Звонок в дверь раздался в ту самую секунду, когда Аня с наслаждением откусила кусок докторской колбасы, планируя провести вечер пятницы в горизонтальном положении.
На пороге стояла Маргарита Игоревна. Маргарите Игоревне было ровно сорок девять лет, и она категорически запрещала называть себя женщиной. Только «девушка». На ней были леопардовые лосины, кроссовки на огромной платформе и выражение лица человека, который принес в этот дом цивилизацию...
У ее ног жались три внушительных чемодана, фикус в горшке и Славик. Славик, тридцатилетний муж Ани, прятал глаза и нервно теребил лямку рюкзака.
— Ну, здравствуй, Анечка! — звонко продекламировала свекровь, отодвигая невестку плечом и вплывая в коридор. — Готовы? Наберите воздуха в грудь! Я буду у вас жить!
Аня поперхнулась колбасой.
Только наш человек, воспитанный на советских комедиях, в момент острого стресса вместо того, чтобы вызвать полицию или задать логичный вопрос, выдает что-то нелепое.
— Огласите весь список, пожалуйста, — хрипло выдавила Аня. — В смысле, жить?
— В прямом! — Маргарита Игоревна уже по-хозяйски расстегивала куртку. — Свою «двушку» я решила сдавать. А то цены в магазинах видела? Сыр стоит как запчасти от иномарки! Жить на одну зарплату — это моветон. А у вас комната пустует. Родственники должны держаться вместе! Славик, заноси фикус, не стой как обалдуй!
Славик, который по жизни придерживался тактики «я в домике», виновато пискнул:
— Анюнь, ну это же временно… Маме надо финансовую подушку подкопить.
Аня медленно закрыла дверь. Квартира, к слову, была Анина. Купленная за два года до брака, выстраданная бессонными ночами на фрилансе (Аня работала в логистике, выстраивая маршруты фур), с ипотекой, которую она исправно платила сама. Слава зарабатывал нестабильно — он искал себя. Поиски в основном проходили на диване с джойстиком в руках.
Бытовой реализм наступил уже на следующее утро.
Только наша женщина может проснуться в свой законный выходной в семь утра от звука перфоратора, а потом понять, что это не перфоратор, а свекровь отбивает мясо на кухне.
Аня вышла из спальни, кутаясь в халат. На плите шкварчала сковородка, в раковине громоздилась гора грязной посуды, а в воздухе висел стойкий аромат тяжелого цветочного парфюма вперемешку с чесноком.
— О, проснулась, спящая красавица! — бодро рапортовала Маргарита Игоревна. — А я тут порядок навожу. Аня, кто же так гречку хранит? У нее же аура портится, если она рядом с рисом стоит! Я все пересыпала. И губки для посуды твои выкинула, они негигиеничные.
С этого момента жизнь Ани превратилась в увлекательный квест «найди свои вещи и не сойди с ума». Свекровь обладала удивительной способностью заполнять собой всё пространство. Ее шмотки висели на стульях, ее косметика оккупировала ванную.
Начались кухонные битвы.
Аня после работы, уставшая как грузчик в конце смены, готовила макароны по-флотски или запекала рыбу. Маргарита Игоревна, картинно вздыхая, отодвигала тарелку.
— Анечка, ну разве это еда для растущего мужского организма? — вопрошала она, кивая на тридцатилетнего Славика, у которого уже намечался солидный животик. — Сплошные углеводы. Мужчине нужен белок! Мясо по-французски!
Самое интересное начиналось в день зарплаты. Когда пришло время платить за коммуналку, Аня положила квитанции на стол.
— Слав, с тебя пять тысяч. Вода в этом месяце подскочила, Маргарита Игоревна ванну принимает каждый вечер.
