любовь всегда с примесью паники. Он уверен, если не сможет удержать (власть, внимание, интерес) , то его снова бросят и забудут.
Самое трагичное в том, что Таня никогда по-настоящему его не выбирает. Она видит его тёмные стороны, дистанцируется, сохраняет моральную планку. С точки зрения сюжета это логично. Но эмоционально создаётся ощущение, что Сайя постоянно отдаёт больше, чем получает. Он спасает, жертвует, рискует собой, а в ответ получает максимум признание его полезности, но не душевное тепло. Это превращает его одержимость в отчаянную попытку доказать, что он достоин любви, не меньше Ынсома.
Меня особенно цепляет его шизанутая непредсказуемость. Как он меняет маски! Он может быть ледяным стратегом, язвительным наблюдателем, нежным спасителем и одновременно человеком, который отдаёт приказ убить.
Но чем больше слоёв Сайи показывают, тем отчётливее видно, что в центре всего этого сидит одинокий, напуганный мальчик, который давно не верит, что кто-то будет с ним просто так. Он отражает людей вокруг, как зеркало. Попадает в жестокий мир - становится жестоким. Рядом мелькает кто-то добрый - и в нём проступает способность к состраданию.
И именно поэтому мне так обидно за его арку. В какой-то момент кажется, что история готовит для него либо путь к искуплению, либо по-настоящему великое падение. Но вместо этого он застревает между тем и другим. Его бросают из поражения в поражение, не давая ни полноценно вырасти, ни достойно погибнуть, ни по-настоящему встретиться с братом как с равным.
При том, что потенциал у него колоссальный. Он мог стать либо тем самым трагическим антигероем, который сознательно выбирает свет, либо фигурой, чья тьма подчёркивает путь Ынсома к свободе.
И все же для меня Сайя - это не "красивый псих". Это ребёнок депривации, который научился выживать с помощью ума, манипуляции и контроля, но так и не научился верить, что его можно любить без условий. В этом его притягательность и его трагедия. Он показывает, каким может стать человек, если талант, чувствительность и потребность в любви поместить в мир, где всё это никому не нужно".