— Мам, ну скажи ему, пусть он заткнётся! — визгливый девичий голос перекрыл шум работающего телевизора.
— Олежа, ну правда, чего ты лезешь? Пусть девочка отдыхает, у неё переходный возраст, стресс! И вообще, когда мы уже поедем? Ты обещал, что мы в «люксе» поживём, а тут какая-то скукотища, даже музыку громко не включи.
— Тёть Галь, ну потерпите. Сейчас жена с работы придёт, ужин сгородит, и обсудим ваши планы. Вы же на пару недель всего?
— Как пойдёт, Олежа. Как масть ляжет! Ха-ха-ха!
Нонна остановила машину у подъезда, заглушила двигатель и несколько секунд сидела в тишине, вцепившись в руль. Пальцы ныли от напряжения. День выдался тяжёлым: пять консультаций подряд, сложный подросток с девиантным поведением и бесконечные отчёты для департамента образования. Ей хотелось только одного — тишины, горячего душа и бокала сухого вина.
Квартира, в которой они с Олегом жили последние три года, была её гордостью и одновременно крепостью. Огромная, четырёхкомнатная, светлая. Они купили её в складчину с сестрой Викой. Вика, удачно вышедшая замуж за дипломата, уехала в длительную командировку, а чтобы недвижимость не стояла пустой, предложила Нонне жить там, оплачивая лишь коммуналку и текущий ремонт. Олег переехал к Нонне с одним чемоданом и набором инструментов для теплоизоляции труб — он был виртуозом в работе со стекловатой и пенополиуретаном, но абсолютно беспомощным в вопросах бытовой дипломатии.
Едва Нонна повернула ключ в замке, как на неё обрушился запах дешёвого табака и жареного сала. В прихожей, где обычно царил идеальный порядок, валялись объёмные сумки, баулы в клетку и почему-то один грязный резиновый сланец.
— О, явилась хозяйка! — из кухни выплыла грузная женщина в цветастом халате, который Нонна узнала — это был её запасной халат для гостей, но на этой даме он трещал по швам.
Это была Галина, тётка Олега по матери. Нонна видела её лишь однажды, на свадьбе, где та напилась и пыталась дирижировать оркестром вилкой. За спиной тётки маячила тощая девица лет семнадцати с брезгливо поджатыми губами — Милана, троюродная сестра Олега.
— Добрый вечер, — сдержанно произнесла Нонна, перешагивая через баул. — Олег не предупреждал, что у нас гости.
— А мы не гости, мы родня! — хохотнула Галина, вытирая жирные руки о бёдра. — Проездом мы. Решили столицу покорить, Миланку в колледж пристроить. Ну и к любимому племяннику заглянуть. Чё стоишь? Раздевайся, там Олег картошку чистит, хоть бы помогла мужику.
Нонна прошла в гостиную. На её любимом бежевом диване, закинув ноги на журнальный столик из закалённого стекла, сидела Милана и тыкала в телефон. Рядом стояла чашка с недопитым кофе — прямо на полированной поверхности, без подставки.
— Ноги убери, — сухо сказала Нонна.
— Чего? — Милана даже не подняла глаз. — Олежа разрешил.
— Здесь я решаю, что можно, а что нельзя. Убери ноги.
Девица закатила глаза, медленно, демонстративно лениво спустила ноги на ковер, громко шаркнув пятками.
На кухне Олег, суетливый и какой-то виновато-возбуждённый, строгал салат.
— Ноночка, зайка, ну ты чего такая колючая? — зашептал он, едва жена вошла. — Это же тётя Галя! У них там в посёлке крыша потекла, ремонт, то да сё. Пусть поживут недельку, а? Квартира же гигантская, мы друг друга даже не заметим.
Нонна посмотрела на мужа. В его глазах не было мольбы, скорее — уверенность, что его просто поставят перед фактом, и он съест это, как съедал всегда. Он считал, что её интеллигентность — это синоним слабохарактерности.
— Неделю, Олег. Ровно неделю, — отчеканила она. — И чтобы никакого курева в квартире.
— Договорились! — обрадовался он и полез целоваться, но Нонна уклонилась. От него пахло тем же салом и чужим, неприятным весельем.