Маргарита Игоревна, подпиливавшая ногти на диване, возмущенно вскинулась:
— Аня! Что за меркантильность? Мы же одна семья! У Славика сейчас сложный период, он в поиске инвесторов. Я вот ему вчера кроссовки новые купила, чтобы на встречах солидно выглядел. А ты с него копейки трясешь!
Славик гордо вытянул ноги в новых кроссовках, купленных, к слову, с кредитки, которую Аня же ему и оформляла на экстренный случай.
Философия Маргариты Игоревны была проста и непробиваема, как советский сейф. Деньги Ани — это общие деньги семьи. Деньги Славика (если они случались) — это деньги на его развитие. Деньги с аренды квартиры Маргариты Игоревны — это святое, на это мы поедем в санаторий.
Градус абсурда рос с каждым днем. Повсюду валялись носки Славика, которые свекровь демонстративно отказывалась поднимать со словами: «Жена должна заботиться о муже!». Аня молча перешагивала через эти шерстяные мины.
Взрыв произошел через три недели.
Аня вернулась с работы на два часа раньше — отпустили из-за отключения серверов. Зайдя в квартиру, она услышала смех на кухне. Там сидели Маргарита Игоревна, Славик и какая-то незнакомая девица с нарощенными ресницами, хлопающая ими, как крыльями бабочки.
— …И я ему говорю, Славочка, тебе нужна муза! — вещала девица.
— Вот и я о том же, Леночка! — вторила свекровь. — А то наша-то всё в бумагах своих, приземленная абсолютно. Никакого полета фантазии.
Аня тихо кашлянула в дверном проеме. Немая сцена. «Не ждали», картина маслом.
Когда Леночка, спешно попрощавшись, ретировалась, Маргарита Игоревна пошла в наступление. Лучшая защита — это нападение, как учили классики.
Она посадила Аню за стол, налила себе успокоительного чая с ромашкой и трагично произнесла:
— Аня. Нам надо серьезно поговорить. Ты же умная женщина, должна понимать. Мы со Славиком тут посовещались… Вы отдаляетесь. Ему тяжело в этой гнетущей атмосфере. Ты вечно недовольная, дерганая, про деньги постоянно твердишь.
— И? — спокойно спросила Аня, хотя внутри всё уже сжалось в пружину.
— И мы решили. Тебе надо отдохнуть. Съезди к маме в деревню. На месяцок, а лучше на два. Воздух, природа. А мы тут с сыночком поживем, быт наладим, энергетику в доме почистим. Ему сейчас так нужна материнская поддержка!
Славик сидел рядом и старательно изучал узор на клеенке.
— Да, Ань… Ты поезжай. Я тут сам пока…
Аня обвела взглядом свою кухню. Свою микроволновку. Свои шторы, которые она шила на заказ. Посмотрела на мужа, который в тридцать лет прятался за мамину юбку, и на свекровь, уверенную в своей гениальности.
Вместо криков, скандалов и битья тарелок, Аня вдруг… улыбнулась. Мягко, искренне.
— Знаете, Маргарита Игоревна. А ведь вы правы. Я очень устала. Мне действительно нужно к маме.
Она встала, пошла в спальню, достала спортивную сумку и за десять минут побросала туда минимум вещей: ноутбук, документы, косметичку и пару футболок.
Выйдя в коридор, она обулась.
— Счастливо оставаться. Отдыхайте, — бросила она и закрыла за собой дверь.
Маргарита Игоревна победно посмотрела на сына.
— Вот видишь! Я же говорила, надо просто проявить твердость! Наливай чай, сынок, сейчас заживем!
Как говорится, никогда не недооценивайте женщину, которую достали в ее собственной квартире. Свекровь думала, что выиграла партию в шахматы, но Аня просто отошла, чтобы взять разбег и перевернуть доску. Какой сюрприз ждал эту сладкую парочку в понедельник утром и почему их триумфальный захват территории обернулся полным и безоговорочным фиаско?
Жмите сюда 👉 чтобы узнать финал — будет жизненно и очень смешно!