В огромном опенспейсе, где все время пахло дешёвым кофе и духами, поселилась тишина. Обычно здесь стоял гул голосов, стук по клавиатуре, телефонные разговоры и чей-то смех у кулера. Но сегодня воздух будто наэлектризовался. Все потому, что в дальнем углу, у окна, сидел Сергей.
Он пришел утром как обычно. Поздоровался, сел на свое место, достал ноутбук. Но уже через час Ольга Ивановна из бухгалтерии, проходя мимо, буквально шарахнулась в сторону, прижав к груди папку с отчетами. Сергей, отвернувшись к окну, пытался откашляться.
Через два часа у его стола образовалась мертвая зона. Коллеги, которым раньше нужно было срочно обсудить проект, теперь предпочитали писать в мессенджер, хотя сидели в трех метрах друг от друга. А когда Сергей достал из ящика стола упаковку бумажных платков и высморкался, по офису прокатился вздох. Кто то театрально закашлял в ответ. Димон из отдела продаж, проходя мимо, брызнул в воздух антисептиком для рук, будто Сергей был ходячей бактериологической бомбой.
«Серег, ты бы шел домой, а?» - не выдержала наконец начальница, заглянув в опенспейс. Она даже не подошла близко, остановилась у входа, сложив руки на груди. «Тут люди работать пришли, а не твои вирусы собирать. Заразишь же всех».
Сергей поднял на нее глаза. Он правда чувствовал себя разбитым. Ломило спину, в горле першило, но температуры небыло. Он не «болел» в официальном смысле. Он просто был «слегка простужен». Для больничного это не повод, врачи в поликлинике только плечами пожимают: «Работайте, промывайте нос». Но для коллег он уже стал изгоем. Прокаженным. Чихающим монстром, которого ненавидели всем сердцем.
Он собрал вещи под взглядами двадцати пар глаз, которые провожали его до лифта с плохо скрываемым облегчением. В лифте он чихнул, и женщина с ребенком, зашедшая на втором этаже, демонстративно прикрыла рот малыша шарфом и отодвинулась в самый угол. «Твою ж дивизию», подумал Сергей. «Я же не прокаженный».
Самое обидное, что тебя начинают ненавидеть именно в этом пограничном состоянии. Когда ты еще функционируешь, но уже чуть-чуть тормозишь, и этот твой легкий кашель реально нервирует всех окружающих. Создается ощущение, что ты всем должен, что ты враг народа, который покушается на святое - на их драгоценное здоровье. Им плевать, что твой иммунитет сейчас борется и, возможно, завтра ты уже будешь здоров. Нет, сегодня ты токсичный мусор, которого надо изолировать от общества.
Сергей вышел из офиса, сел на лавочку у бизнес центра. Солнце уже грело, но ему было зябко. Он достал телефон, написал заявление на отпуск за свой счет на пару дней. Потому что больничный ему точно не дадут, а быть изгоем в коллективе, где и так конкуренция, слишком дорого. Легче посидеть дома, подлечиться народными средствами и вернуться «своим».
И вот о чем думаешь в такие минуты. Может, правда проще было бы, если бы общество чуть меньше кошмарило простуженных? Если бы не этот культ стерильности, где каждый чих воспринимается как покушение на жизнь? Создавая вокруг легкой простуды атмосферу истерии, мы только гоним простуженных людей в изоляцию, заставляя их скрывать симптомы, чтобы не завалить проект, потерять работу, и не стать изгоями.
Вот так и рождаются околомедицинские истории. Истории о том, как одна капля насморка может разрушить твою репутацию в коллективе быстрее, чем проваленный отчет. Мы боремся не с болезнью, а с больными.
А у вас в офисе как относятся к тем, кто пришел с легким кашлем? Травят или наливают чай с малиной?