Сценарий YouTube для Telegram: замедление началось, блокировка на пороге. Кому выгодно закрыть «тихую гавань»

Он превратился в главную геополитическую аномалию десятилетия. Тот факт, что обсуждение его блокировки началось одновременно в России и на Украине по идентичным лекалам (терроризм, вербовка, отсутствие контроля), говорит о том, что мы имеем дело не с локальной цензурой, а с глобальным тектоническим сдвигом в отношениях «Государство — Платформа».

Удивительное единодушие Москвы и Киева в отношении Telegram — это не договорённость на переговорах, а общность «инстинкта выживания» государственных машин. В условиях тотальной информационной войны любая неконтролируемая площадка становится угрозой.

Процесс на Филиппинах, давление в Европе и арест Дурова во Франции подтверждают: Telegram пытаются привести к общему знаменателю. Если раньше он был «тихой гаванью», то теперь его превращают в «пособника терроризма» на официальном уровне. Когда такие обвинения звучат от госаппарата, путь назад почти всегда закрыт.

Опыт с YouTube и запрещёнными соцсетями в РФ показал рабочую схему:

• Долгие общественные дискуссии (подготовка почвы).
• Обвинения в нарушении законов.
• Техническое «замедление» (то, что мы наблюдаем последние недели).
• Финальная блокировка или признание экстремистской организацией.

Telegram сейчас находится на 3-й стадии. Информация о возможном признании мессенджера экстремистским — это финальное предупреждение и подготовка юридической базы для того, чтобы использование сервиса стало токсичным не только для чиновников, но и для обывателей.

В этой кампании против Telegram зияют огромные логические дыры, которые вызывают у общества законное недоумение.

Государство годами вкладывало миллиарды в создание своих ресурсов в Telegram. Каналы министерств, ведомств и госсми — это огромная инфраструктура. Если её «выключить», возникнет вопрос к Счётной палате: как квалифицировать потерю этих бюджетных инвестиций? Это «эффективный менеджмент» или халатность в особо крупных размерах?

Почему критики мессенджера продолжают вести в нём свои каналы? Ответ прост: Telegram — это единственное место, где осталась живая, а не накрученная аудитория. Уход в «госмессенджеры» — это уход в цифровую пустоту, где чиновники будут переписываться сами с собой.

Если террористы используют для связи мобильную сеть или ездят на автомобилях, мы не запрещаем сотовых операторов и автопром. Почему же в случае с Telegram логика меняется? Потому что цель — не борьба с терроризмом, а монополия на информацию.

Переход в полностью подконтрольные государству мессенджеры (типа VK или специализированных госплатформ) позиционируется как забота о безопасности. Однако «честному человеку нечего скрывать» — это опасный аргумент. В мире, где данные постоянно утекают от самих же силовиков и чиновников, «прозрачность» гражданина перед государством превращается в его беззащитность перед любым, у кого есть деньги или административный ресурс.

Более того, блокировка Telegram может дать обратный эффект:

1. Массовый уход в средства обхода блокировок. Мы не пропагандируем, если что, а предупреждаем, что это весьма вероятный ответ общественности, которая привыкла к ТГ. Это сделает трафик граждан ещё менее прозрачным для национальных систем мониторинга, так как данные будут зашифрованы внутри туннелей сторонних сервисов. Впрочем, власть может и эти средства заблокировать. Что в общем-то и происходит. Люди привыкнут.
2. Появление «диких» сетей. Вместо одной понятной платформы возникнет десяток децентрализованных протоколов, которые контролировать технически невозможно.

Похоже, что политическое решение уже зреет. Блокировка Telegram в России и на Украине может произойти почти одновременно, что станет уникальным историческим прецедентом.

Однако есть «но». Telegram сегодня — это основной инструмент управления войсками и связи в зоне СВО (с обеих сторон). Пока не создана адекватная военная альтернатива, полная блокировка выглядит как «выстрел в ногу».

А если серьезно, то нас готовят к миру, где анонимность и частная переписка объявляются пережитком прошлого. Telegram — последний крупный бастион, который либо будет взломан изнутри через сотрудничество со спецслужбами, либо будет демонтирован как «опасный объект».

Роскомнадзор объяснил блокировку песни на YouTube

Ситуация на полях сражений от блокировки вряд ли улучшится, а вот ситуация внутри общества, потерявшего привычный инструмент связи и получения информации, может стать куда менее предсказуемой.