Найти в Дзене
Цикл времени

Пиво на парапете. Как бетонщик спас архитектора от самого себя • Стекло и бетон

В дверь позвонили в час ночи. Алексей вздрогнул, сел на кровати. Сердце снова ёкнуло, но он взял себя в руки. Кто может быть в такое время? Он никого не ждал. Подошёл к двери, посмотрел в глазок. И опешил. На пороге стоял Егор. В своей неизменной фуфайке, с авоськой в руке, из которой торчало горлышко бутылки. Алексей открыл. — Ты?.. — только и смог выдохнуть он. — А кто ж ещё, — буркнул Егор, входя без приглашения. — Сказал же, чай пить. А чай без пива — не чай. Он прошёл в гостиную, огляделся. Белые стены, белая мебель, стеклянный стол, диван невероятных очертаний, на котором, кажется, и сидеть-то неудобно. — Ну и хоромы, — присвистнул он. — Как в больнице. Только запаха лекарств нет. — У меня не бывает гостей, — сказал Алексей, всё ещё не веря своим глазам. — А я не гость, — отрезал Егор. — Я напарник. Напарники имеют право врываться ночью. Особенно если один из них чуть не отбросил коньки от страха. Он поставил авоську на стеклянный стол, достал три бутылки пива — дешёвого, разливн

В дверь позвонили в час ночи.

Алексей вздрогнул, сел на кровати. Сердце снова ёкнуло, но он взял себя в руки. Кто может быть в такое время? Он никого не ждал.

Подошёл к двери, посмотрел в глазок. И опешил.

На пороге стоял Егор. В своей неизменной фуфайке, с авоськой в руке, из которой торчало горлышко бутылки.

Алексей открыл.

— Ты?.. — только и смог выдохнуть он.

— А кто ж ещё, — буркнул Егор, входя без приглашения. — Сказал же, чай пить. А чай без пива — не чай.

Он прошёл в гостиную, огляделся. Белые стены, белая мебель, стеклянный стол, диван невероятных очертаний, на котором, кажется, и сидеть-то неудобно.

— Ну и хоромы, — присвистнул он. — Как в больнице. Только запаха лекарств нет.

— У меня не бывает гостей, — сказал Алексей, всё ещё не веря своим глазам.

— А я не гость, — отрезал Егор. — Я напарник. Напарники имеют право врываться ночью. Особенно если один из них чуть не отбросил коньки от страха.

Он поставил авоську на стеклянный стол, достал три бутылки пива — дешёвого, разливного, в пластике.

— Будешь?

— Буду, — неожиданно для себя сказал Алексей.

Они вышли на балкон. Вернее, на огромную террасу, которая опоясывала весь пентхаус. Отсюда открывался вид на ночную Москву — огни, небоскрёбы, река чёрной лентой.

Егор присвистнул.

— Красиво, — признал он. — Как в кине.

— Красиво, — согласился Алексей.

— Холодно только, — Егор поёжился. — И одиноко. Смотреть на такое одному — тоска зелёная.

Они сели на парапет — холодный бетон, за которым сразу провал в триста метров вниз. Алексей привычно не смотрел вниз. Егор, наоборот, свесил ноги и с интересом разглядывал город.

— Ну, рассказывай, — сказал он, открывая пиво. — Что с тобой стряслось? Из-за чего паника?

Алексей молчал. Егор не торопил. Пил пиво, смотрел на огни.

— Я из интерната, — сказал Алексей наконец. — Родителей не знал. Вырос в казённом доме. Там всё было серое, одинаковое, чужое. Я мечтал вырваться. Построить свой мир. Красивый, чистый, правильный.

— И построил, — кивнул Егор.

— И построил, — горько усмехнулся Алексей. — А теперь живу в этом мире один. Совсем один. Ни друзей, ни семьи, ни дома. Есть квартира, есть имя, есть деньги. А позвонить ночью, когда плохо, — некому.

— Кроме меня, — напомнил Егор.

— Кроме тебя, — согласился Алексей. — Случайно.

— Не случайно, — возразил Егор. — Судьба. Знаешь, я тоже один остался. Жена померла давно, Катька выросла, своя жизнь. Друзья кто разъехался, кто умер. Только дом и остался. Потому и бьюсь за него. Если дом снесут — и меня не станет.

Алексей посмотрел на него. В свете уличных фонарей лицо Егора казалось высеченным из камня. Но в глазах была боль.

— Ты поэтому приехал? — спросил Алексей. — Потому что знаешь, каково это?

— Потому что ты человек, — просто ответил Егор. — А люди должны друг друга держать. Особенно когда темно.

Они сидели на парапете, пили пиво и молчали. Каждый думал о своём. Но молчали вместе — и это было главное.

— Знаешь, — сказал Алексей после долгой паузы, — я ведь никогда не думал, что стены могут быть живыми. Для меня всегда были только линии, чертежи, конструкции. А теперь... теперь я трогаю эти стены, слушаю твои рассказы, и они... они становятся настоящими.

— Жизнь, она не в линиях, — ответил Егор. — Жизнь в трещинах. В том, что нажито, пережито, выстрадано. Гладко только в гробу.

Алексей вздрогнул от этой грубой правды, но не обиделся. Потому что знал: Егор прав.

— Допивай, — сказал Егор, поднимаясь. — Мне на первый автобус. До твоего района три часа пилить.

— Останься, — предложил Алексей. — Диван большой.

— Не, — отказался Егор. — Я дома должен. Привычка. И Катька волноваться будет.

Он похлопал Алексея по плечу.

— Держись, архитектор. Завтра новый день. Встретимся на объекте.

И ушёл. Так же внезапно, как появился.

Алексей остался один на террасе, с пустой бутылкой в руке. Смотрел на огни города и вдруг понял: он больше не один.

У него есть напарник.

⏳ Если это путешествие во времени задело струны вашей души — не дайте ему кануть в Лету! Подписывайтесь на канал, ставьте лайк и помогите истории продолжиться. Каждый ваш отклик — это новая временная линия, которая ведёт к созданию следующих глав.

📖 Все главы произведения ищите здесь:
👉
https://dzen.ru/id/6772ca9a691f890eb6f5761e