***
К среде Нонна чувствовала себя партизаном в собственном тылу. "Неделя" тянулась вечность. Галина оказалась не просто шумной — она была вездесущей. Утром ванная была занята часами: там сушилось исподнее гигантских размеров, развешанное прямо на змеевике для полотенец, перекрывая доступ к теплу.
Вечерами Нонна находила свои дорогие крема открытыми, со следами чьих-то пальцев.
— А чё такова? — искренне удивлялась Галина, когда Нонна, сдерживая дрожь в голосе, сделала замечание. — Жалко тебе, что ли? У тебя этих баночек — хоть жопой жуй. Мы же свои люди!
Милана была ещё хуже. Она не хамила открыто, она «цедила» презрение.
— Ой, а это что, твой рабочий ноут? — спросила она, вертя в руках макбук Нонны. — Старьё какое-то. У Олежки вон телефон круче. И вообще, скучная у тебя работа. Сидишь, с психами болтаешь.
— Я методист и психолог, я разрабатываю программы адаптации, — Нонна забрала ноутбук и протёрла его салфеткой.
— Да какая разница. Главное, бабки мужик в дом несёт. Вон Олег пашет как конь, утеплитель кладёт, пылью дышит, чтобы ты в чистоте сидела.
Нонна чуть не поперхнулась чаем. Олег? Пашет? Да, он работал, но его зарплаты хватало ровно на то, чтобы обслуживать его же машину и покупать себе гаджеты. Продукты, коммуналка, отпуск, одежда — всё это лежало на плечах Нонны и дивидендах от инвестиций, которые она делала вместе с сестрой. Но Олег, видимо, преподносил родне иную версию реальности.
В четверг Нонна вернулась раньше обычного. У неё дико болела голова. В коридоре она споткнулась о коробки с какой-то бытовой техникой.
— Это что? — спросила она вышедшего из спальни Олега.
— А, это тётке купили, мультиварку и плазму небольшую, ей в деревню, — небрежно бросил он. — По акции взяли.
— На какие деньги? — Нонна нахмурилась. У Олега неделю назад было «по нулям» на карте.
— Да так, премию дали, — отвёл он глаза. — Нон, не начинай. Сделай лучше чаю, тётка Галя пирогов напекла. Правда, муки у тебя мало было, пришлось твою, миндальную взять. Ничего, вкусно вышло!
Миндальную муку. Пятьсот рублей за пачку. Для пирогов с капустой.
Нонна зашла в ванную и включила воду, чтобы не заорать. Злость кипела в ней, густая и тёмная. Это было не просто нарушение границ, это было варварское разграбление её жизни.
***
Суббота должна была стать днём их отъезда. Нонна с утра чувствовала странное облегчение, смешанное с тревогой. Гости не собирали вещи. Наоборот, Галина расхаживала по квартире в бигуди, а Милана смотрела сериал на полной громкости.
— Олег, — Нонна нашла мужа на балконе. Он курил, хотя обещал этого не делать. — Они уезжают сегодня?
— Ну... тут такое дело, Нончик, — он замялся, стряхивая пепел в горшок с её орхидеей. — Им билет поменять пришлось. На вторник. Ну, или на следующую пятницу. Миланке надо ещё по магазинам пройтись, тут распродажи.
— НЕТ. Сегодня, — твёрдо сказала Нонна.
Вечером разразилась гроза. Не за окном — там светило солнце, — а на кухне.
Нонна вошла и увидела картину: Галина сидела на столе (буквально, задницей на столешнице из искусственного камня), болтая ногами, и грызла яблоко. Огрызки валялись в раковине, засоряя слив. Милана красила ногти лаком прямо за обеденным столом, запах ацетона перебивал всё.
— Слезайте со стола, — голос Нонны был тихим, но в нём звенел металл. — И уберите лак. Здесь едят.
— Ой, боже ж ты мой, цаца какая! — Галина спрыгнула, но с таким видом, будто делала одолжение убогой. — Стол ей жалко. Камень же, чё ему будет? Ты, Нонка, слишком дёрганая. Мужику с тобой тяжело. Вон Олежка ходит пришибленный, слово сказать боится.
В кухню зашёл Олег, жуя бутерброд.
— Что за шум, а драки нет? — весело спросил он.
— Твоя жена нас строит, как в казарме, — фыркнула Милана, не отрываясь от ногтей. — «Это не тронь, тут не сиди». Душная она у тебя. Как ты с ней спишь вообще?
Нонна замерла. Она посмотрела на мужа. Она ждала, что он одёрнет соплячку. Что он скажет: «Не смей так говорить с моей женой».
Олег посмотрел на Милану, потом на красную от возмущения тётку, потом на бледную Нонну. И улыбнулся.
— Ну, у неё характер такой, педагогический! — хохотнул он. — Привыкла командовать мелюзгой. Не принимайте близко к сердцу, девчонки.
— Да уж понятно, — подхватила Галина, почувствовав поддержку. — Ей бы мужика нормального, чтоб кулаком по столу, а не такого интеллигента, как ты. Ты, Олег, её разбаловал. Квартиру эту ей ремонтом вылизал, цацки покупаешь, а она нос воротит от родни.
— Вон из моей квартиры! — произнесла Нонна.
Фраза повисла в воздухе.
— Чего? — Галина упёрла руки в боки. — Ты берега-то не путай, девонька. Твоей тут только пыль по углам, да и ту мы вытерли. Мы к Олегу приехали.
— Я сказала: ВОН ОТСЮДА! — голос Нонны не сорвался на визг, он набрал мощь сирены. — У вас пять минут.
И тут они рассмеялись. Галина заливисто, запрокинув голову, Милана презрительно хмыкнула, а Олег... Олег хихикал, глядя на жену как на забавный аттракцион.
— Ой, умора! — выдавила Галина, вытирая слёзы. — Слыш, ты, моль бледная. Ты рот свой закрой и иди в комнату. Мы тут с семьёй сидим. А будешь вякать — я тебе патлы-то прорежу. Овца тупая.
Дальше последовал полновесный, отборный мат, описывающий, кто такая Нонна, куда ей идти и что с ней надо сделать.
***
Внутри Нонны что-то щёлкнуло. Словно перегорел предохранитель, отвечающий за социальные нормы, терпение и воспитание. Страх исчез. Осталась только холодная, кристально чистая злость. Это была не истерика жертвы. Это была ярость хищника, которого загнали в угол.
Она молча развернулась, вышла в коридор. Через секунду она вернулась с большими чёрными мешками для мусора.
— Э, ты чё удумала? — перестал жевать Олег.
Нонна не ответила. Она подошла к вешалке в коридоре, сгребла куртки гостей — дешёвый пуховик Галины и модную косуху Миланы — и запихала их в мешок.
— Ты больная?! — взвизгнула Милана, вскакивая.
Нонна молча прошла в комнату, где они спали. Она сгребала всё: косметику, тряпки, зарядки. Движения были чёткими, экономными, страшными.
— Положи на место, сука! — Галина бросилась на неё, пытаясь вырвать мешок.
Нонна резко развернулась. В её глазах было столько бешенства, что тётка невольно отшатнулась.
— Тронь меня — и я вызову наряд сейчас же, — прошипела Нонна. Но не это остановило Галину. Остановила её интонация. — Тронешь — сядешь за нападение. Я сниму побои. У меня связи в опеке, твою дочь поставят на учёт так быстро, что ты моргнуть не успеешь.
Она швырнула первый мешок к входной двери. Дверь распахнулась настежь.
— ВЫМЕТАЙТЕСЬ! — Громом прогремело на весь подъезд.
— Олег, сделай что-нибудь! Она же бешеная! — заверещала Галина.
Олег, наконец поняв, что шутки кончились, подскочил к жене и схватил её за плечи.
— Нонна, прекрати! Ты позоришь меня! Успокойся немедленно! Это же просто шутка была, ну посмеялись и хватит!
— Шутка? — Нонна посмотрела на него так, словно видела впервые. Взгляд скользнул по его испуганному, но всё ещё наглому лицу.
Размах был коротким, но жёстким. Звонкая пощёчина хлестнула Олега по щеке, оставив пылающий след.
Он замер, ошарашенно хватая ртом воздух. Он не ожидал. Он думал, она будет плакать, убежит в ванную, а он потом её «утешит». Но гнев... Гнев на грани безумия парализовал его.
— Ты... ты меня ударила? — пролепетал он.
— Я тебя не просто ударила. Я тебя вычеркнула. Вон. Вместе с твоим табором.
— Да это и моя квартира! — заорал он, пытаясь вернуть контроль. — Я тут прописан! Я тут ремонт делал!
— Ты тут никто. Временная регистрация кончилась месяц назад. Квартира оформлена на меня и Вику. Брачный договор, который ты подписал, чтобы казаться "гордым мужчиной", помнишь? Всё имущество, приобретённое в браке, принадлежит тому, на кого оформлено. Вон. Отсюда.
Она схватила его чемодан с инструментами, стоявший в углу прихожей, и выставила на лестничную клетку. Следом полетели баулы тётки.
— Проваливайте! — Нонна наступала на них, буквально выдавливая телами из квартиры. Галина материлась, Милана рыдала, размазывая тушь, Олег пытался упереться ногами в косяк.
— Нонна, ты пожалеешь! Ты одна сдохнешь тут! — орала Галина уже с лестницы.
Удар двери отсек их вопли. Нонна дважды провернула замок. Затем закрыла на верхний засов. Дрожащими руками она набрала номер.
— Алло, охрана жк? У меня тут в подъезде посторонние дебоширят. Выведите, пожалуйста. Да, угрожают.
***
Прошла неделя. Тишина в квартире была звенящей, целительной. Нонна сменила замки в тот же вечер.
Олег не появлялся. Он бомбардировал её сообщениями: сначала угрозами, потом мольбами, потом фотографиями «счастливой» жизни, которые должны были вызвать ревность.
Финал этой истории наступил неожиданно, когда Нонне позвонила золовка, родная сестра Олега, Марина. Она была адекватной женщиной и с братом общалась мало.
— Нонн, привет. Слушай, тут такое дело... Олег к тебе не пробился?
— Нет, и не пробьётся.
— Он сейчас у матери, в однушке. Там ад. Тётка Галя с ними, Милана на кухне спит. Они там грызутся как пауки в банке. Но я не поэтому звоню. Тебе коллекторы не звонили?
— Нет. Я в чёрный список всех кинула, но кредитов у меня нет.
— У тебя нет. У Олега есть.
И тут пазл сложился.
Таинственные диалоги начала истории обрели смысл.
Олег, желая пустить пыль в глаза и быть «любимым племянником», взял огромный потребительский кредит. Он не стал заморачиваться с ипотекой или целевым займом. Он просто взял наличные под бешеный процент. Деньги пошли на достройку дома тётки Галины в деревне и покупку подержанного внедорожника, чтобы возить «семью» с комфортом.
В разговоре с другом он хвастался, что Нонна "подмахнула" согласие.
Но правда была в том, что Нонна ничего не подписывала. Олег подделал её согласие в онлайн-банке, воспользовавшись её телефоном, пока она спала, чтобы подтвердить, что жена "в курсе". Но для банка поручителем она не стала — кредит был без обеспечения, просто под высокий процент.
— Он думал, что продаст свою долю в квартире и закроет кредит, — рассказывала Марина. — Он всем врал, что половина хаты его. А когда ты его вышвырнула, он полез в документы и понял, что он гол как сокол.
Олег сидел на кухне у матери, обхватив голову руками. Галина орала на него, требуя денег на обратный билет, потому что «в этом свинарнике она жить не будет». Машина была арестована за долги буквально вчера. Дом в деревне, в который он вбухал миллионы, был оформлен на Галину.
— Тёть Галь, ну продайте дом, мне кредит закрыть надо! — выл Олег.
— Щас! Разбежался! Это подарок! Ты мужик или кто? Иди работай! — рявкнула тётка.
Пощёчина Нонны была только началом. Настоящий удар нанесла жизнь. Олег потерял жену, которая его содержала, потерял жильё, в которое не вложил ни копейки, но считал своим, и остался с долгом в три миллиона рублей за дом, в который его теперь даже не пускали.
Он сидел и смотрел в одну точку, всё ещё не веря, что та «смешная шутка» над женой стоила ему всей жизни.
КОНЕЦ.
Автор: Елена Стриж ©
💖 Спасибо, что читаете мои рассказы! Если вам понравилось, поделитесь ссылкой с друзьями. Буду благодарен!